Там, где говорит тишина - Виноба Бхаве

В самадхи мы ощущаем, что все различия и разделения — просто иллюзия, а Самость пронизывает собой все. Когда не один человек, а целое сообщество получает такой опыт, происходит коллективное самадхи. Самадхи — это ум, пропитанный невозмутимостью, который не затрагивает и не тревожит никакая нечистота, например, эго, привязанность или ограниченность. В самадхи читта находится на уровне виджняны, которая превосходит уровни питания, праны и ума. Либо мы достигнем такого коллективного самадхи, либо испытаем полное уничтожение — это единственный выбор, который предоставляет нам научная эпоха.

Джнянадева молился: «Боже, позволь мне видеть Тебя глазами всех, слышать Твою весть ушами всех, воспринимать Тебя во всех формах мира и идти по Твоему пути ногами всех». Мы ходим своими ногами, но меня вдохновляет возвышенная идея о ходьбе ногами всех. Нужно искать и открывать Истину совместно, ведь наша цель — коллективное самадхи, и нужно двигаться в эту сторону. Пришло время для коллективной реализации, и она возможна. Условия этому благоприятствуют. В прошлом были иные условия, но, благодаря научным достижениям, теперь мир обладает коллективным сознанием и в нем царит атмосфера глобального сострадания. Сострадание или благородство в мире не останется точечным, оно проявится коллективно. В обществе всегда утверждало себя зло, благо же существовало на индивидуальном уровне. Ныне переходное время. Сила зла какое-то время будет сохранять влияние, но в будущем благо и добродетель естественно распространятся; а потому люди, чья жизнь наполнена благом, будут словами подчинять себе других и одержат верх.

Я глубоко убежден, что сознание общества готово воспринять духовность и коллективное самадхи. Поэтому мы должны нырнуть глубже; смотреть друг на друга как преданные Богу и связывать все свои поступки с Ним, словно они — служение Ему. Следует сделать активное служение обществу духовным. Эту работу начали святые, но они не занимались служением обществу на грубом уровне. В те времена такое служение было малодоступно, потому святые довольствовались идеей о том, что духовность и служение обществу едины. В современном мире мы должны участвовать в грубой работе служения и понимать его природу. В прежние времена святые так не поступали. Однако они упоминали о том, что духовный уровень, которого преданные могут достичь вместе, недоступен йогинам, практикующим в уединении.

Все эти размышления нужно объединить с идеей, что коллективная практика нужна ради мирового прогресса. Следует достигать его при поддержке науки. Энергия и сила, в которых мы так нуждаемся и которых желаем, появятся тогда, когда наука и духовность станут действовать сообща.

6. Супраментальная психика

6.1. Отстранение от ума, за пределами ума и пустой ум

Мы — не ум, но свидетели ума.

Мы начинаем свидетельствовать игру Вселенной, поднимаясь над умом.

Мы похожи на пространство — бескрайнее снаружи, пустое внутри.

Пустой ум — это когда все мысли успокоены.

Медитация — это действие ума, тогда как знание Себя — не действие.

Пока практикующий не сознает, что существует нечто за пределами ума, любые действия и реакции сковывают его. Когда человек поднимается над уровнем ума, целый мир и то, что мы считаем своим умом, становятся внешними вещами, и мы переживаем чистую радость, свободную от всяких ограничений.

Я не придаю уму никакого значения. Когда речь идет об уровне ума, мне не хочется никому угождать и никого ранить. Порой я проявляю полную бесчувственность к этому уровню. Если все люди поднимутся над умом и начнут доверять друг другу, их сила значительно возрастет.

Ум (манас) — очень мелкое и незначительное явление. В древние времена больше внимания уделяли душе и буддхи[48]. Ум был самым маловажным аспектом. В эпоху науки ум стал еще менее значимым. Наука наделяет большим значением непосредственный эмпирический опыт, а духовность — тонкие переживания. В обоих случаях роль ума незначительна. Если мы выработаем привычку поступать согласно буддхи, а не уму, мы полноценно проявим силу буддхи.

Если в теле есть болезнь, нужно отстраниться от него и предпринять меры, чтобы выздороветь. Когда ломаются часы, они не могут починить себя сами. Если я — только мое тело, как я могу поправиться? Чтобы избавиться от нечистоты ума или исправить его недостатки, нужно отделиться от него. Как только мы отделяемся от ума, он восстанавливается сам собой. Затем он становится частью внешнего мира; перестает быть частью нашего существа. И добродетельные дела, и греховные поступки совершает человек. Если он в состоянии отделиться от тех и от других, происходит освобождение.

И все же люди не следуют этому совету. Они постоянно винят себя в злости и порочности, в греховности. На самом деле это ошибочное обвинение. В этом случае священные писания предписывают отречение (санньясу[49]). Санньяса — уничтожение всего прошлого, в такой степени, что человек меняет даже имя. Прошлое имя и действия, совершенные данной личностью, перестают существовать. Тот, у кого были родители, теперь для них мертв, у него нет ни матери, ни отца.

Обычно люди спрашивают, как избавиться от желаний, гнева, ревности и т. д. Простое решение — отбросить сам ум, где пребывают эти загрязнения. Нужно понять, что можно свидетельствовать свой ум так же, как наблюдаем за чужим. Мне не нужно ничего делать ни с чужим, ни со своим умом. Если кто-то злится, я сознаю, что он злится неоправданно, ведь я — свидетель этого ума. Подобным образом, если злюсь я сам, стоит признать, что это неправильно, ведь я свидетель и своего ума тоже. Тем самым, если я стану свидетельствовать свой ум, я перестану им быть. Если мы — наш ум, мы не можем свидетельствовать; если мы свидетельствуем, мы не можем быть умом. Чтобы свидетельствовать, нужно отделиться от ума. Если человеку, который не знает об этой отдельности, хоть сто раз сказать, что он поступает неправильно, он не услышит. Однако сознающий эту отдельность отстраняется от ума и отсекает его. Тогда человек не будет совершать грубых промахов. Незначительные ошибки останутся, ведь они естественно проистекают из тела. Но если такое осознание постоянно и непрерывно, исчезнут и эти мелкие ошибки.

Первостепенным значением обладает само осознание ошибок. Личность, которая признает свои недочеты, автоматически отстраняется от них. Недостатки или недочеты — в уме, органах действия и восприятия. Если человек теряет память, он идет к врачу, и врач говорит: «Вас подводит память, но не вы. Вы отличаетесь от памяти». И врач работает с нарушением. Так и мы — люди, которые признают ошибки; мы