Река жизни - Томас Сюгру

холму, он увидел очертания дома. Вдали качались и мерцали китайские фонарики. Легкий ветерок доносил до него звуки голосов и смех.

Дом показался ему заколдованным замком, недоступным, недосягаемым, хотя он снова и снова повторял, чтобы подбодрить себя, что этот дом значительно уступал по размерам бабушкиному и земли тоже было намного меньше. Однако он сознавал, в чем существенная разница. У бабушки был деревенский дом. А это – особняк. Жить в таком доме и не работать на земле, владеть землей для того, чтобы просто жить на ней,- это была привилегия джентльменов.

Дорога привела его к проволочной ограде. К дому вели две аллеи: одна – подъездной путь для экипажей, Другая – пешеходная дорожка. Он открыл калитку и пошел по дорожке под огромными дубами, за которыми шли клены, а потом акации высотой чуть ли не в сотню футов. Верхушки деревьев покачивались на ветру, словно головы великанов, приглашая войти в другой мир.

Он обошел вокруг дома к тому месту, где светили фонари. Это была лужайка между домом и фруктовым садом. На накрытых столах стояли хрустальные графины с лимонадом и подносы с печеньем, пирожными, бутербродами и фруктами. Вокруг были расставлены скамейки и стулья, но большинство молодых людей сидели прямо на земле, подложив носовые платки, пиджаки или шали, чтобы не испачкать юбки и брюки о траву.

Этель Дьюк заметила его и, взяв за руку, представила сначала старикам Солтерам - симпатичной седовласой паре,- а затем остальным членам семьи: миссис Эванз, матери Гертруды, подвижной улыбчивой женщине с темными волосами; миссис Смит, тете Кейт, полнолицей приятной даме с маленькими руками и маленьким красивым ртом; Керри Солтер, тоже тете Гертруды, красивой девушке с огромными сияющими карими глазами, которые буквально ослепили его. После Керри он уже плохо различал остальных; она увела его от Этель и познакомила со своими племянниками – Портером и Раймондом – и своими братьями – Уиллом и Хайрамом. Она предложила ему лимонад и накормила пирожками и булочками, и не успел он опомниться, как она, усадив его рядом с собой на скамейку, заставила рассказывать о себе.

Позже она представила его Стелле Смит, своей сводной племяннице, а затем как-то незаметно подвела к Гертруде и разговорила их. И тут она исчезла.

Гертруда выглядела еще лучше, чем она запомнилась ему после их первой встречи. На ней было белое платье до земли, которое, как снежный сугроб, плыло над нижней юбкой, а в волосах приколота красная роза как последний штрих, завершающий картину. Эдгар поймал себя на том, что невольно обрамляет эту картину в раму или багет.

Пока он раздумывал, что лучше подойдет для нее – то или другое, – Гертруда взяла его за руку и сказала:

– Давай спустимся к воротам. Оттуда лучше видна луна. Я люблю смотреть, как она поднимается над домом.

Она провела его вокруг дома и вниз по дорожке.

– Прислушайся к деревьям,- сказала она. Акации наверху и дубы рядом с ними что-то шептали.

– Ты знаешь, о чем они говорят?- спросила она. Он не знал и спросил, знает ли она.

Она сказала:

– Нет, но считается, что это шепчутся души влюбленных, которых жестоко разлучили на земле, и теперь они встречаются в листве деревьев в полнолуние и говорят друг другу о своей любви.

– О,- сказал он.

Когда они подошли к ограде, она попросила его помочь ей взобраться на невысокий опорный столб, чтобы там удобно сесть.

– Я бы залезла сама,- сказала она,- но не в этом платье.

Он достал из кармана трубку и спросил, не возражает ли она, если он закурит.

– Нет,- сказала она.- Я считаю, что мужчина должен курить, и мне нравится трубка больше, чем сигары.

Когда трубка была зажжена, они стали смотреть на луну. Она плыла вверх, за дом.

– Расскажи мне о себе,- сказала Гертруда.- Кем ты хочешь быть? Я готова поспорить, что когда-нибудь ты будешь владельцем книжного магазина. И тогда у тебя будут все книги, которые ты хотел бы прочитать. Я думаю, что лучше этого ничего не может быть. Я люблю книги больше всего на свете.

Когда она попросила рассказать о себе, он было открыл рот, чтобы сказать: “Я хочу быть священником”. Но когда она заговорила о магазине, он закрыл рот и прикусил трубку.

Не получив ответа, она засмеялась и сказала:

– Наверно, ты думаешь, что глупо с моей стороны говорить об этом. Но мне всегда интересно, чем люди хотят заниматься в будущем. Интересно посмотреть на юношей и девушек сейчас, когда они молоды, и потом, когда они станут взрослыми и займут свое место в жизни. Никогда не угадаешь, кем станет твой лучший друг. Сейчас все мои знакомые сверстники начинают задумываться о работе и о том, кем они хотят быть.

– Я считаю, что это значит задумываться о той работе, которая тебе когда-нибудь подвернется,- сказал он.- Он уже успокоился и мог ответить ей, хотя внутри него что-то опрокинулось и заполнило его ощущением, которое, казалось, перейдет в тошноту.

– Я-то как раз хотел работать в книжном магазине,- продолжал он,- и ходил за мистером Уиллом и мистером Гарри, пока они не взяли меня.

Он усмехнулся и выбил трубку о столб. Ему был так скверно, что он боялся дальше курить.

– Они сказали, что им никто не нужен в магазин, но я пообещал, что стану необходимым, если они дадут мне шанс. И вот теперь они не могут от меня избавиться, потому что привыкли к тому, что я есть.

Она тоже засмеялась. Как хорошо, когда есть повод посмеяться: это позволяет ближе познакомиться. Стоит только посмеяться вместе над чем-нибудь – вы уже друзья.

– Я знала, что ты такой,- сказала Гертруда. Уверена, что, если только куплю у тебя книгу, ты уж не отстанешь и разоришь меня.

Они оба рассмеялись, и он рассказал ей о всех новых книгах, поступивших в магазин. При упоминании каждой книги она вскрикивала и утверждала, что это как раз та книга, которая ей нужна. Так они разговаривали, пока наконец она не протянула руку и не попросила его помочь ей слезть.

– Нам надо возвращаться,- сказала она.- Прием уже скоро окончится.

Торопливо поднимаясь по дорожке, она сказала:

– Мне сейчас надо будет прощаться со всеми, так что я начну с тебя. Я надеюсь, что ты снова придешь к нам. Не забывай сюда дорогу.

– Не забуду,- ответил он. Он боялся взять ее за руку. Потом он осознал, что это сделала она.

– Приятно было познакомиться,- сказала Гертруда.

Вернувшись