Река жизни - Томас Сюгру

классов. Тем не менее я знаю, что смог бы быстро выучиться, стоит мне только начать; и я намерен это сделать, как только представится возможность. Муди улыбнулся и понимающе кивнул.

– Ты должен быть рядом со своей мамой,- сказал он.- Это твой сыновний долг. Но не теряй надежду. Возможно, тебе придется подождать, но это не значит, что ты не добьешься успеха. Твоя любовь к Библии и твои видения помогут тебе. Главное и единственное право служить Богу – это желание служить Ему. Ты сможешь это делать, даже если не будешь больше учиться. Ты можешь быть примером для людей. Ты можешь жить по-христиански. Ты можешь заниматься благотворительностью и вести занятия в воскресной школе.

– Как же я могу вести занятия в городской воскресной школе? Я делал это в деревне, но даже там все мальчики и девочки из местного прихода либо закончили среднюю школу, либо уже учатся в колледже.

– Возможно, они прочитали много книг,- сказал мистер Муди.- Но они не знают эту.- Он показал на Библию.- А ты ее знаешь. И ты можешь научить их. Вспомни, Эдгар, Христос не выбирал апостолов среди университетских профессоров. Да и сейчас он не захотел бы иметь с ними дело, поскольку не был бы согласен с их теориями. Он предпочел простых рыбаков.

Эдгару – он, казалось, стал наконец воспринимать это имя как свое собственное - не стало от этого легче. Времена Христа и Библии были давно в прошлом. Все обстояло по-другому в церкви на Девятой улице, которую он посещал: хорошо одетые и хорошо образованные прихожане были недосягаемы для него. Как он мог осмелиться учить их?

– Как бы то ни было, сохраняй веру,- сказал мистер Муди.- Если Господь захочет, чтобы ты служил Ему, Он даст тебе возможность делать это. Пути Господни неисповедимы. Мы должны верить. Я подумаю, как помочь тебе. Если я найду какой-нибудь выход, я дам тебе знать.

Они пожали друг другу руки и расстались. Эдгар отвел корову в сарай и подоил ее. После завтрака он пошел в центр города.

На тенистых улицах Хопкинсвилла жилые дома утопали в зелени высоких деревьев и отделялись от проезжей части длинными газонами, усаженными кустарником. Там, где Седьмая Западная улица пересекалась с Мейн-стрит, деревья кончались, и летом солнце бес-препятственно палило здание суда и приземистые, сделанные из красного кирпича здания делового центра.

Городу не было и ста лет – он был построен в 1799 году, но производил впечатление вечного города. На всем лежала печать основательности, и шпили церквей были похожи на символы вечности. Когда Эдгар свернул на Мейн-стрит, у него было такое ощущение, что магазины и дома, мимо которых он проходил, были здесь всегда, так же не подверженные изменениям, как холмы и поля на бабушкиной ферме. Даже, пожалуй, холмы и поля больше менялись, так как в разное время года они выглядели по-разному. Такие детали, как новое дерево, костер, разведенный в поле, или свежевыкрашенный забор, постоянно обновляли деревенский пейзаж. А на Мейн-стрит в ее западной части всегда стояло здание суда, а в восточной – городской банк. Затем шли: магазин одежды Уолла, ателье Узьера и книжный магазин братьев Хоппер, где он работал. За ним находился магазин скобяных товаров Томпсона, а напротив аптека Хардвика. Следом располагались галантерейный магазин Лейтема и обувной Бернетта.

Эдгар открыл дверь в магазин своим ключом, вошел и поднял жалюзи. Затем он опустил наружный тент над окнами. Солнце светило ярко, и необходимо было закрывать книги и картины, чтобы они не выгорали.

В передней части магазина размещались витрины, в которых были выставлены картины в рамах; там же стояли стеллажи с новой литературой. Далее вдоль стен шли книжные полки с учебниками для местных школ, школ округа, Колледжа Саут-Кентукки, Баптистского женского колледжа и мужской школы Феррелла – это были основные центры образования для жителей города. В дальней части магазина размещались канцелярские товары и различные школьные пособия, рамы для картин, образцы багетов и большая стойка для картин без рам. Вдоль стены стояли стол мистера Уилла Хоппера и сейф. В углу была лестница, ведущая на балкон, где делались рамы и багеты и хранился необходимый для этого материал. За перегородкой стояла кровать, на которой спал мистер Уилл.

Мистер Уилл проснулся, когда открылась наружная дверь: для него это был сигнал вставать. Он спустился вниз, поздоровался с Эдгаром, который вытирал пыль, и вывел свой велосипед на улицу. Сев на него, мистер Уилл поехал к усадьбе Хопперов, находившейся недалеко от города. После завтрака он вернется с братом Гарри, который был его компаньоном.

Эта лавка досталась им в наследство от отца, и именно их отцу Эдгар был обязан своей нынешней работой. В свое время мистер Хоппер-старший подарил ему Библию, отказавшись взять за нее деньги. Когда Эдгар обратился к мистеру Уиллу по поводу работы, он рассказал ему об этом эпизоде. Мистер Уилл заволновался. Этот высокий, подтянутый, кареглазый мужчина с приятным голосом отличался мягкостью и деликатностью в поведении.

– Но нам не нужны работники,- сказал он Эдгару.- Нам вообще никто не нужен. Мы справляемся сами.

– Я был во всех магазинах города,- сказал Эдгар.- Но ваш мне понравился больше всего, и я хочу здесь работать.

Похвала смутила мистера Уилла. Он попросил юношу прийти на следующий день. Затем Эдгар встретил мистера Гарри. Тот был ниже своего брата ростом, светловолосый, с округлой бородкой. Он тоже сказал, что магазину не нужен клерк.

– Но я хочу здесь работать,- возразил Эдгар.- Это лучший магазин в городе.

Мистер Уилл был добрым человеком, сентиментальным по отношению к памяти своего отца. Мистер Гарри был восприимчив к лести. В результате они разрешили ему работать у них, но бесплатно.

– Хорошо,- сказал Эдгар.- Я стану незаменимым, и вы сами захотите мне платить.

Он начал работать, и в конце месяца братья несколько смущенно спросили его, примет ли он в качестве поощрения за свою работу новый костюм. Он был счастлив. Они тоже довольны. Его внешний вид значил для них больше, чем для него самого. В конце второго месяца они заплатили ему пятнадцать долларов и сказали, что эту сумму он будет получать каждый месяц.

Чтобы заслужить признание, ему пришлось много поработать. В поисках пыли он добирался до самых верхних полок стенных шкафов, где хранились скульптуры. Именно этим он занимался однажды утром, когда братья вернулись с завтрака. Проходя мимо него, мистер Гарри сказал:

– Осторожно. Не разбей там ничего. А мистер Уилл сказал:

– Этим давно следовало заняться.