Морской Чёрт - Феликс Люкнер

В одно прекрасное утро радио-телеграфист принял английское радио странного содержания: «Морской Чёрт» погиб с развевающимся флагом. Командир и часть команды взяты в плен и находятся на пути в Монтевидео».

Что это могло означать? Англичанин не станет врать бесцельно. Пленные, отпущенные нами на свободу, очевидно, широко распространили славу о «Морском Чёрте». Это должно было возбудить сильную тревогу и морских кругах. Нас тщетно стали ловить у мыса Горна и мыса Доброй Надежды. Пароходы с полным грузом стояли в портах Капштадта. Южной Америки. Австралии и Новой Зеландии и не решались выходить в море. Страховые премии сильно поднялись. Чтобы их опять понизить, англичане решили поведать миру по радио о нашей гибели.

Против одного плута нужно выставлять полтора. Мы. в свою очередь, отправили радио: «На помощь, на помощь ― немецкая подводная лодка». Наше радио несомненно породило слухи о немецких подлодках в Тихом океане. Страховые премии должны были опять полезть в гору.

ГЛАВА III.

Кораблекрушение.

Вдоль берегов Южной Америки, мимо острова Хуан-Фернандец, мы шли к Маркизовым островам. До самого Гонолулу ни одно судно не попалось нам навстречу.

Решено было поэтому перенести крейсерскую деятельность на пути сообщения между Сан-Франциско и Австралией. Вблизи острова Рождества, на параллели экватора, который иногда пересекался нами два, три раза в день, мы потопили три американских парусника. Добыча эта была невелика. Иногда по целым неделям мы не встречали ни одного судна. Три захваченных капитана и их команды, так же, как и мы, жаждали увидеть новых пленных. Ужасающая жара, недостаток движения и деятельности, плохая вода и отсутствие свежего провианта ― подавляюще действовали на наше самочувствие. В продолжение 250 дней мы не имели на судне свежей пресной воды.

Прокрейсеровав 35 000 миль, мы, в продолжение месяцев, не видали ничего, кроме неба и моря. Душевной бодрости и энергии для продолжения крейсерства было достаточно, но нас стал одолевать злейший враг моряков ― бери-бери ― сонная болезнь, от которой «кровь обращается в воду». У многих из нас от плохого питания и недостатка воды опухли конечности и все суставы. Необходимо было зайти на какой-нибудь остров, чтобы запастись свежей провизией. Отдохнув немного, мы могли предпринять крейсерство вокруг Новой Зеландии и Австралии и затем перенести опять нашу боевую деятельность в Атлантический океан.

Сначала мы предполагали высадиться на одном из больших островов Кука. Но эту мысль пришлось оставить ― на этих островах могла быть неприятельская радиостанция. Приходилось отыскивать необитаемый остров, и мы выбрали поэтому остров Мопелиа из группы островов Товарищества.

29-го июля мы подошли к этому острову. Перед нами открылась целая сказочная страна. Это был настоящий рай, обсаженный высокими пальмами и каучуковыми деревьями. Окружавшие остров коралловые рифы спускались уступами в море и отражались в освещенной солнцем прозрачной воде волшебными красками. Тысяча переходов от белого к зеленому и к синему; непередаваемое богатство и разнообразие тонов! Кольцеобразный риф, на части поверхности которого образовался остров, окружал собой лагуну. В этой котловине, столь же глубокой, как и сам океан, поверхность воды была зеркально спокойна. Это была превосходно защищенная гавань, но узкий проход и лагуну не был достаточно широк для такого судна, как «Морской Чёрт». Пришлось бросить якорь на самом рифе и остаться в море у входа в лагуну.

Были спущены шлюпки. После девяти месяцев беспрерывного пребывания на корабле, мы себя почувствовали вроде Колумба. До чего мы были изумлены всем тем, что увидели на острове! Здесь гнездились миллионы морских птиц самых разнообразных пород. Гигантские черепахи ползали во множестве. Рыбы было изобилие. Попадались также одичавшие свиньи, которые были когда-то завезены сюда и питались падавшими на землю кокосовыми орехами. Большего изобилия свежего провианта мы не могли и ожидать. Па острове жили три туземца, которых высадила сюда французская фирма для ловли черепах. Мы заслужили вскоре их доверие, и они усердно помогали нам в нашей работе. После долгого нервного напряжения и жизни на корабле, полной непредвиденных опасностей, мы себя почувствовали на острове, как на летнем курорте. Франция, сама того не зная, оказывала нам гостеприимство на этом, принадлежащем ей, клочке земли. Мои матросы разделились группами и занялись кто ловлей рыбы, кто собиранием птичьих лиц и кокосовых орехов. Одни ловили лангустов и черепах, другие охотились за свиньями. К вечеру мы вернулись на корабль перегруженные запасами свежей провизии. Рыба была прокопчена, мясо черепах и свиней засолено, тысячи яиц законсервированы в извести.

Якорная стоянка нашего судна доставляла нам сначала немало беспокойств. Безопаснее, казалось, быть в море на виду острова и только утром и вечером посылать шлюпки на берег. Но это потребовало бы большего расхода горючего для мотора, который и без того не был в полном порядке. Пришлось отказаться от этой мысли.

2-го августа утром, в то время как шлюпка с командой собиралась уходить, мы обратили внимание, что поверхность моря на горизонте странным образом вздувается кверху. Что это могло значить? Мираж? Но вскоре эта вздутость моря стала к нам приближаться и расти в вышину. Это была гигантская приливная волна ― результат подводного землетрясения. Некоторое время прошло в спорах о причине этого явления, которое было нам непонятно. Никто до сих нор не видал подводного землетрясения. Опасность, однако, становилась, очевидной. Была отдана команда. «Включить мотор, обе вахты наверх, с якоря сниматься!» Стали нагнетать сжатый воздух в цилиндры, но мотор не хотел забирать. Все ближе подымалась грозная волна, но из машинного отделения не доносился шум работы мотора. Страшилище было уже близко. Первая зыбь коснулась борта. Можно было счесть секунды, оставшиеся для спасения судна. Все со страхом прислушивались к мотору. Увы! Поздно. Высокой стеной подступила волна, подхватила судно, подняло его кверху о с грохотом и треском выбросило на коралловый риф. Мачты разлетелись на части; от рифа откололись громадные коралловые куски и придавили судно. Когда волна прошла, наш гордый «Морской Чёрт» лежал кучей обломков.

Коралловая скала, на которую мы были выброшены. глубоко проникла в корпус корабля, мачты обрушились, весь рангоут, такелаж и паруса попадали вниз. Все, находившиеся на палубе, к счастью, успели укрыться под полубаком.