Капитан. Наследник империи - Виктор Дубчек

— Я не имею ни малейшего представления, что послужило причиною столь бурного изъявления недовольства, — ответил Кави с исключительно непроницаемым видом. — Единственное объяснение, приходящее мне в голову…

— Не томи.

— Фраза, коей Вы приветствовали достойного Думью, в некоторой мере напоминает традиционную формулировку, произносимую городскою стражей при аресте предполагаемого преступника: «Открывай, и за свои грехи ответить будь готов!»

— Всегда готов… — пробормотал капитан, делая зарубку в памяти.

— Да-да, сударь капитан, именно таков и должен быть ожидаемый ответ благонамеренного горожанина.

— Издеваешься?

— И в мыслях не имел.

— А я имел! А… ой… за что?!.

— К тому же, — продолжил Кави-старший, очевидно удовлетворённый педагогическим воздействием подзатыльника на Кави-младшего, — прозвище «Дурта» на вагну означает «плут» или «мошенник». Уверен, впрочем, что нашему радушному хозяину совершенно нечего опасаться в этом смысле.

— Кто вы? — произнёс радушный хозяин, приподнимаясь на локтях. Немец инженером человеческих душ себя не считал, но облегчение и любопытство на худом запылённом лице Дурты читались отчётливо, как номинал на свеженьком червонце.

«Фокусы, как же…», подумал капитан, «если такому фокуснику кто и даст денег, то исключительно чтоб совсем уж откровенной милостыней не обижать».

— Это точно он? — спросил Немец, и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил. — Я-то как раз думал — по прозвищу сразу и признает. Так чего ж он?..

— До сего момента мы с достойным Думьей не встречались, — признал принц.

— Вот так… а ты?

— Ну, я бывал тут вообще. Но к нему не заходил вообще, он же человек. И вообще… странный.

— Эээ… кто вы? — уже с нетерпением повторил Дурта.

Капитан мотнул головою, делегируя принцу право приветствовать будущего старого друга.

— Достойный мудрец Думья! — важным голосом возвестил принц, изображая телом сложное церемониальное движение. Немец мысленно, но твёрдо пообещал себе местным этикетом категорически пренебречь. — Позвольте представиться: Кави, принц-консорт империи Варта.

— Давайте проясним, — произнёс Дурта, скептически усаживаясь на траве. — Принц?

— Принц.

— Консорт?

— Консорт.

— Варты?

— Точно так.

— У Варты нет императрицы! — торжествующе покачал указательным пальцем Дурта. — Сударыня Вара, супруга нашего доброго правителя, Адинама… эээ… Доброго, скончалась родами вот уже… да, вот уже шестнадцать лет назад. И даже если допустить, будто бы на троне…

— Я прибыл из будущего, — сказал Кави.

Дурта осёкся. Капитан с напряжённым удовольствием наблюдал немую сцену. Ему невыносимо хотелось разрядить ситуацию каким-нибудь клоунским штампом вроде «хочешь жить — идём со мной».

Но вот это уж нет: клоунам-актёрам пусть подражают клоуны-политики.

— Речь идёт о будущем, которое будет? — наконец осторожно поинтересовался Дурта.

— Именно так, — сказал Кави, величественно склоняя голову. Кажется, идиотская монументальность момента захватила и его. Как это… «шок будущего» называется, что ли. — Я прибыл из времени, отстоящего от сего момента на сорок лет вперед.

Дурта окинул взглядом одежду капитана, затем СВД, таскать которую так и приходилось принцу. Вытянул тощую шею, высматривая давно успокоившихся коней. Очевидно, придя к выводу, что верхом из будущего эльф прискакать не мог никак, достойный мудрец перевёл сосредоточенный взгляд на капитана.

Немца сильно порадовало, что довольно молодой на вид отшельник не торопится выспрашивать готовые ответы, явно предпочитая предварительно поразмыслить над загадкой самостоятельно. То, что само заявление о путешествии во времени Дурта сомнению не подвергает, тоже было вполне объяснимо: достойный мудрец необычностью ситуации интересовался явно куда больше, чем её правдоподобностью, и этот подход к расстановке приоритетов совершенно запросто читался по его лицу.

— Эээ… — сказал Дурта, нервно дёргая кадыком, — а сей человек в странных дорогих одеждах — тоже из будущего?

— Сей благородный человек — капитан по имени Немец. Мы путешествуем вместе, но сударь Немец прибыл из другого мира — из Земли.

— Скажите на милость… — пробормотал мудрец. — А этот? этот откуда прибыл?

— Этот? Этот из леса.

— Я из леса, ага.

— Вы исключительно схожи, — заметил Дурта, переводя взгляд с Кави-старшего на Кави-младшего. — И если допустить, что предложенная вами изящная, действительно весьма изящная игра ума есть правда… собственно в кое-каких свитках… да, то я рискну предположить, что двое стоящих предо мною эльфов суть одно и то же лицо, разнесённое однако во времени. Я прав ли?

— А действительно мудрец, — с удовольствием сказал капитан, — горжусь тобой.

— Эээ… это была похвала?

— Она самая.

— Спасибо.

— Спасибо — слишком много, червонец в самый раз.

— Сударь капитан изволит намекать, — пришёл на выручку деликатный Кави, — что в настоящий момент наша скромная компания остро нуждается в Вашем гостеприимстве, о достойный Думья…

— Не могу сказать, будто бы испытываю заметную нужду, — сказал Дурта, широким гостеприимным жестом смахивая на пол хижины осколки чашак и глиняных сосудов, — но и о богатствах не мечтаю.

- «Мечтать о богатстве — зазорно, ибо сии мечтания и богатства не прибавляют, а и оскверняют само понятие мечты», - с улыбкой процитировал Кави.

Дурта уставился на него, как на ожившую вапус.

Кави очень, очень хорошо знал своего друга, потому принудил себя хранить доброжелательное молчание.

— Эээ… — сказал мудрец, растерянно кивая, — вот теперь я действительно могу поверить, что вы прибыли из будущего.

— Один лишь я, — поправил его принц, — допускаю вполне, что мир сударя капитана расположен относительно нашего в ином времени, но сомневаюсь, чтобы в данном случае это имело существенное значение.

— Что происходит-то? — поинтересовался сударь капитан, с хозяйским, — как, впрочем, и всегда, — видом усаживаясь на высоком чурбане.

— Происходит то, что сей дикарь, выдающий себя за принца, огласил запись из моего собственного дневника, сделанную этой лишь ночью! Вернее сказать, ещё не сделанную: я только лишь недавно как следует обдумал её, дабы внести в свиток в наиболее изящном и лаконичном виде. Разве сие не служит доказательством путешествия сквозь время? Разве сие не достаточно убедительно?..

— Убедительно, Дур… Думья, убедительно — согласился Немец, неторопливо осматривая довольно, правду молвить, убогое убранство лесной хижины.