Громовержец - Давид Левонович Акопов

с не менее крупными вилами, из-за него выглядывала нетерпеливая женщина с ржавой катаной, крайне комично смотрящейся с ней в композиции. Уннава уже собирался уходить, как тут среди прочего шума толпы послышались отчетливые крики. А в них наш герой услышал ужасающий возглас Мизуки:

— Дайске!

Через мгновение Уннаву уже было не остановить! Сквозь улицы деревушки Аичи, поднимая за собой огромный столб пыли, несся метеор, разгораясь алым сиянием. Вслед за юношей, к большому удивлению толпы, полетела катана, меч, еще мгновение назад торчавший в земле после того, как Дайске кинул его, уже искрился и кидался разрядами в разные стороны, Громовержец летел гораздо быстрее бегуна, поэтому быстро догнал парня. Дайске воспользовался ситуацией, схватил меч и только ускорился: считанные минуты после старта — и вот уже Уннава видит, как Мизуки машет деревянным стулом перед пастью какой-то твари, позади девушки Томас заряжает что-то вроде металлической трубы, Уннава не понимал, что это такое, но инженеры, алхимики, да вообще все ученые — люди непредсказуемые и способные впечатлить любого, это Дайске знал по себе. Уннава был растерян, ведь прямо перед Мизуки стоял монстр, голова твари упиралась в козырек дома перед входом, а это чуть больше двух метров. И хоть Дайске уже сражался с Гася-докуро, но в тот раз он бы никак не справился без помощи учителя, даже будь у него Громовержец. Монстр потянул свои лапы к Ямамото, от чего бедная девушка свалилась на спину, пока в страхе пятилась назад. В эту же секунду Сидайдака стал стремительно увеличиваться в размерах. Голова монстра пробила часть дома, а руки стали настолько массивными, что каждая ладонь была размером с человека, он мог буквально раздавить кого-то. Дайске рванул вперед, оставляя за собой след из пара, огибавшего его голову, словно дым перегретого двигателя оставляет шлейф за гоночным автомобилем. Искры полетели в разные стороны, а сам Уннава выставил Громовержец впереди, став с мечом единой конструкцией. На бешеной скорости Дайске нанес удар в правую кисть Сидайдака, Громовержец разрубил плоть монстра, оставив обожженный разрез через ползапястья монстра, и почти отрубил его кисть, но монстр оказался настолько крупным и крепким, что меч застрял в его кости. Громовержец врезался в кость монстра, от чего тварь закричала так, что Мизуки и Томас прижались к земле. Дайске выпустил меч из рук, а сам влетел в левую руку монстра, оказавшись ближе всех к нему. Когда тварь кричала, Уннава падал с него на землю, поэтому не успел среагировать и из ушей парня потекла кровь. Он почти ничего не слышал несколько секунд, только назойливый звон заполнял его голову. Дайске закричал. Приземлившись на ноги, юноша не мог думать ни о чем, кроме как защитить Мизуки. Хранитель Громовержца выставил руку вперед, меч, бросив пару всплесков раскаленной плазмы по пути, пробил кость монстра и влетел прямо в руку Дайске на такой скорости, что у парня вышло плечо, но оно в любом случае уже скоро будет в норме. Дайске посмотрел на левую кисть монстра, которая уже больше была похожа на тряпичную куклу, в которую забыли положить набивку, и улыбнулся. Тень сгустилась на Дайске, юноша хотел поднять голову или хоть бросить взгляд, понять, что же происходит над ним, как вдруг огромная нога Сидайдака раздавила юношу. Тело Уннавы вдавилось в землю, через долю секунды грудь парня захрустела, разлетаясь на мелкие осколки, череп вдавился в какой-то камень, лежавший в земле, и разошелся на три части. Земля вокруг была похожа на грунт, только-только политый фермером, она была ярко-черной от жидкости, наполнявшей ее, затем проступили и бордовые оттенки. Сидайдака, наклонился к дому, где были Мизуки и Томас. Огромная голова монстра не помещалась в дом целиком, поэтому тварь повернула ее боком и хотела заглянуть внутрь, как вдруг оттуда вылетела дробь. Это Томас, так отчаянно пытавшийся зарядить ружье все это время, наконец-то смог его использовать. Дэвенпорт, пожалуй, был рад своей разработке, поскольку монстр завопил от боли, вновь оглушив округу, а затем попятился назад. В яме, оставшейся от удара монстра, лежал Дайске, вернее, куски костей, нервная система, где-то кожный покров, а в черепе уже почти целый мозг. Юноша был близок к полному восстановлению. В голове Дайске крутилась одна и та же мысль: «А что если я не смогу, а что если я не защищу Мизуки, если не сдержу клятву, которую дал мастеру, и кто-то из этой деревни пострадает от этой твари, вдруг я снова всех подведу? Я не Кэнсэй, я даже не буси, а мой «бунбу итти» — просто шутка по сравнению с тем, какие надежды на меня возлагают. Я просто их не заслуживаю». Уннава уже стоял на ногах, хотя и правое колено проблескивало костями, левая рука парня, которая восстановилась не полностью, но уже могла держать меч, крепко вцепилась в Громовержец. «Что бы сделал мастер? Что бы предпринял Седьмой. Думай, Дайске, думай!» — Уннава не мог понять, как ему победить монстра. Весь в крови, еще без левого глаза, Дайске нащупал и схватил в своем оби уже всю помятую, разорванную, залитую кровью стопку листов, обернутую дешевой кожей. Упираясь в кимоно, юноша стал куском второй руки листать страницы, когда-то аккуратно связанные между собой.

— Сидайдака! — вскрикнул юноша, увидев что-то в блокноте. — Все смотрите в пол! Живо! — заорал Уннава, смотря на Мизуки и Томаса.

Сидайдака тем временем сидел на чьем-то доме, превратив его в руины, держался за глаз. Тут же монстр встал и понесся на Уннаву, захлебываясь яростью болью и злостью. Мизуки и Томас от испуга и нахлынувших эмоций тут же непроизвольно уставились в пол. Сам Дайске начал глубоко дышать и бормотать себе под нос:

— Ты знаешь, что это, Седьмой не просто так тебя учил: запоминай слабые места противника, ищи их в любой схватке, даже когда кажется. что бой обречен на поражение. Давай, Дайске, смотри в пол, только вниз, вниз!

Впереди земля громыхала и плевалась комьями грязи от того, что по ней несся огромный монстр. И когда Дайске показалось, что он сейчас уже будет вновь размазан, он заметил, что его ногу безуспешно пытается укусить мелкий Сидайдака, безуспешно, малявка не могла даже прокусить кожу. Уннава поднял меч над монстром и просто отпустил клинок. Громовержец прошел через Сидайдака насквозь, и мелкая туша, схожая с тельцем детеныша Тануки, тут же побледнела, лишившись крови.

— Ну вот теперь будет голова раскалываться… Меч и так давно не ел, а теперь я еще его этой закуской раздраконил… — с печалью произнес Дайске, а затем юноша повернулся, проверить, все ли в порядке с Мизуки.