Сокровище Хранителя Запада - Ольга Дмитриева

помешал. Не ожидал застать тебя в обществе прекрасной дамы.

Он сказал это таким тоном, что у меня вспыхнули щеки.

– Это моя ученица, и она ранена, – процедил Бланко, продолжая обрабатывать порез.

В его движениях чувствовался опыт. При этом декан старался не касаться моей кожи и не задирать одежду слишком высоко. Я морщилась и терпела.

– Ах, ученица… – произнес дракон. – А пора бы завести жену.

– Обойдетесь.

– Наглый и упрямый мальчишка…

Этот обмен «любезностями» прозвучал так буднично. Судя по всему, он повторялся уже не раз.

Боль начала отступать, и я задумалась о том, что декан разговаривает с посланником слишком уж вольно.

Тулуна боялись, перед Тулуном трепетали. Дракон источал силу и власть. Ту, которой его наделил император. Перед посланником сдерживались правящие герцоги. Декан Академии Хранителей не та должность, которая допускает подобный тон. А значит, эти двое очень хорошо знакомы. Что же их связывает?

Бланко приложил к моей ране чистую ткань и приказал:

– Держи.

Я послушно накрыла салфетку ладонью. А декан продолжил:

– Не шевелись. Сейчас я найду Жилду или ее помощницу, и они закончат перевязку.

После этого он встал и повернулся к дракону. Посланник императора перестал созерцать двор за окном и теперь смотрел на Бланко с легкой печальной улыбкой, как на неразумного ребенка.

– Где эта золотая курица? – спросил дракон.

Это он так про Феликса, да?

– Выполняет поручение герцога Скау. – Бланко пожал плечами.

– Надеюсь, ты о своей миссии тоже не забываешь, Росио.

Я видела только напряженную спину декана. Но кожей чувствовала, что мой учитель в бешенстве.

– Как видишь, я жив и здоров. Удовлетворен?

Дракон внезапно сменил тему и миролюбиво спросил:

– Что произошло с твоей ученицей?

Бланко покосился на меня через плечо и бросил:

– Ничего, что стоит внимания Пурпурного дворца. Но я немного занят и должен найти целительницу для Марты.

– Тебя самого стоило бы уложить на соседнюю койку, – беззлобно фыркнул дракон. – На пару недель.

– Спасибо за заботу, обойдусь, – сухо произнес декан.

Тулун шагнул к нему и протянул руку. Мне показалось, будто он что-то передал Бланко, и тот молча сунул это в карман. Мелькнуло что-то зеленое, и больше я ничего не смогла рассмотреть.

После этого посланник заговорил деловым тоном:

– Ты просил посмотреть третьекурсницу.

– Не сегодня, – мотнул головой декан. – Банделло увел их на практику. Будут не раньше понедельника.

– В понедельник я принимаю присягу в Пурпурной Академии. – Дракон поморщился. – Зайду в другой раз.

С этими словами он отступил на шаг и коснулся кольца. Камень вспыхнул, и Тулун растворился в воздухе.

Я все это время внимательно слушала разговор мужчин и с каждой фразой все больше сгорала от любопытства. Даже пережитый страх и ранение не могли его погасить.

Стоило декану повернуться ко мне, я тут же выпалила:

– Откуда вы знаете господина Тулуна? Вы больны?

Бланко скрипнул зубами:

– Я похож на умирающего?

– Нет, но если вы больны, то лучше отлежаться в целительском крыле, – уверенно сказала я. – И вы ничего не рассказали про знакомство с посланником.

– Я скорее удивлен тому, что ты с ним знакома, – парировал декан.

– Да, был повод… – пробормотала я.

Главное теперь о знакомстве с императором не заикаться. И про окно в тронном зале, которое я вынесла. Но Бланко теперь смотрел на меня как-то подозрительно, и я тут же задала следующий вопрос:

– О какой миссии говорил господин Тулун? Вам что-то поручил герцог Скау?

Бланко возвел глаза к потолку и вздохнул.

– О секретной. Оставайся здесь, я подниму целителей. Что за бардак в этой Академии? В такое время целителей нет на месте.

В этот момент дверь распахнулась, и я поспешила прикрыть рану окровавленной рубашкой. На пороге появился ректор Барт. Он с ходу начал возмущаться:

– Мы доверили вам Сокровище Севера, и что я вижу! Девушка едва не погибла!

Бланко искренне изумился:

– А при чем тут я? Это случилось на уроке у Грасси, может, с него и спросите?

– Грасси преподаватель с вашего факультета, а за девушку отвечаете вы, – сурово произнес ректор.

Выглядел он при этом удивительно довольным. А меня ощупал таким взглядом, будто жаждал найти повреждения посерьезнее пореза на боку.

– Господин Грасси уже стар и не может удержать леди от неуемного любопытства, – продолжил Барт. – Он сказал, что леди Лунд не справилась с магией возле загонов. Вероятно, это повлияло на защиту. Трагическая случайность, но… После случая с льепхеном вам следовало объяснить своей ученице, как опасны местные животные. Все произошедшее – целиком и полностью ваша вина, Бланко.

На миг я потеряла дар речи от таких заявлений. Декан выглядел равнодушным. Но я чувствовала, что он едва сдерживает гнев. Тогда я повернулась к ректору и уверенно заявила:

– Ничего подобного! Я не использовала магию возле загонов.

Ректор снисходительно посмотрел на меня и спросил:

– Хотите сказать, что глубокоуважаемый преподаватель и сподвижник предыдущего герцога Скау врет? Для чего?

– Это вам лучше знать, для чего, – запальчиво сказала я.

Ректор наградил меня испепеляющим взглядом и припечатал:

– Кроме того, мы обнаружили на двери загона кое-что еще.

Я не смутилась и фыркнула:

– На двери? И что же вы там могли найти?

Ректор улыбнулся и ответил:

– На двери загона обнаружены следы магии Лассалей.

Осадить меня этим не вышло. Я тут же напомнила:

– Она есть не только у меня. Адриан Лассаль – мой однокурсник.

Барт сложил руки на животе и покачал головой. А затем любезно произнес:

– Милая моя, Адриан не подходил к загонам, там была только ты. И это подтверждают все адепты.

Я продолжила гнуть свою линию:

– Значит, подходил раньше. Ночью…

– Выходить из общежития по ночам запрещено, – мягко напомнил ректор. – Надеюсь, вы это тоже уяснили, леди Лунд.

Его улыбка теперь была холодной и недоброй. Ясно было, что мне не позволят доказать свою непричастность.

Ректор удовлетворенно продолжил:

– Вы сделали глупость. Но так и быть, я не буду докладывать об этом вашим опекунам. Даже наказывать вас не буду. Надеюсь, вы испугались достаточно, чтобы в следующий раз быть осторожнее.

После этого Барт повернулся к декану. Тот облил своего начальника презрением. Но, когда Бланко заговорил, голос его звучал холодно:

– Я все понял, господин ректор. Не сомневайтесь, больше никаких происшествий не будет. И с головы леди Лунд не упадет ни единого волоска.

Барт улыбнулся, в его глазах сверкнуло торжество. Ректор торжественно удалился, а я попыталась сесть. Бланко мгновенно оказался рядом и прижал мое плечо к подушке.

– Не дергайся, – приказал он. – Дай мази схватиться и срастить края пореза. Подумай головой. Понимаешь, что происходит?

Я