Сокровище Хранителя Запада - Ольга Дмитриева

– Они врут! Я не трогала эту дверь. Скорее всего, Грасси помогал Адриан.

– Именно, – кивнул декан. – Но доказать это сейчас мы не сможем. Грасси, Адриан и Барт заодно. Нужны время и союзники. Помнишь разговор, который ты подслушала? Это же идеальный план. Растоптанная жуантом наследница Лассалей – отличная причина убрать меня из Академии. Даже если бы твои товарищи оказались способнее, жуант покалечил бы тебя.

В его глазах сверкнуло бешенство, и я поняла, чего стоило Бланко дать ректору спокойный ответ.

– На этот раз у них ничего не вышло… – продолжил он. – Наоборот, ты управляла магией именно так, как нужно, и смогла замедлить жуанта. Видела лицо Адриана? Твой братец явно недоволен исходом. Ты не только не погибла, но и утерла ему нос.

Его слова немного успокоили меня. Но я все же перебила:

– Со мной все ясно. Почему они хотят убрать из Академии вас?

– Это не твое дело, – отрезал декан.

– Это связано с миссией, о которой…

Жесткий палец накрыл мои губы. Бланко склонился надо мной, и наши лица оказались слишком близко. Я снова не могла оторвать взгляд от лавандовых глаз.

– Молчи об этом, – прошипел он. – Не здесь. Не сейчас.

Мне стало еще любопытнее, но я медленно кивнула. Взгляд Бланко на мгновение стал отсутствующим, а затем он дернул плечом. Я тут же вспомнила про рисунок, живущий на его спине.

Декан резко отстранился и направился к выходу со словами:

– Найду целительницу. Лежи!

Я покорно расслабилась, продолжая зажимать рану чистой тканью. Точнее, попыталась расслабиться хотя бы внешне, потому что внутри я все еще кипела от негодования.

Вот невезение… Лассали пытаются вывести меня из игры за наследство, о котором я ничего толком не знаю. Ректор пытается избавиться от меня, чтобы досадить декану. Декан… А декан темнит и ничего не рассказывает! А вопросов у меня к нему по меньшей мере десяток. И я обязательно найду ответы. Хочет он того или нет!

Меня оторвал от размышлений протяжный скрип. Створка окна плавно отворилась, и в комнату царственно вплыл Феликс. Он спланировал на мою постель и горделиво изогнул шею. А затем снисходительно сказал:

– Я готов принимать твои благодарности.

– Благодарности? – удивилась я. – За что?

– Как за что? – оскорбился фениксоид. – Именно я следил за тобой и вызвал Росио, когда из тебя решили сделать отбивную.

– Спасибо, – искренне сказала я. – Но если ты ищешь своего хозяина, то он ушел за целительницей.

Феликс повернул голову, и теперь птичий глаз укоризненно смотрел на меня.

– Росио не мой хозяин, – важно сообщил он. – Я приглядываю за родом Бланко по просьбе Великого и Перерожденного уже тысячу лет.

Его слова напомнили мне о Тулуне, и я спросила:

– Значит, твой хозяин – император? Здесь совсем недавно был его посланник, Луди Тулун.

О том, что дракон назвал его золотой курицей, я упоминать не стала. Фениксоид презрительно сказал:

– Ах, этот мерзкий драконишка… Такой же противный, как и его отец. Да и дед не лучше. Как были надсмотрщиками рудников, так и остались, толку им с пафосных титулов и богатства. Можно вытащить дракона из рудников, но куда сложнее вытащить рудники из дракона. Неудивительно, что ему поручили…

Тут Феликс резко замолчал.

– Поручили что? – жадно спросила я.

Но никто и не подумал удовлетворить мое любопытство. Фениксоид вспорхнул с моей кровати, а дверь отворилась. На пороге снова появился Бланко, на этот раз в компании невзрачной целительницы.

Декан оглядел меня и приказал:

– Останешься здесь до утра. Следующая тренировка в понедельник, в то же время. Без опозданий. Ясно?

Я кивнула, и Бланко ушел. Феликс выплыл в коридор следом за ним.

Остаток дня прошел до отвращения скучно. Боль отступила, я лежала в кровати, мне приносили еду. Я много думала обо всем. Грасси, жуант, происки ректора и Адриана…

А еще меня жгло любопытство. Что связывает декана с посланником императора? Почему ни Бланко, ни его птичка не испытывают к Тулуну должного пиетета? Скорее уж, наоборот, не переносят на дух. Что происходит с самим Бланко, почему ему нужно в целительское крыло и о чем недоговорил Феликс?

Но чем ближе становилась ночь, тем больше меня волновало другое. В моей комнате заперт один голодный льепхен. Возможно, Лютик отправился на охоту, когда понял, что я не приду. Но что, если нет?

Заснуть я так и не смогла. Крутилась в постели и думала о несчастном звере. Наконец когда на часах было уже глубоко за полночь, я не выдержала и осторожно встала с кровати. На мне была надета больничная пижама, но форму уже принесли. Морщась от боли, я влезала в брюки и рубашку, набросила пиджак и кое-как зашнуровала сапоги. А затем вышла из комнаты и начала красться в сторону кухни.

Добыть колбасу оказалось просто. Сжимая в руках сверток с парой увесистых ароматных колец, я продолжила красться по коридорам Академии. Везде меня встречала тишина и приглушенный свет. Впереди замаячила дверь в галерею, когда меня вдруг окликнул знакомый голос:

– Марта?

Не знаю, чего в нем было больше: недоумения или злости. Мне очень хотелось сорваться на бег или провалиться сквозь землю, но пришлось повернуться и заглянуть в лавандовые глаза декана Бланко.

Он стоял совсем рядом, и мне пришлось вскинуть голову. Одновременно я спрятала за спину сверток с колбасой. И, прежде чем декан успел вымолвить хоть слово, задумчиво произнесла:

– Вы снова появились из ниоткуда. Как в день нашей встречи.

После этого я подозрительно оглядела своего учителя с ног до головы. Мои слова достигли своей цели. Бланко на миг опешил, но быстро нашелся и возразил:

– Ничего подобного. Ты так стремилась сюда, что не заметила меня. Зачем, кстати? Разве я не приказал тебе оставаться в лазарете?

– Там скучно, – начала канючить я. – И койка жесткая, спать невозможно.

– А что ты прячешь за спиной?

Он не сводил с меня цепкого взгляда. Я нервно улыбнулась:

– Не важно.

Бланко протянул руку и произнес:

– Давай сюда.

Я покачала головой и пробормотала:

– Ну, господин Бланко… У девушек могут быть свои секреты.

– Секреты с запахом колбасы? – усмехнулся он в ответ. – И что же это за секреты?

Попятилась я скорее инстинктивно. Бланко не пытался меня поймать, но шагал следом. Отступать быстро стало некуда: за спиной оказалась дверь, и я вынужденно прильнула к ней, продолжая прятать свою добычу и смотреть в глаза декана.

Он уперся одной рукой в створку, нависая надо мной, и доверительно произнес:

– Лучше тебе самой признаться.

Я медленно выдохнула и