Тотто-тян, маленькая девочка у окна - Тэцуко Куроянаги

На прощание учитель сказал:

– «Лебединое озеро» – это, конечно, замечательно, но я хотел, чтобы ты полюбила фантазию и научилась при­думывать свои собственные танцы.

Лишь повзрослев, Тотто-тян узнала, у кого она зани­малась. Баку Исии был основателем школы свободного танца в Японии. Кстати, именно он назвал Дзиюгаокой – Свободными холмами – небольшую железнодорожную станцию по линии Токио – Иокогама, где находилась школа «Томоэ».

Этот замечательный человек – тогда ему было пять­десят лет – старался привить Тотто-тян любовь к сво­бодному, раскованному танцу.

«Огородный учитель»

-Познакомьтесь – это ваш учитель, сегодня его урок. Он научит вас многим полезным вещам, – так директор представил ученикам нового преподавателя.

Тотто-тян принялась внимательно разглядывать его. Одет совсем не как учитель. Вместо пиджака – короткая хлопчатобумажная рабочая куртка в полоску, из-под нее торчит трикотажная рубашка; вокруг шеи короткое поло­тенце – вместо галстука, что ли? Длинные и узкие тем­но-синие штаны, тоже из хлопка, а вместо ботинок – дзика-таби[24]. И наконец, на голове изрядно поношенная соломенная шляпа. Так на берегу пруда Кухомбуцу и со­стоялось знакомство с новым преподавателем. Разгляды­вая его, Тотто-тян никак не могла вспомнить: «Где же это я его видела?»

Черное от загара, доброе лицо, покрытое сеточкой морщинок. На черном шнурке, вместо пояса, длинная курительная трубка – и ее она видела не впервые…

Вспомнила.

– Ой, а я вас, кажется, видела! На огороде, у речки. Вы ведь крестьянин, правда? – спросила она, почти не сомневаясь.

«Учитель» в рабочей обуви весело рассмеялся, обнажив белые зубы:

– Ну, конечно, миленькая! Вы ж каждый раз прохо­дите мимо нашего дома… Когда гуляете в Кухомбуцу… Видели поле, там еще сурепица, желтая такая, цветет? Ну вот, там я и живу.

– Ой, как здорово! Так вы теперь наш учитель? – обрадовались дети.

– Что вы! – замахал руками добродушный крестья­нин. – Какой из меня учитель… В земле ковыряюсь… Вот, господин директор попросил, уважить надо.

Тут запротестовал директор:

– Нет, нет! Вы самый настоящий учитель, только огородный. Будете учить их, как выращивать овощи. Ведь кто, например, учит выпекать хлеб? Не кто-нибудь, а пекарь! Ведите их на огород и приступайте к занятиям.

Будь то обычная школа, от крестьянина потребовали бы учительский диплом, но директор Кобаяси презирал всякие бумажки. Он желал одного – чтобы ученики знали, как трудятся люди.

– Ну что ж, за работу! – сказал «огородный учитель». Они пришли в один из тихих и живописных уголков на

берегу пруда Кухомбуцу, под сень деревьев. Директор заранее позаботился о том, чтобы сюда привезли вагончик со всем необходимым для работы в поле – лопатами, мотыгами и прочим инвентарем. Маленький вагончик мир­но стоял посреди небольшого поля, которое предстояло обработать.

«Огородный учитель» велел достать из вагончика ло­паты и мотыги, и они приступили к прополке. Во время работы он рассказывал им о сорняках: о том, что они очень живучие и растут куда быстрее хороших растений, засло­няя им солнце. В сорняках, по его словам, находят при­станище всякие вредные насекомые. Сорняки могут вы­сосать из почвы питательные вещества, и тогда пропадет урожай. Сведения сыпались как из рога изобилия. А кре­стьянские руки не останавливались ни на минуту, продол­жая выдергивать сорную траву. Затем учитель показал, как надо мотыжить, насыпать грядки, сажать редьку, сеять семена, удобрять почву – словом, делать все необходимое, чтобы был урожай. При этом каждый свой шаг он объяснял.

Внезапно дети заметили змейку, высунувшуюся из тра­вы. Она чуть было не укусила за руку старшеклассника Та-тяна, но «огородный учитель» успокоил:

– Здешние змеи не ядовиты. Не тронь их, и они никогда не укусят.

И еще «огородный учитель» рассказал о насекомых и птицах, о бабочках, о погоде. Руки у него были жили­стые, мускулистые – ясно, что то, о чем рассказывал, он познал сам. Под конец дети все выдохлись, но, обливаясь потом, работу все-таки закончили, правда, не без помощи учителя. Огород получился просто замечательным, если не считать, конечно, нескольких кривых грядок…

С этого дня, едва завидев крестьянина, даже издалека, дети радостно кричали: «Смотрите, наш огородный учи­тель!» В свою очередь тот, когда у него оставались удоб­рения, привозил их на школьный огород. Дела шли хо­рошо. Каждый день кто-нибудь отправлялся на разведку, чтобы доложить директору и товарищам о том, как растут всходы. Какое же это чудесное, удивительное, радостное чувство – видеть, что посеянные тобой семена дают доб­рые всходы! Стоило собраться нескольким ученикам, как тут же заходил разговор об огороде.

Страшный пожар войны разгорался в разных уголках планеты. Но когда ребятишки увлеченно обсуждали ма­ленький огород, казалось, что они все еще живут под мирным небом.

«Варка-в-котелках»

Однажды после уроков Тотто-тян ушла из шко­лы, не задерживаясь и даже не попрощавшись. Быстрым шагом она пошла на станцию Дзиюгаока, бормоча по дороге какие-то странные и непонятные слова: «Гром-ущелье-варка-в-котелках». Это была довольно сложная для маленькой девочки фраза, но не длиннее имени одного героя комического рассказа, который, падая в колодец, так долго называл себя, что его не успели вытащить оттуда. Ни в коем случае не забыть нужную фразу! Главное – не перебить мысль. А то пройдет кто-нибудь мимо, и тогда пиши пропало – все вылетит из головы. Или попадется на пути лужа, которую нужно ловко перескочить, – отвле­чешься и начисто забудешь. Так что лучше всего без конца повторять про себя эти непонятные слова. К счастью, в поезде никто с ней не заговаривал. Сама же она старалась не впутаться в приключение, поэтому ничего примечатель­ного не произошло и она благополучно доехала до своей станции, ни разу не задав вопроса: «А это что такое?» Только когда она выходила с перрона, знакомый желез­нодорожник чуть все не испортил, окликнув ее: «Домой, девочка?» Тотто-тян едва не ответила ему, но вовремя удержалась. Она приветливо махнула ему правой рукой, а левой зажала себе рот и побежала домой.

У самых дверей она громко крикнула:

– Гром-ущелье-варка-в-котелках!

Мама долго ломала голову, кого это изображает до­чурка: то ли сразу всех сорок семь ронинов, ворвавшихся в усадьбу обидчика, то ли дзюдоиста, торжествующего победу. Но потом разобралась, в чем дело: «Ущелье Тодороки, пищу будем готовить на свежем воздухе, в котелках!»

Около станции Тодороки, остановки через три после Дзиюгаоки, находится один из живописных пригородов столицы – Тодороки, то есть «Громовое ущелье», с водо­падом и рощей. Туда-то дети и пойдут в поход, а на привале приготовят пищу на костре.

Мама покачала головой: «Удивительно! Такая длинная фраза! Уж если что-то заинтересовало ребенка, то он только об этом и думает!»

А Тотто-тян вздохнула с облегчением: наконец она избавилась от длинной фразы. Она тут же принялась в подробностях рассказывать маме о предстоящей экскур­сии. В пятницу утром они соберутся в школе. С собой надо захватить чашку для супа, пиалу для риса, палочки для еды и стакан риса. Не забыла она сообщить и о том, что, как сказали им в школе, рис разваривается и из одного стакана получаются два. А еще они будут варить похлебку из свинины, так что неплохо было бы принести немного мяса и овощей. По желанию, можно захватить с собой и что-нибудь на полдник.

Все следующие дни Тотто-тян вертелась на кухне, не отходя от мамы. Она наблюдала, как та ловко орудует кухонным ножом, как держит кастрюлю, как раскладывает по чашкам вареный рис. Ей было приятно видеть, как все спорится у родной мамочки в руках. Но особенно восхи­щало Тотто-тян то, как мама каждый раз, когда снимала со сковороды крышку, вскрикивала «ой-ой-ой!» и быстрень­ко хваталась двумя пальцами за мочку уха.

– Сковорода горячая, а уши холодные, – объясняла она Тотто-тян.

«За ухо хватаются люди взрослые, умеющие хорошо готовить» – такой вывод сделала девочка.

«Когда начнется „гром-ущелье-варка-в-котелках“, я то­же так сделаю», – решила она.

Наконец наступила долгожданная пятница. Сначала ехали на электричке, а со станции до ущелья добирались уже пешком. Директор с удовольствием наблюдал за деть­ми. Их личики сияли от радости под лучами солнца, пробивавшимися сквозь кроны высоких деревьев. Стоя с огромными рюкзаками за плечами, они ждали распоря­жений директора. А позади с высокого уступа мощным потоком низвергался знаменитый водопад.

– Ну а теперь, – обратился к детям директор, – да­вайте разобьемся на группы и огородим кирпичами места для костров. Их принесли с собой ваши учителя. Потом кто-нибудь из каждой группы промоет рис в реке и по­ставит его вариться. Затем приготовим суп со свининой. А теперь за дело!