Diamond Dust (СИ) - "mari.kvin"

— Кто тебя нанял? — спокойно спросил главный.

Адам молчал, продолжая лишь смотреть на собеседника. Белый парень приставил к его горлу нож. Лезвие царапнуло кожу, из раны потекла тонкая струйка кожи. Адам не прерывал зрительный контакт, понимая, что сейчас нужен живым.

— Мы можем и ее спросить, если ты не заговоришь.

— Спросите, — спокойно сказал Адам. — Я же ей все свои планы объясняю, как ребенку в начальной школе, — не скрывая сарказма, произнес Адам. — Тепличных богатых девочек ведь так сложно расколоть в таком антураже. Не понимаю, почему на них не держится армия, — в том же тоне продолжил он.

— Мы с тобой позже поговорим, — после недолгой паузы произнес главный. — Мак, он пока твой.

— Хорошо, босс, — довольно произнес Мак и скрылся с поля зрения.

Через минуту Адам услышал шелест ремонтной защитной пленки, шаги и звук чего-то, перемещающегося на колесиках. Когда Мак вернулся в зону видимости, Адам понял, что это тележка, на которой лежали электродрель, ножи, плоскогубцы и другие инструменты.

— Мы с тобой хорошо проведем время, друг.

Адам молчал, ему вспомнилось, что не зря он так долго думал прежде, чем дать свое согласие на дело, снова взглянул на столик и успокоил самого себя, что долго все это терпеть не придется.

Открыв глаза, Амелия чувствовала уже знакомую ей после снотворного туманность. Не успела она осмотреть помещение, в котором находилась, как услышала звук, похожий на дрель, мужской крик, а затем почти истеричный смех.

К своему удивлению Амелия заметила, что были связаны только руки. Спереди, пластиковыми стяжками. Хоть ноги и кололо, когда она поднялась, свобода в них позволила ей оказаться возле двери. Подергав ее, Амелия поняла, что заперта. Крик, дрель, смех: все прекратилось. Амелия и сама замерла, ожидая дальнейшего, но было тихо.

Она обернулась, чтобы рассмотреть помещение, в котором находилась. Небольшая коморка без окон, с диваном. Все вокруг напоминало чем-то подвал, в котором ее первое время держал Адам.

Мысль об Адаме сразу вызвала воспоминание из домика: он, кровь, пол, незнакомцы. Амелия почувствовала резкий прилив крови к мозгу, начав осознавать все происходящее. За дверью снова послышался крик, голос смутно напоминал Адама. Амелия отшатнулась от двери, словно ее сбило ударной волной. Сейчас она не могла ответить даже самой себе, хотела бы она, чтобы он оказался по ту сторону двери или продолжал лежать на полу в домике базы отдыха.

Не было часов, окон, ничего, что позволило бы в минутах измерить отрезок времени, который она просидела на диване. Крик продолжался с разной периодичностью. Зажать уши руками не получалось. Амелия уже перевалилась на бок, пытаясь, зажать уши коленями, но ничего толкового из этого не получалось.

Звук открывающегося замка заставил ее сосредоточиться на двери. Время в этот момент показалось неприлично долгим, словно каждая секунда ожидания растягивалась на несколько минут. Когда дверь распахнулась, Амелия увидела незнакомого ей темнокожего мужчину в пиджаке, джинсах и футболке.

— Проснулась, пташка, — мягко заговорил он, подошел ближе. Амелия продолжала сидеть на месте, внимательно наблюдая за дальнейшими действиями. Незнакомец сел рядом на диван. — Мы уже начали волноваться, что увели тебя от нас, — продолжил в том же тоне, поднял руку. Амелия поняла, что к ее волосам, прядям, которые закрывали лицо. За несколько секунд до прикосновения она все-таки отодвинулась.

— Где Адам?

— Переживаешь за друга? — усмехнулся незнакомец. — Или кто он тебе? Парень? Любовник? — посмотрел на руку с кольцом. — Явно не жених, подаривший это, — поднялся на ноги. — Пойдем, если хочешь его увидеть.

Он направился к двери, Амелия продолжала сидеть, понимая, что во всем происходящем есть какой-то подвох, но решила все-таки встать. Идя по темному коридору, Амелия поняла, что полностью сосредоточена на фигуре незнакомца, что даже не обратила внимания на стены, место, остальное помещение.

Когда они оказались в помещение, похожим на цех, Амелия почувствовала неприятный легкий металлический запах, что-то жженое. Перед ними стоял другой мужчина из номера в резиновых перчатках и темном фартуке, за ним на стуле сидел Адам. Его голова была опущена, волосы слиплись от крови.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мак у нас любит свое дело, милая, — с почти отцовской гордостью произнес незнакомец. Амелия заметила, что Адам поднял голову после ее слов. Его лицо слабо напоминало то, к которому она привыкла, скорее, представляло собой окровавленное месиво с заплывшими глазами. — Пабло Эскобар*, ты ведь знаешь его? — Амелия продолжала смотреть на Адама, чувствуя, что ноги все больше подкашиваются, от запаха становится плохо, а на глаза начинала находить пелена слез. Неожиданно из состояния накатывающей истерики ее выдернула звонкая пощечина по лицу. — Отвечай, когда я спрашиваю.

Амелия кивнула, скорее по инерции, нежили, действительно понимая, что от нее хотели.

— В 91 году он сам сдался властям, сидел в своей же тюрьме. Туда к нему приезжали женщины, соратники, родственники. Он продолжал вести дела. Проворовавшихся наркоторговцев он пытал, просверливая колени дрелью. До колен твоего… мы так не определили статус кого, но не суть, мы еще не дошли, но в паре косточек дырки уже есть. В паре, Мак?

— Тройке, четверке, босс, — ответил Мак.

— Или так, — спокойно произнес он. Амелия почувствовала, что на грудь словно положили груз весом в несколько тонн, дышать становилось все сложнее. — Нам просто надо знать, кто заплатил ему за тебя. Скажешь сейчас по-хорошему — новых дырок у него не будет.

— Ты… — заговорил Адам, сплюнул кровь. Его голос показался Амелии более хриплым и тихим, чем обычно, — ты сейчас серьезно просишь девочку, которую я похитил и держал, сделать что-то, чтобы мне не было больно? Думаю, она бы сама с удовольствием всадила бы в меня сверло, если бы духу хватило. И запачкаться не боялась.

Незнакомец взглянул на Адама, потом перевел взгляд на нее. Амелия увидела в нем что-то слишком торжественное, но не сразу поняла причину. По ее щекам уже текли слезы, она зачем-то кусала губу, пытаясь это остановить и еще каким-то чудом держалась на ногах.

— А мне кажется, что она волнуется.

— Тебе кажется, — ответил Адам, снова что-то сплюнул.

— Мак, давай проверим, разрешим нашу дискуссию, — кивая в сторону дрели, предложил незнакомец.

Амелия проследила за его взглядом, но не успела ничего сделать, как почувствовала, что главный сильно прижал ее к себе, не давая вырваться, и ухватил за подбородок, чтобы она не отворачивалась. Через несколько секунд раздался звук дрели, который по ощущениям был и в голове. Амелия начала вырываться, просить перестать, кричать, что хватит, просто плакать и, к своему удивлению, поняла, что Мак выключил дрель.

Через пару секунд Амелия поняла, что незнакомец выпустил ее и свободной рукой дал понять Маку, чтобы тот остановился, что на нее все смотрят, что она продолжала что-то верещать о просьбах прекратить все, но никакой звук из ее рта не выходил.

Амелия понимала, что пыталась произнести «не могу сказать», но дальше желания это не уходило. Незнакомец усмехнулся. Ей захотелось плакать не только из-за ужаса от увиденного и случившегося, но и из-за непонимания ситуации.

— Мой тебе рабочий совет, пижон, — неожиданно заговорил Адам. — Девочка тепличная, изнеженная, золотая, со здоровой психикой до недавних пор. Ее такую и обратно захотят. Кому нужна физическая и эмоциональная калека? И пока ты ее окончательно не сломал, верни в комнатку, где она сидела. Увиденное — явно не ее уровень подготовки. Я бы на твоем месте с чего помягче начал — удары по морде, выбивание суставов пальцев на руках… Но… теперь вы потеряете время, ожидая, пока она от шока будет отходить. Да, куколка?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Амелия поняла, что все, что говорил Адам, до нее не дошло за исключением последнего предложения. Она слышала его голос, отдельные слова, но в связный текст это никак не складывалось.