Хозяйка над бесами (СИ) - Мирра Слуцкая

длинной белой рубахе. Не показалась она тогда страшной, Аглая даже не пискнула. А девушке крикнул кто-то "не трожь ее, она Пелагеина внучка!". Аглая никогда не участвовала в купальских гуляниях, хоть бабушка в последние годы и просила.

Быстрым шагом Аглая подошла к роще. Не думать о бабушке. Она мертва не только по церковным книгам, сердцем Аглая ее тоже похоронила. Поделом потому что. Да только, — пронеслось в голове, — как не вспоминать-то? Кроме бабушки и не было ничего.

Внутри стоял густой грибной запах с примесью сосновых иголок. У Аглаи голова закружилась. Она схватилась за свой сарафан. Не утерпела ведь, надела — и ярко-синее полотно колыхалось около ног. Почему же русалка запретила ей ходить здесь? Под ступнями лежал мягкий ковер из хвои, воздух мерцал и был золотистым, будто бы в нем растворилось вечернее солнце.

Бусы из медного изумруда — интересно, какие они? Аглая видала украшения только на местных женщинах. Бабушка такое не носила. Почему-то она, очень красивая, даже в старости, никогда себя не украшала. Да как же выглядит медный изумруд? Аглая в избе постыдилась выспрашивать про бусы. Она закрыла глаза и представила старостину жену. Холодная и крепкая, с сильным голосом и сильными чувствами она носит господское имя Ирина. Ей должны нравиться красные каменья. А бусы из медного изумруда она не надевала, потому что они не красные, они совсем другого цвета. Такой цвет не горяч и не холоден, он приятно теплый, как летний день. Аглая хлопнула себя по лбу. Зеленые, зеленые бусы надо искать! Она огляделась. Найти зеленые бусы в зеленом лесу?

За спиной раздался шелест. Аглая обернулась. Ни души. Ветки колыхнулись от ветра. До Аглаи донеслась далекая дудочка. Где-то там, за пшеничными полями, пастушок вел ольменовское стадо обратно домой. Иголки зеленели на черном земляном ковре. Аглая наклонилась к одной — медные изумруды такого же цвета? Она покатала иголку между пальцами. Вдали солнце величественно и неизбежно опускалось за горизонт. Оставалось совсем немного времени.

Ветка хрустнула позади. Аглая подскочила. Ничего не произошло. Может, птица какая пролетала да задела сук. Под осиной, что стояла поодаль, сверкнуло что-то зеленое. Аглая приблизилась. Под осиной вкруг стояли грибы. Аглая раздвинула их, пощупала землю — не было здесь бус. Размотав косынку, Аглая стала собирать грибы. Будет что пожевать завтра. Перед глазами поплыл туман. Аглая помотала головой, но туман никуда не девался. Ей стало казаться, что она видит рощу иначе. Осинка теперь росла далеко, а сама Аглая шла мимо кустов бересклета. Его ветки зацепились за красный сарафан. С досадой Аглая убрала их. "Женьк, — сказала она, — далеко еще?" Ее подруга ответила "нет, мы почти пришли, чего ты ноешь" Аглая надулась. Женька всегда над ней издевалась. И чего они вообще дружат Аглая остановилась. Женькин сарафан белел вдали, вот-вот, и она скроется из виду. Да и к лучшему, — подумала Аглая, — и зачем с ней пошла? Лучше б дома маме помогла пирог испечь с малиной. Аглая потеребила бусы. Эх, зря их надела. Боязно за них, не попляшешь теперь с ребятами. Она вновь потрогала бусы — на месте ли? Женька крикнула "Ты где?" И Аглая нехотя поплелась. Теперь она видела все со стороны. Высокая иринина дочка быстро уходила. На ветке бересклета болтались зеленые бусы. Ветка выпрямилась, бусы скатились вниз.

Когда туман рассеялся, оказалось, что совсем стемнело. Мрак стал осязаемым, он укладывался под сосны, занимал воздух между ветками. Аглая поднялась с колен. Вон они, кусты бересклета, которые похитили бусы. Аглая двинулась к ним.

На Аглаю посыпались шишки. Она с воплем подпрыгнула. Грибы упали под ноги. Что-то схватило Аглаю за плечи и закрутило. Она замахала руками, пытаясь отбиться. Враз налетели звуки — то-то визжало, грохотало, шипело и хохотало. Аглая закричала. Сотни голосов вторили ей. Уходи, прочь, беги, убирайся! — повторяли они. Там были и мужские, и женские, и даже один детский. Аглая узнала его — это Митя, в семь лет он заблудился в лесу. Родители так и не нашли его, а бабушка сказала, что Митю забрал леший. Из вихря показалось нечто темное. Аглая схватилась за это и дернула со всей мочи. В руках остался стебель, голоса стихли. До Аглаи донеслось эхо" уходи!" А в бабушкиных книгах говорилось, что лешие не нападают первыми. Стебель рассыпался в труху. Аглаю окатило болотным запахом. И с чего бы лешему бросаться на нее? Бабушка же столько лет носила ему молока, особенно после Мити! Аглая подняла косынку с грибами. Над лесом, каркая, пролетела стая ворон. Они загородили остатки солнца.

Под самыми нижними ветками бересклета и лежали бусы. Лес прикрыл их листьями земляники.

Аглая сунула бусы в косынку, к грибам. Надо было уходить. Воцарилась тишина — такая, что хотелось бежать в шум и гомон. Краем глаза Аглая увидела, как темнота двинулась за ней. "Уходи!" — раздалось совсем далеко, словно прорываясь сквозь толстое пуховое одеяло. Аглая резко обернулась. Закаркали вороны.

Над ней парила живая тьма. У нее не было лица или формы. Она застилала все кругом, она затмевала солнце и людские сумерки. Из тьмы на Аглаю смотрело нечто. Она увидела, как вживую — вот тьма входит в нее через рот и уши, вот она застилает глаза и расползается внутри. Это было не похоже ни на одну нечисть.

Что ты, — прошептала Аглая. Она не двигала ртом, просто подумала. Темнота мягко коснулась лица. "Я — это ты, иди ко мне", — ответила она, — "вместе мы сможем многое".

Темнота говорила. Аглая слушала. Она бы уехала из Ольменовки. Через год она стала бы любимицей императрицы. Она спала бы в роскошных покоях с видом на мощеную площадь. Она сидела бы в главной театральной ложе, и иноземные актрисы пели бы для нее, деревенской девки. Но она уже не была деревенской. Вместо свободного сарафана Аглая носила кружевное платье с корсетом. Никаких ссадин и царапин, белые изнеженные руки украшали кольца и браслеты. "Ваша светлость, — говорила Аглая императрице, — здесь как-то скучно, пойдемте-ка в ресторан". А вечерами весь свет съезжался посмотреть на чудеса, что Аглая творит. Она исцеляла. Сбывались ее пророчества. Ее ворожба сделала Россию первой в мире державой. Аглая выходила на поле боя и хлопала в ладоши. Миллионная армия падала ниц. Весь мир трепетал при одном упоминании "русской ведьмы". Она шла по земле уверенно, брала, что хотела, и никто не мог навредить ей. Всегда вдоволь еды, друзей и занятий. И темная тень за спиной. А после смерти тень пожрала