Тайна лорда Мортона - Галина Романова

– Я же зверь! – Спурий с усилием сел, потер ладонями лицо. – Мессир Леонард это знает, но дама Морана... Сегодня ночью я хотел убить человека. Убить вас!

Я вспомнил злобного монстра, кинувшегося на меня в коридоре. Если бы не Нетопырь...

– Я ведь нашел его, – тем временем заговорил Спурий, – того человека, который хотел зарезать Арысь-поле. Он не очень-то таился. Словно хотел, чтобы я его нашел... Да, это был человек. Но... я не узнал его. Он завладел моим сознанием так быстро и умело, что я даже не стал сопротивляться. А потом получил приказ. И если бы не это привидение...

– Нетопырь Малюта Скуратов, – сказал я. – Он спас мне жизнь.

– Да, если бы не он... Будьте со мной поосторожнее, Максимилиан! Три ночи в месяц я самопроизвольно превращаюсь в волка. В другие ночи мне приходится пользоваться... м-м... подручными средствами. Я же преподаю магию превращений и должен всегда быть готов показать детям, как это делается! В такое время я не контролирую себя. Тем более что я получил приказ и пока еще его не выполнил. А отменить его можно только смертью «хозяина»!

– Но вы узнали этого человека?

– Нет. Он не дал мне это сделать. Одно могу сказать – в магии чувств он слаб. Иначе я не смог бы преодолеть его приказ и встретил бы вас сейчас в образе волка. Однако что мешает ему подготовиться получше? Так что будьте осторожнее, Максимилиан. И... пояс на вас... Он с ошибкой. Надо девятнадцать узлов, а у вас получилось только семнадцать.

Я сначала удивился, как он догадался о поясе – я ведь надел его под одежду! – но потом вспомнил, с кем имею дело, и, коротко попрощавшись, ушел.

О Белом Мигуне вот уже почти месяц не было никаких сообщений, начальство решило, что детям можно немного расслабиться, и за две недели до праздника Йоль устроило небольшой спортивный праздник. Каждый класс всех семи курсов должен был выставить одного человека для участия в заездах на кабанах, метании копья, стрельбе из лука, ледяной горке, борьбе и игре в мяч «кнаттлейк». Все это традиционно мужские виды спорта, так что основными участниками были мальчики. Девочки же должны были сыграть матч в мамбалет.

Объясняю для тех, кто не знает. Это такой чисто женский вид спорта, поскольку летают на метлах исключительно женщины. Зрителями же чаще бывают мужчины, ибо участницы надевают короткие пышные юбки и зрители, сидящие внизу, отлично видят под юбками ножки участниц. Играют двумя или тремя командами по десять игроков. У каждой команды есть талисман – гроздь из десяти шаров, которая висит в воздухе и может свободно перемещаться по полю. Задача игроков – не упустить свою гроздь, защитить ее от соперниц всеми способами и при этом ухитриться уничтожить все шары противника. За каждый лопнувший шар начисляется одно очко. Выигрывает та команда, которая первой проколет все шары противника. В этой игре (единственной) разрешено использование магии – запрещается только превращать противниц в неодушевленные предметы, а также метать в шары противника молнии с расстояния больше одной сажени.

В этой игре есть еще одно «но» – некоторые шары начинены не совсем приятным содержимым, как-то: птичьи перья, мед, конфетти, жидкая грязь. Внешне же все шары одинаковы, но, идя на таран, игроки часто рискуют перепачкаться с ног до головы. Мамбалет считается захватывающей игрой. Правда, иногда девушки забывают, что они волшебницы, и начинают просто таскать друг друга за волосы. В школах играют в облегченный вариант мамбалета – здесь действуют дополнительные правила и ограничения на полеты, так что здешний мамбалет превращается в подобие синхронного плавания.

В Школе МИФ участвуют в этом соревновании только ученицы старших классов, и в нынешнем году ставили команду шестого курса против седьмого. Большинство девушек умеет играть в мамбалет, занимаясь этим на каникулах дома. Но в нашей школе такое мероприятие проводилось всего второй или третий раз.

К олимпиаде подключили всех. В моем ведении находились ездовые кабаны. Надо было осмотреть всех кабанов в подсобном хозяйстве, поставить будущих скакунов на усиленное питание и приучить новичков к уздечке.

Несомненным фаворитом шести предыдущих скачек был кабан по имени Гульфакси 2118. Его постоянные соперники носили странные для свиней имена Слейпнир и Рататоск. Подрастала и молодая смена, из которой я отобрал молодых кабанов Грейпа, Гарма, Гэри и Фреки. Смотритель свинарника был элле (у скандинавов дух, похожий на эльфа. – Прим. авт.), и у него был заскок в сторону скандинавской мифологии. Но самое главное – все кабаны вели себя так, словно знали, что означают их имена.

Дав смотрителю, мрачному, неразговорчивому типу, задание кормить эту семерку получше и почаще гонять для тренировки, я направился к себе. Мне нужно было пройти через спортплощадку, и я невольно приостановился, ибо как раз в это время шла тренировка.

У большинства участников занятия заканчивались в половине четвертого, когда на улице уже начинало темнеть, поэтому ради подготовки к соревнованиям отменили все факультативы по субботам, так что для тренировок оставались два дня в неделю и все уроки магии жеста. Сегодня была пятница, когда занятий после обеда почти ни у кого нет, и ребята получили внеплановую тренировку.

На спортплощадке юноши метали копья и схватывались в поединках, в небе над ними парили на ученических метлах девушки, отрабатывая синхронный спуск и подъем. Семикурсницы держались в воздухе лучше, а сборная команда шестого курса никак не могла достичь нужной слаженности. На земле, нога на ногу, сидела на краю своей ступы Берегиня, курила и мрачно смотрела в небо. Поверх всегдашней полувоенной униформы она нацепила меховую душегрейку и стала похожей на сказочную Бабу Ягу. Не хватало только лаптей вместо начищенных до блеска сапог, драной юбки вместо холщовых штанов и цветастого платка на седых волосах.

Не вынимая трубку изо рта, Берегиня покосилась в мою сторону.

– Ну, как ты это находишь? – бросила она. Берегиня всегда обращалась ко мне на «ты». Как, впрочем, ко всем в школе.

– Красиво, – сказал я.

– А по-моему, ужасно. – Берегиня сплюнула на снег. – Что за молодежь пошла! Ни одной я бы не доверила оседлать гоночного дракона. Не говоря уж о боевом.

– Да, согласен, – кивнул я. Гоночные драконы, юркие ящерицы метров десяти длиной, не шли ни в какое сравнение с боевыми драконами, которые вырастали до сорока и пятидесяти метров.

– Разбираешься в драконах?

– Да.

– А сам летаешь?

– В Неврской Школе Искусств был предмет «пилотирование различных воздушных средств», – сознался я, – но...

– Так, может, подскажешь чего-нибудь? А то Морана хочет расширить летный парк школы. Все эти метлы повыкидывать – как-никак не каменный век на дворе! Она вроде бы с кем-то даже договорилась насчет поставки новых летающих предметов от пылесоса до мопеда. А тут...