"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

– Пока не обвинял, - усмехнулся Сен Абдулл.

Тем не менее он воздержался от дальнейших препирательств и послушно замолчал. Облегченно вздохнув, Лен кивнул Койне.

Спасибо, директор Хэнниш. Я уверен, что позже у нас появятся к вам новые вопросы. Вы очень хорошо обрисовали ситуацию.

Она пожала плечами и села в кресло. Внезапно Койна заметила, что у нее дрожат колени. Струйки пота, как червячки, ползли по ребрам и позвоночнику. Она непроизвольно посмотрела на Клитуса, чтобы оценить его реакцию. Тот встретил ее взгляд и одобряюще улыбнулся. Почувствовав опаляющую злость, Хэнниш приняла окончательное решение о смысле своей жизни. Судя по всему, ее выступление понравилось слуге Дракона. Осознав этот факт, она уверилась в себе и в том, что ей полагалось сделать. Будто в ответ на улыбку Фейна, ее страх исчез, и колени перестали дрожать.

Президент Лен по-прежнему держал жезл в руке. Он немного успокоился и перестал размахивать атрибутом власти, как дубиной.

– Члены Совета, - обратился он к залу, - давайте приступим к делу.

После первых минут напряженного волнения его голос окреп и обрел былую звучность.

– Директор Хэнниш обрисовала нам нынешний кризис. Настало время сделать то, ради чего мы были избраны человечеством.

У Койны сложилось впечатление, что он произносил заученную речь. Наверное, Лен не полагался на собственные мысли.

– Для начала мы должны провести различие между нынешним кризисом и общим чрезвычайным положением. По закону и по должности проблемы нынешнего кризиса обязан решать Уорден Диос - что он, в принципе, и делает. Глава полиции отправился на «Затишье» и ведет переговоры с амнионами. Сходным образом его станция - командный пункт полиции Концерна рудных компаний - прикрывает собой Сака-Батор и защищает нас от вероятного уничтожения. К сожалению, нам запретили покидать этот остров, и вам известны причины, побудившие полицию принять подобное решение. Как бы там ни было, мы не можем улететь отсюда и спасти себя.

Он обвел зал печальным взглядом.

– Однако сохранение наших жизней является лишь малой частью того, что полиция делает для людей, которых мы представляем. В данный момент ведется эвакуация всех крупных населенных центров на этой стороне планеты. Подземные города, складские бункеры и хранилища, геотермальные станции, секретные военные объекты и закрытые исследовательские учреждения превратились во временные убежища для миллиардов человек. Особые команды запасают пищу и воду на случай больших разрушений, к которым может привести атака амнионов. Активированы особые информационные и распределительные сети. В космос направлена армада боевых кораблей. Все эти необходимые меры были заранее подготовлены и хорошо организованы. Я восхищен предвидением Уордена Диоса и исполнительной дисциплиной его подчиненных.

Президент еще раз повернулся к Игенсарду и бросил на него необъяснимый взгляд. Внезапно Вертигус Шестнадцатый, полулежавший в кресле за особым советником, начал суетливо восстанавливать сидячую позу. Похоже, он проснулся и решил поучаствовать в чрезвычайном заседании.

– Однако эти указанные мероприятия являются свидетельством серьезного и, возможно, фатального стратегического просчета, - продолжил Лен. - Мы слишком долго верили, что возможная война с амнионами будет проходить вдали от Земли. Где-то там, среди звезд.

Он указал рукой на потолок.

– Мы строили оборонительные сооружения на границе с запретным пространством, готовились к войне, но в конце концов остались беззащитными. Нынешний кризис застиг нас врасплох. И усердие полиции не сможет компенсировать этот промах.

Эбрим сделал паузу. Когда он снова заговорил, в его голосе появились нотки принуждения. Казалось, что ему приходилось произносить слова, идущие вразрез с его убеждениями - слова, провоцировавшие ссору и отвергавшие консенсус.

– Я расцениваю нашу неподготовленность к войне как общее чрезвычайное положение. Оно связано с политикой, организациями и людьми, которые привели нас к текущему кризису. Я благодарен директору

Диосу за то, что он занимается решением насущных проблем. Но общее чрезвычайное положение является прерогативой Совета. Именно на нас лежит ответственность за выживание человечества. Мы должны выяснить причины, вызвавшие вторжение амнионского корабля, и если в этом есть вина каких-то организаций или конкретных лиц, нам следует дать оценку их действиям.

Лен прочистил горло и подвел итог:

– Вот круг вопросов, которые мы должны обсудить. Я собираюсь удерживать вас в этом зале до тех пор, пока мы не найдем достойные ответы.

Слова президента удивили Койну. Она не ожидала подобной ясности от Лена. Как оказалось, наряду с врожденной боязнью конфликтных ситуаций он обладал умом и чувством чести. Его речь кардинальным образом отличалась от обвинений Сена Абдулла. В ее сердце ожила надежда. Если бы большинство советников проявили такую же объективность при рассмотрении поставленных вопросов, они бы как минимум обуздали свою панику и, как максимум приняли одно-два разумных решения.

К сожалению, Лен обещал дать слово Абдуллу. Однако прежде чем он успел это сделать, в ход заседания вмешался Клитус Фейн.

– Мистер президент, если вы разрешите… Эбрим тут же повернулся к помощнику Дракона.

Его глаза слезились от волнения. Чтобы скрыть дрожь подбородка, он напряженно сжимал челюсти и морщил рот. Очевидно, ясная вступительная речь далась ему с трудом.

– Конечно, мистер Фейн. Мы будем рады выслушать мнение представителя Концерна рудных компаний.

Взглянув на Койну, он добавил:

– А также точку зрения полиции.

Первый исполнительный помощник степенно поднялся на ноги. Взгляды присутствующих людей устремились к нему, как стрелки компасов к магнитному полюсу. Многие хотели услышать от него спасительный план, придуманный Драконом. В глазах других читались гнев и недоверие. Койна тоже смотрела на Клитуса, стараясь оценить масштаб его игры.

Во время публичных выступлений голос Фейна приобретал особую двусмысленность. В нем можно было уловить заботу и презрение, печаль и юмор, заверения и угрозы. И поскольку все эти тона проявлялись одновременно, они маскировали его истинные эмоции. Ту же функцию выполняла борода, скрывавшая рот Клитуса от посторонних взглядов.

– Мистер президент, мне очень понравились ваши слова об ответственности Совета перед обществом. Я думаю, вы знаете, что в околоземном пространстве имеются только две вооруженные станции: командный пункт полиции и офис нашего Концерна. Позвольте мне заверить вас, что мы без колебаний вступим в бой с «Затишьем», если это понадобится для обороны Сака-Батора. Кстати, офис Концерна не случайно обзавелся оружием. Холт Фэснер предвидел возможность амнионского вторжения. Я не хотел бы обижать присутствующих, но наш генеральный директор всегда относился к подобным опасностям серьезнее, чем Руководящий Совет Земли и Космоса.

Койна иронически приподняла брови. При других обстоятельствах она бы спросила: «Кого вы имеете в виду под словом «мы»? Тех людей, которые сейчас противостоят амнионскому судну? Всю человеческую расу? Или служащих вашей станции?»

– Я уверен, что вы говорите правду, мистер Фейн, - неожиданно вмешался капитан Вертигус.

Он намеренно не обращал внимания на любопытные взгляды советников и их помощников. Его старческий голос дрожал, но сохранял разборчивость.

– Однако прошу пояснить, как ваши пушки согласуются с мирным уставом Концерна?

Уловив в его вопросе очевидный вызов, президент постарался отклонить зарождавшуюся ссору.

– Капитан Вертигус, пожалуйста! Я призываю вас к порядку. Мистер Фейн является почетным гостем. В знак уважения я предоставил ему слово. Если вы хотите выступить, то дождитесь очереди. Я обещаю, что мы выслушаем каждого советника, который пожелает высказать нам свои замечания. Но мы проводим чрезвычайное заседание Руководящего Совета Земли и Космоса. Поэтому я настаиваю на строгом соблюдении регламента.