"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

К сожалению, три пустых кресла находились рядом с местами, занятыми группой первого исполнительного помощника Концерна рудных компаний Клитуса Фейна. Наверное, Эбрим Лен - не без участия Фейна - решил, что в минуты тяжелейшего кризиса полиция и Концерн должны были сплотиться друг с другом. Любимец Дракона тоже не нуждался в терминале. Его люди принесли с собой аппаратуру связи, шифраторы и транскодеры. Клитус держал в руке пульт, управлявший ларингофоном и наушниками. Очевидно, он получал сообщения от различных служб офиса Концерна рудных компаний и личные инструкции Фэснера - впрочем, Койна могла лишь догадываться об этом.

Ее еще трясло от последних новостей из Центра. Подумать только! Диос отправился на «Затишье»! Кроме того, перспектива оказаться рядом с Фейном вызывала у Хэнниш нервный зуд. Он был самым опасным ее оппонентом более худшим врагом, чем Максим Игенсард. Чтобы отсрочить момент неизбежной близости с ним, она остановилась в дверном проеме и осмотрела зал.

Желая увидеть хотя бы одно дружелюбное лицо, она попыталась найти капитана Вертигуса. Однако старшего советника от Объединенного западного блока еще не было. Его младшая коллега Карсин, напряженно тасовавшая пачку документов, сидела между советником от Рудной станции Вест Мартингейл и старшим советником от Восточного союза Сеном А6-дуллом. Все трое, в той или иной мере, являлись оппонентами Койны. В принципе, Сигард Карсин критиковала полицию на основании тех же причин, по которым Вертигус не доверял Холту Фэснеру. Вест Мартингейл настояла на назначении Игенсарда особым советником для проведения служебного расследования по делу Энгуса Термопайла. Ее рейтинг среди избирателей напрямую зависел от компрометации полиции Концерна. Фанатичный и тощий Сен Абдулл, с ястребиным профилем, острой бородкой и неизменной презрительной усмешкой на темном лице, вел личный крестовый поход против Уордена Диоса. Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что эта вражда объяснялась какими-то религиозными суждениями или предрассудками. Но, судя по слухам, ненависть Сена имела отношение к деньгам, а не к религии. Несколько лет назад его влиятельные избиратели потеряли огромные суммы, когда Диос помог Холту Фэснеру «захватить» контроль над «Копями Стрельца».

В конце концов Койна отыскала капитана Вертигуса. Она вначале не заметила его, поскольку тот сидел за Игенсардом. Максим, как всегда, разыгрывал из себя робкого чиновника. Его почтительная поза казалась такой неприметной, что не могла служить достаточным прикрытием. Однако Вертигус сполз в кресле до самых подлокотников. Его глаза были закрытыми, а нижняя челюсть безвольно отвисла. Похоже, он спал.

Койна уныло пожала плечами и продолжила осмотр помещения. Она лишь недавно вступила в должность, но успела изучить досье на каждого члена Совета. Панджат Силат, старший советник от Объединенных островов и полуостровов Азии, был, на ее взгляд, одним из немногих здравомыслящих людей, присутствовавших в зале. Он относился к панике своих коллег с вальяжной снисходительностью. Еще одним приятным исключением была Блейн Мэне - советник от «Примы Бетельгейзе». Судя по ее скандальной репутации, она ставила секс выше политики. Хотя согласно отчетам Хэши - более точным, чем мнение Годсена, - ее амурные грешки служили ловким прикрытием для незаурядного ума и четких целей. Тел Барниш, советник от «Вэлдор Индастриал», обычно не принимал участия в спорах о Концерне рудных компаний и полиции. Но теперь - после того как «Затишье» угрожало его станции - он должен был занять чью-либо сторону.

Остальные советники не желали конфликтовать с Концерном. Страх, нагнетаемый в зал по каналам связи, заставлял их группироваться вокруг единственной явной силы - вокруг Клитуса Фейна. Это было привычным делом для «голосов», «прикормленных» Холтом: для советников, представлявших Внешнюю станцию, «Терминус», «Копи Стрельца», Лабораторную станцию и Тихоокеанский конгломерат. Те же, кто порою голосовали против Дракона или претендовали на политическую независимость, в данный момент смущенно лепетали оправдания. Они тоже были готовы принять единственную, на их взгляд, гарантию стабильности и мира.

Полиция принадлежала Холту Фэснеру. Фактически только он обладал реальной силой, способной защитить человеческий космос. Кто, кроме него, мог спасти советников, оказавшихся в ловушке на Сака-Баторе - острове, который по приказу Диоса был блокирован после недавней атаки кадзе?

Койна понимала, что ее откровения вызовут еще большую панику. А настроение Совета и без того уже склонялось на противоположную чашу весов. Большинство «голосов» могло перейти в оппозицию к Диосу. Эта перспектива уплотняла ее страх перед полным и, как ей верилось, неизбежным провалом.

Так нужно ли вообще выполнять приказ Уордена? Что, если его дискредитация окажется худшей ошибкой, которую она могла совершить? И к каким последствиям приведет ее обвинительная речь? Возможно, ей придется молиться о том, чтобы «Затишье» разрушило остров. Уж лучше умереть в пожаре, чем нести вину за бедствие таких гигантских масштабов.

Однако Уорден не считал это ошибкой. Он сотни раз мог аннулировать приказ - и, тем не менее, оставил его в силе. «Ничего не изменилось. Действуйте». Он улетел к амнионам, надеясь на ее компетентность: на то, что Койна отважится объявить о преступлениях полиции и назвать конкретных виновных - если только Хэши Лебуол и шеф безопасности Мэндиш дадут ей надежные доказательства. И тогда ее вопрос «А нужно ли выполнять приказ Уордена?» превратится в другую сентенцию - «Как она переживет его падение?»

Заметив Койну, Эбрим Лен неистово взмахнул руками и жестом указал на три пустых кресла, которые он зарезервировал для службы протокола полиции Концерна. Форрест Индж склонился к Хэнниш и тихо прошептал ей на ухо:

– Вам лучше занять свои места, директор. Если Лен в ближайшую минуту не откроет заседание, у него начнется сердечный приступ.

Койна кивнула и тихо ответила:

– Надеюсь, вы обеспечили безопасность зала. Если здесь объявится новый кадзе…

Взрыв в таком ограниченном пространстве не оставил бы амнионам ни одного живого заложника.

– Мы использовали только наших проверенных людей, - заверил ее Форрест. - Каждый охранник прошел генетическое сканирование. Все советники лично поручились за сопровождающих их лиц. Я думаю, вы в полной безопасности.

Хмуро покосившись на первого исполнительного помощника Концерна, он мрачно добавил:

– Если только мистер Фейн и его связисты не начинили себя взрывчаткой.

Койна снова кивнула. Клитус Фейн действительно был начинен взрывчаткой, но в фигуральном смысле слова. К тому же ей не верилось, что он согласился бы совершить самоубийство. Дракон не вдохновлял людей на такое проявление любви и верности. По мнению Хэши, последние атаки кадзе предназначались не для ликвидации Руководящего Совета, а для упрочнения власти Фэснера над полицией.

Следуя за помощником шефа Инджем, она прошла через толпу чиновников к зарезервированным местам. Ее связистки устроились на задних креслах. Форрест встал неподалеку у стены.

При виде Койны Клитус оскалился в зловещей улыбке. Обычно он излучал благожелательность Санта-Клауса, к чему имел несомненный талант. Но в данный момент он отбросил налет располагающей доброты. Его глаза сияли волчьим блеском. Борода ощетинилась, как иглы дикобраза.

– Директор Хэнниш.

Он склонил голову в небольшом поклоне.

– Я здесь, как вы и просили.

Эту просьбу от ее имени передал ему Форрест Индж.

– Должен признаться, что не уловил причины вашей озабоченности. И необходимости того звонка. Впрочем, это мы обсудим позже. Вы неплохо отыграли свою роль на предыдущей сессии. К сожалению, сейчас мы не «играем».

Его голос отвечал на угрозу, которую Форрест обозначил в телефонном разговоре.

– Надеюсь, вы меня понимаете. С тех пор как начался кризис, ваш хитроумный Уорден Диос отказался от общения с генеральным директором. Он поставил вас в трудное положение. Будь я на вашем месте, то трижды подумал бы о последствиях.