Тавриз туманный - Мамед Ордубади

- Разве этого недостаточно?

- Нет!

Аскеры тем временем начали аккуратно перекладывать ценности и деньги из сундука в мешок. Под дулами револьверов Сардар-Рашид вынужден был выложить все, что награбил в течение многих лет, еще до того, как стал губернатором, и тут в Тавризе. Шабан-заде потребовал также сдать все ценности, переданные ему на хранение Мирза Фатулла-ханом,

Сундучок Мирза-Фатулла-хана был немедленно вручен ему.

- Теперь, господин губернатор, принесите всю секретную переписку и документы. Его превосходительство командир отряда приказал изъять их.

Сардар-Рашид больше не сопротивлялся. Аскеры начали упаковывать бумаги.

Сардар-Рашид взял одно письмо и фотокарточку.

- Прошу вас, не трогайте. Это письмо моей жены и ее фото, единственная память о ней.

Шабан-заде прочел письмо:

"Уважаемый Сардар-Рашид!

Ты знал, что мы должны были расстаться, другого выхода не было. Ни твой высокий пост, ни богатство, которым ты меня наделил, ни желание сделать из меня мусульманку не могли привязать меня к тебе. Когда при посредничестве русского консула я вошла в твой дом, я думала, что буду твоей женой. Но для достижения высокого поста ты очень скоро начал торговать моей честью, как делал это со своей сестрой и первой женой. Как я ни старалась, я не могла примириться с этим. Я вынуждена вернуться в Россию. Ничего не беру из твоего дома, только то, что принесла с собой. Будь счастлив.

Ифтихаруссолтан* Ираида".

______________ * Ифтихаруссолтан - титул Ираиды, когда она была женой Сардар-Рашида.

Это письмо было написано Ираидой перед самым ее арестом и оставлено на письменном столе Сардар-Рашида.

Когда наши люди стали выносить деньги, ценности и документы, Сардар-Рашид еще раз попросил разрешения позвонить Хелми-беку - Шабан-заде не стал возражать, все равно провода были перерезаны. Кроме того, перед самым обыском стало известно, что Хелми-бек отступил в Сафьян.

Телефон, как и следовало ожидать, не отвечал. Сардар-Рашид грузно опустился в кресло. Голова его склонилась на плечо. В бессильной ярости он застонал.

Когда Шабан-заде выходил, Махру, стоявшая в темном коридоре, тихонько сказала:

- Поздравляю с удачей, друзья!

РАЗГРОМ ОТРЯДА ХЕЛМИ-БЕКА

Хелми-бек и Фовзи-бек прекрасно понимали, что их отряд, не составляющий и одного полка, одержать победу над русскими не сможет. Он не выдержал бы даже стычки с пограничными частями, стоявшими на Араксе. Несмотря на это, Хелми-бек получил приказ от Энвер-паши, который начал наступление на Каре и Сарыкамыш, перерезать Иранскую и Александропольскую железные дороги и создать угрозу тылу русской армии. Это должно было облегчить задачу Энвер-паши.

В тридцатиградусный мороз полураздетые солдаты Хел-ми-бека вышли из Тавриза. Им предстояло занять укрепленные позиции севернее и северо-восточнее Сафьяна. Штаб разместился в самом городе.

Из Тавриза отряд Хелми-бека отступил ночью, не оставив гарнизона. Было ясно что они совершено не надеялись на возвращение.

Не успел еще отряд Хелми-бека укрепиться в Сафьяне, как русские пехотные и казачьи части получили приказ форсировать Аракс и наступать на Тавриз. Несмотря на лютый мороз, они расположились на трудно доступном Ямском перевале между Марандом и Тавризом. Айсорам барона Джебраила было приказано защищать правый фланг. Ничего не зная о местонахождении русских, сбитый с толку своей разведкой, которая боялась высунуть нос из-за укреплений, Хелми-бек двинулся из Сафьяна на Маранд.

Беспорядочной толпой отряд его шел по Джульфа-Тавризскому шоссе. В самый последний момент перед выходом из Сафьяна к Хелми-беку примкнул сулдузский хан Бала-Самсам с четырьмястами хорошо обученных всадников. Ни Хелми-бек, ни его помощники не подозревали, что задолго до этих событий сулдузский хан принял русское подданство. По инструкции, полученной от консула и Сардар-Рашида, он должен был во время боя разбить Хелми-бека с тыла.

Около Ямского перевала отряд неожиданно наткнулся на передовые посты русских. Началось сражение. Русская пехота теснила турок с севера и востока, в то время как с тыла их атаковала конница Бала-Самсама. Турки метались в панике. Вперед пробиться они не могли, путь к отступлению был отрезан. Не дожидаясь исхода сражения, Хелми-бек с десятью всадниками прорвал ряды конников Бала-Самсама и пустился в бегство в сторону деревни Хаджа-Мирджан. Командовать отрядом остался Фовзи-бек. Внезапно конь его, сраженный пулей, рухнул наземь. Сам Фовзи был тяжело ранен. Турки подобрали его и увезли с поля боя.

Сражение кончилось полным разгромом турецкого отряда. Казаки преследовали их, рубили шашками, некоторых брали в плен.

Оставшиеся в живых аскеры Хелми-бека собрались в деревне Хаджа-Мирджан и оттуда направились к Мияндабу и Савуджбулагу. Но немногие добрались туда. Теперь население мстило им за горе и бедствия, которые они принесли с собой. Десятки трупов валялись в ущельях, на дорогах. Это были несчастные, поддавшиеся агитации Гаджи-Мирза-аги Биллури и примкнувшие к партии "Единение и прогресс". Такая же участь ждала и тавризцев, если бы они поддержали Хелми-бека. К счастью, нам удалось предотвратить эту катастрофу. Мы своевременно растолковали народу губительные последствия затеи Гаджи-Мирза-аги Биллури и тем самым разбили планы немцев в пух и в прах. Теперь судьба тавризцев зависела от того, как будет информирован Сардар-Рашидом царский консул.

ВИЗИТ САРДАР-РАШИДА

Был вечер. Снег валил хлопьями. Тавриз, окутанный белым покрывалом, спал.

В свое время, спасаясь от преследований царского консула, многие горожане эмигрировали из Тавриза. Веря в силу турецкого оружия, они поспешили вернуться вместе с отрядом Хелми-бека, не понимая, что поход его обречен на провал. Теперь, узнав о приближении русской армии, они, невзирая на мороз, снова спешили оставить родной очаг и пускались в путь в поисках убежища на чужбине. Вместе с ними покинули Тавриз и некоторые наши товарищи, встреча которых с консулом была нежелательна.

Русские подданные, скрывающиеся в армянском квартале, с нетерпением ожидали прихода царских войск. Множество белых мулов стояло под бархатными седлами в ожидании седоков, чтобы спешить навстречу консулу. Мучтеиды, подведя глаза сурьмой и выкрасив бороды хной, молились за скорейшее и благополучное вступление русских в город. Авантюристы, когда-то служившие консулу, потом помогавшие Хелми-беку, снова во весь голос кричали о своей преданности России.

Сардар-Рашид составил список именитых горожан, которые должны были принимать участие в торжественной встрече. Я был в их числе.

Пользуясь тем, что царский консул пока еще не прибыл в Тавриз, Сардар-Рашид решил встретиться со мною. Он позвонил по телефону и предупредил, что приедет обедать. Было совершенно ясно, что не искусство повара влечет его к нам, очевидно, он хотел поговорить о создавшемся положении.

Через десять-пятнадцать минут он приехал в сопровождении нукера на казенном фаэтоне. Он был в штатском. Лишившись ордена Орла, он возненавидел форму. Я знал об этом.

Слуга помог ему снять пальто. Он пожал мне руку и сел рядом со мной. Чувствовал он себя как-то стесненно. Я понимал, что его привела к нам суровая необходимость, не то бы он не рискнул показаться на глаза Нине, за которой совсем недавно посылал аскеров Хелми-бека.

Немного освоившись, он сказал:

- Господин Абульгасан-бек! Я пришел к вам, чтобы обсудить наши будущие действия и узнать ваше мнение по некоторым вопросам, и меня и вас касающимся.

Прикинувшись наивным, я спросил:

- Какие действия хотите вы обсудить со мной?

- Я говорю о наших взаимоотношениях в дальнейшем.

- Насколько это будет зависеть от меня, наши дружеские отношения сохранятся и в будущем.

- Знаю. Но, кроме дружбы, нас связывает еще кое-что. Вот об этом-то я и хотел поговорить с вами.

- Да, между нами есть кое-какие секреты, известные только нам. - Не успел я произнести последнее слово, как Сардар-Рашид поспешил ответить:

- Да, да! Ваш покорный слуга как раз об этом и хочет говорить. Если наш маленький секрет станет достоянием гласности, это может поколебать мое положение. Понимаете сами, меня это очень беспокоит. Я хотел просить вас, дорогой Абульгасан-бек, не выдавать моих тайн. Я занимаю высокий пост, я губернатор провинции. Но мы зависим от русских. Боюсь, как бы они и меня не изгнали, как Мухбириссалтане*. За эту услугу я буду вам обязан жизнью, вы-полню любую вашу просьбу, любое требование.

______________ * См. том первый: В 1911 году Мухбириссалтане был назначен губернатором Тавриза, но проявленная им самостоятельность не понравилась русскому консулу, и по настоянию последнего он был отозвав из Тавриза.

Я решил поймать его на слове.

- Скажите, кроме попытки выдать меня Хелми-беку, поднять население Тавриза против русских подданных и организовать разгром армянского квартала, какие преступления вы совершили в последнее время или собирались совершить? - спросил я его.