Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

мне что властные мужчины любят подобные игры. Но тогда расскажи, что тебе нравиться? Что ты вообще любишь?

– Я люблю власть. – просто ответил я. – И не люблю забирать собственные подарки. Почему ты решила, что мне будет приятно забрать у тебя свободу? Ты всё ещё считаешь меня каким-то маньяком? Я не наслаждаюсь насилием.

– Это очень странное заявление от того, кто завоевал половину мира. – скептизим в голосе Кианы можно было есть ложками.

– Я сделал это. – кивнул я. – Но только потому, что другого пути не было. Самый сладкий вкус власти - не тогда, когда ты навязываешь её силой или страхом. Нет, приятнее всего когда люди сами отдают её тебе.

– Поэтому ты выделяешь Палеотру среди остальных?

Я ненадолго замедлил шаг. На самом деле, я не слишком сильно выделял королевство пламени - однако внимательный взгляд, и в самом деле, мог отметить некоторые фаворитизм.

Офицеры Палеотры получали от меня много наград и рабов и пользовались королевским доверием. Красные башни - орден магов огня Палеотры - стал основой и доминирующей партией среди всех магов соединенного королевства. А ещё я запретил похищать людей для экспериментов и приказал пускать на жертвы только настоящих негодяев на землях королевства огня. Обычные люди, по большей части, не замечали подобных мелочей…

– Да. Именно поэтому. – просто ответил я, погладив пламенеющий фламберг, что выковал для меня Грицелиус.

Власть, отданная добровольно, всегда крепче и надежнее той, что ты получил силой. На неё можно и стоит опираться. До определенного предела.

В нашем походном лагере и правда царил переполох - и мне пришлось немедленно отдавать множество приказов, чтобы успокоить людей. Произошедшее я просто списал на тренировку. Поверил этому не всё, но мне не было до этого дела. Ближе к вечеру я навестил Улоса в его шатре - кажется, старый слуга был единственным, кого вообще не затронуло всеобщее волнение.

– Появилось что-нибудь насчёт кандидатов? – осведомился я.

– Да. – кивнул старик. – Я собрал отчёты разведки и готов предложить, как минимум, троих человек. Двоих, уверен, вы одобрите, но насчет третьего я не уверен.

Мы говорили о кандидатах на бессмертие. Мастерах меча, легендах нашего времени - самых известных рыцарях, воинах или лордах, которые должны были принять участие в грядущем ритуале. Я и сам не знал, почему так цепляюсь за эту, возможно, провальную попытку - но работы в этом направлении не отменял.

Шеридан был прав, рано или поздно я сделаю это. И теперь, когда я вызвал Альянс на бой спустя год… Я намеревался закончить с этим раньше. Пока у меня было три готовых кандидата - герцог Шеридан, как мой лучший полководец, герцог Таслиниус - как влиятельнейший аристократ Палеотры и лучший управленец среди приближенной ко мне аристократии, и граф Роланд - первый капитан моей личной гвардии. Но требовалось ещё четыре человека. Не обязательно четыре, на самом деле, но это была священная цифра в магии Тиала - а символы в мистике всегда имеют силу, да и само число мне нравилось.

– Первым из кандидатов, что я хочу вам представить, является Черный Рыцарь. – продолжил Улос. – Слышали о нём что-нибудь?

Я качнул головой. В памяти не отозвалось имен с подобным прозвищем. Даже как-то… Не оригинально? У меня было немало рыцарей смерти в гвардии, да и черные доспехи носили многие. С таким прозвищем легко затеряться.

– Какой-то… Не оригинальное прозвище. – покрутил рукой я. – Как-то не тянет на легенду, не думаешь?

– Я бы согласился с вами, если бы не обстоятельства и действия данного человека. – легко согласился со мной лич. – Его зовут Эрих Шассен, он был младшим сыном одного из баронов Палеотры. Младший сын, не особо любимый в семье, что добывает себе славу и пропитание мечом… Достаточно типичная картина для многих баронств.

– И чём он известен?

– Прежде всего, он мастер смерти. – помедлив, ответил Улос. – Я завербовал его в культ одним из первых - и он запомнился мне уже тогда. Мы в то время действовали тайно, аккуратно, играя на людских желаниях, и молодой, угрюмый и нелюдимый рыцарь показался мне хорошей целью. Я предложил ему вступить к нам, суля ему обучение, тайны, деньги, магию - всё, что так любят молодые и наивные юноши. Он отказался - и достаточно равнодушно. А потом, как я выяснил позднее, провел целое расследование на предмет нашей организации. И сам пришел ко мне, задав всего один-единственный вопрос.

– Какой именно? – слегка заинтересовался я.

– Поможем ли мы ему уничтожить его собственную семью. До пятого колена, включая дальних родственников.

– Это… Весьма нетипичная просьба даже для нелюбимого сына, разве нет?

– Весьма и весьма. – кивнул старик. – Ко мне обращались с помощью вместе, но чтоб вот так… До пятого колена, без сомнений и колебаний… Признаюсь, в тот момент этот молодой мужчина напомнил мне вас - хотя, насколько я знаю, ваша семья до сих пор спокойно живет в захолустье Аурелиона. В дальнейшем молодой Эрих неплохо наловчился поднимать нежить. В момент разборок с прошлой династией с подставил его семью, выдавая их за безумных бунтовщиков-заговорщиков, и Эрих сам разобрался со всеми, в одиночку, взяв с собой собственноручно созданный отряд мертвецов. Возможно, вы не помните его, но он прошел и битву на плато, получив от вас тень и ранг мастера, он же прошел с нами южные провинции… В принципе, я бы не выделял его из остальных - но как-то странно сложилось так, что именно этот человек приобрел самую мрачную славу из нас всех. Мрачную даже по меркам культа смерти. Он нелюдим, неестественно спокоен, и абсолютно безжалостен. Понимаете, даже самые закаленные и твердые мастера смерти в нашем культе - всё ещё люди со своими слабостями и желаниями. Одни любят вкусную еду и напитки, другие - богатство и роскошные дома, третьи - экзотических женщин… Это нормально, у каждого свои причуды, и никаких запретов для на любые развлечения среди мастеров культа нету, что, кстати, выгодно отличает нас от многих иных орденов. Эрих иной. Он не любит никого и ничего, не знает пощады, не общается ни с кем, и даже не дрогнул во время сбора наших легионов. Некоторые среди нас говорят, что он больше всего похож на вас, между прочим. Одно время я даже подозревал его в