Добрым демоном и револьвером - Харитон Байконурович Мамбурин

меня жена, воинственно качнув пока еще одетым бюстом. Последнее я планировал изменить в ближайшем будущем.

За дверь обнаружились молчаливые, мрачные и слегка голодные Эдна и Камилла. Растерявшаяся Рейко посторонилась, давая блондинкам возможность зайти, чем те сразу воспользовались, более того — запрыгнули на кровать, тут же приступив к торопливому уничтожению съестных запасов. Коротышка открыла в удивлении рот, став похожей на оглушенного мешком зомби.

— Прости, — покаялся я, — Они очень сильно любят еду, которую я готовлю собственноручно.

— Сумасшедший дом… — потрясла головой бывшая Иеками, а затем, оценив, с какой скоростью работают маленькие ротики блондинок, протестующе взвизгнула, ринувшись отвоевывать свою долю.

Романтично-извинительный ужин на время превратился в веселую возню, в процессе которой мы пытались сохранить достаточно еды, чтобы накормить оголодавшую от проведенного в самовольном заточении дня коротышку, которая никогда не страдала отсутствием аппетита. Эдна с Камиллой вовсю налегали, пытаясь смолотить как можно больше, а мы жонглировали блюдами, утягивали кусочки пищи и с хохотом старались складировать их возле Рейко… или непосредственно в ней.

В какой-то момент еда благополучно закончилась, что послужило причиной моментального отступления невозмутимых близняшек. Приподнятое настроение у обоих чуть поменяло вектор, делая вечер томным. Поцелуи и объятия постепенно становились интенсивнее и интенсивнее, пока не наступил переломный момент, к которому мы оказались не готовы.

— Стоп, — оторвал я от себя страстно пыхтящую Рейко, от чего та натурально зарычала.

— Ты. Сегодня. Ночуешь. Здесь! — выдохнула она, делая новую попытку снять с меня жилетку одновременно с рубашкой.

— Еще как ночую, — горячо убедил её я, тут же озадачивая, — А защитой вы богаты, Эмберхарт-сан?

Оказалось, что нет. Логично, откуда у неё? А вот у меня было всё необходимое. В кабинете, в большом разнообразии и количестве, закупленное заранее в лучших фармацевтических лавках Лондона. Коротышка выдержала мучительную борьбу с собственными желаниями, но всё же пихнула меня к выходу с пожеланием, которое по смыслу было крайне близко к «одна нога там, вторая — здесь!»

Прискакав к себе в кабинет бодрым козликом, я с облегчением закурил, зарываясь по уши в медицинские запасы. Мистер Уокер, будучи человеком высоких моральных качеств, средства контрацепции мстительно засунул куда-то очень далеко…

— Прошу прощения, сэр Эмберхарт…

Слова незнакомого человека, раздавшиеся со спины, заставили меня подскочить как ужаленного. Распрямляясь и разворачиваясь, я ощущал лишь обреченность — на мне брюки и рубашка, готовил и пришел к Рейко я безоружным, защищаться нечем…

У окна стоял молодой человек с невыразительными, будто плывущими чертами лица. Оценив мою напряженную позу, он тут же продемонстрировал ладони пустых рук, но гораздо сильнее на меня подействовал его внешний вид — по отлично скроенному одеянию вторгшегося ко мне человека, как и по его коже, волосам и глазам, постоянно плыли темные пятна, свободно меняющие направление.

— Грейшейд… — выдохнул я, прижимаясь спиной к медицинскому секретеру. Надпочечники выплеснули в кровь столько адреналина, что я внутренне затрясся как старый холодильник.

— Авис Грейшейд, прямой правнук барона Грейшейд, — учтиво поклонился незваный гость, тут же меняя тон, — Еще раз приношу свои глубочайшие извинения, сэр Эмберхарт, но я… да и не только я посчитали нужным изменить процедурный регламент приглашения на «Сбор Свидетелей». Вы же один из нас.

— Я — цель сбора?

— Именно так, — тон молодого человека изменился, став более официальным, — Мне оказана честь немедленно препроводить вас на место проведения оценки, испытания и утверждения. «Сбор Свидетелей» по делу становления Алистера Эмберхарта одним из Лордов начнется, как только мы прибудем.

— Сколько у меня времени?

— Минута, сэр. После чего я буду вынужден прибегнуть к насильственному перемещению. Извините.

Прости, Рэйко. Сегодня всё отменяется.

Глава 18

— Господа, леди, большая честь для меня видеть вас всех, — сказал я тоном настолько формализованным, что выбил бы из Уокера слезу умиления. Старый солдат очень рьяно стремился стать эталоном дворецкого. Надеюсь, что он и Легран уже летят в Европу из этого дурдома…

— Взаимно, сэр Алистер, — проскрипел высохший старик в монокле и сюртуке, что был в моде едва ли не две сотни лет назад, — Прошу вас, присаживайтесь. Событие, что здесь нас собрало, весьма далеко от ординарности… даже для Древних.

Собрание было сравнительно небольшим. За большим столом на вполне европейских стульях сидело двенадцать личностей, часть из которых была мне совершенно незнакома, часть знакома достаточно хорошо, а еще часть я хотел убить. К последним относились мой сумрачный отец, граф Роберт Эмберхарт, сидящий по правую руку от поприветствовавшего меня старика, и правая рука императора Японии, господин Ямимори. Обведя взглядом присутствующих, я дополнительно поклонился бледной как полотно беловолосой женщине, взиравшей на меня с ярко выраженным ужасом. Леди Элиза Мур, так и не вышедшая замуж, была как всегда очаровательна и… боялась меня до усрачки. Как всегда.

Хоть что-то в этом мире неизменно.

Десять представителей семей Древних, посланник императора и Фаусто Инганнаморте, заваривший всю эту кашу.

— Думаю, мы достаточно потеряли времени, а юному Алистеру по очевидным причинам приличествующие случаю церемонии безынтересны, — заскрипел дальше тот же старик, представившийся Дикурием Октопулосом, представителем одной из константинопольских Древних, — К тому же, по таинственным причинам, так и не озвученным нам лордом Робертом, его отвергнутый сын не может покинуть пределы Японии. Предлагаю перейти сразу к делу.

— Какие любопытные новости, — медленно проговорил Ямимори, не отводя тяжелого взгляда от моего отца, — Боюсь, что император захочет узнать подробности, Эмберхарт-доно. В обязательном порядке.

— За пределами вашей страны Алистеру грозит смерть! — сухо отрезал лорд замка Гримфейт, скрещивая на груди руки, — Не более, не менее!

Ямимори хотел что-то добавить, но был прерван начавшим раздражаться старикашкой. Патриарх, как и большинство присутствующих, был, мягко говоря, совсем не в восторге от происходящего — ему, как и остальным, пришлось перемещаться через зеркала в далеко не самое безопасное место по причинам, сути и смысла которых большинство не понимало, а Эмберхарт-старший не спешил никому исповедоваться. Сам светлейший граф был мрачен как туча, насыщенная чернилами — в глазах же Инганнаморти поблескивал живой интерес.

— Итак! — стукнул костяшками пальцев по столу старик, — Мы здесь, чтобы испытать явление, проецируемое юным рыцарем на реальность. Изучить его, засвидетельствовать новизну, назначить мальчику испытание, а по удачному завершению оного присвоить звание Лорда, проследив, дабы страна, которой он присягнул, ничем не умалила его статуса! Коли юноша добьется успеха в развитии аналогичной способности у одного и более из своих потомков, то будет ему присвоен статус равный нашим!

В переводе с древне-канцелярского на русский — меня планировали испытать, проанализировать Тишину, озадачить какой-то фигней, а затем выдать одноразовый допуск в