Павшая луна: комплект из 2 книг - Джим Чайковски

class="p1">Дарант кивнул, продолжая оценивать взглядом корабль.

– Это и вправду целые горы дерева и акры ткани. Думаю, этого хватит, чтобы подлатать бока «Пустельги» и вновь заставить трепетать ее крылышки.

– Вам нужно обязательно на это взглянуть! – окликнул их Джейс.

Обогнув изгиб берега, они с Крайшем исследовали полосу песка, усыпанную обломками. Повсюду были разбросаны ящики и бочки, выглядевшие так, словно их выбросило на берег после кораблекрушения – что отчасти соответствовало истине.

Грейлин и Дарант направились к этой бесформенной куче.

Подойдя ближе, пират даже ругнулся.

– Ты только посмотри!

Дарант бросился туда, где на песке валялась огромная, высотой им по пояс, корабельная горелка. Судя по всему, кто-то снял ее с корабля. Пират тут же принялся осматривать ее и копаться в каких-то ее потрохах – явно в поисках того, что можно было бы из нее извлечь.

Джейс махнул Грейлину, призывая того подойти к Крайшу. Алхимик снимал крышку с какого-то бочонка. Приблизившись, Грейлин уловил знакомый пряный аромат. Бочонок был полон темно-изумрудной студенистой жидкости.

– Это старый «китэ вораван»? – спросил он, после чего оглянулся на вход в пещеру, где остался Мерик со своей плоскодонкой и орксо.

– И вправду старый, – признал Крайш, помешивая пальцем в бочонке и показывая, что вещество в нем хоть и загустело, но окончательно не застыло. – Хотя я не думаю, что он такой темный от времени. Полагаю, что его довели до нынешнего состояния пару столетий назад.

– Кто? Рега си Ноор? – спросил Грейлин.

– Или кто-то из его команды, – сказал Джейс. – Не забывай, что этот поход Реги был исследовательским. Он путешествовал с дюжиной алхимиков. У дальней стены стоит стол, заваленный алхимическими книгами, хотя из-за сырости пещеры они превратились в камень. К счастью, заглавия еще можно разобрать.

Крайш кивнул:

– Они наверняка пытались сделать именно то, о чем мы недавно говорили, экспериментируя с новым топливом для своих горелок.

– Только вот добились ли они успеха?

Джейс пожал плечами:

– На этом берегу целое множество бочек, и все они пахнут вораваном.

– И, наверное, на палубе «Огненного дракона» его еще больше. – Крайш указал на корабль, на ряды стоявших там бочек.

Услышав этот разговор, к ним подошел Дарант, который хмуро посмотрел на открытый бочонок и погрузил в него всю руку, а затем вытащил ее. Позволил вязкой жидкости просочиться между пальцами.

– Вон та горелка основательно переделана, – сообщил им пират. – Топливопроводы толще – наверняка для того, чтобы свободней проходила эта более густая дрянь. И задвижка на жерле – заметно более массивная. Думаю, для того, чтобы этот вораван не вырвал ее к чертям собачьим.

– Как думаешь, у них получилось? – спросил Грейлин.

– Есть только один способ это выяснить.

Дарант опять полез в бочку, на сей раз обеими руками. Зачерпнул изрядную порцию воравана и отнес его к горелке, растеряв бо́льшую его часть по пути. Впрочем, вылил остатки в горловину для топлива и выждал, пока густая жидкость не просочится в самое сердце устройства. Затем взял у Грейлина фонарь.

– Лучше держитесь подальше, ребятки, – предупредил пират. – Эта железяка вчетверо старше любого из нас.

Все дружно отступили, но взмахом руки Дарант велел им отойти еще дальше назад. Наконец удовлетворившись, он открыл фонарь, поджег его пламенем какую-то старую щепку и поднес ее к топливному крану. Открыл клапан настолько, чтобы показалась единственная капля зеленого воравана, и поджег ее своим импровизированным фитилем. Когда та занялась, Дарант быстро закрыл клапан и попятился назад.

Далеко он не ушел.

Тяжеленная горелка с оглушительным грохотом подскочила, почти оторвавшись от песка.

Дарант споткнулся и упал на спину.

Перед ним из-за направляющих щитков горелки выстрелил огненный сполох – а затем, буквально через миг, оттуда вырвалось ровное длинное пламя, взревев под стать названию корабля. Так яростно, что движитель заскользил по песку, подгоняемый драконьим огнем. Врезался в озеро, пропахал по мелководью и исчез под водой, прежде чем остановиться.

Под поверхностью воды продолжал бушевать огонь.

Все опять собрались поближе друг к другу. Грейлин помог Даранту подняться – лицо у того расплылось в дикарской улыбке. Все уставились в воду, где все еще ярко пылало пламя, вскипая на мелководье.

– Сойдет, – сказал Дарант.

Горелка продолжала изрыгать огонь гораздо дольше, чем Грейлин мог себе представить, подпитываемая лишь жалкой пригоршней этого студенистого вещества.

К этому времени Мерик уже мчался по пляжу, чтобы присоединиться к ним. Подбежал он к остальным запыхавшийся и в панике, явно опасаясь худшего. И лишь разинул рот на кипящую воду, на огонь внизу.

Крайш посмотрел на другие бочки, стоявшие вдоль берега.

– Выходит, у Реги получилось. Но если так, то почему же он и его команда остались в Приюте? У них было полно времени, чтобы подлатать «Огненного дракона».

Джейс попытался ему ответить:

– Наверное, им не пришло в голову, что летучий пузырь можно наполнить и горячим воздухом.

Крайш бросил на него скептический взгляд.

Это был Мерик, кто предложил наиболее вероятный ответ:

– Нооры боялись рааш’ке.

Грейлин кивнул, сочувствуя дилемме Реги. Никакие пылающие горелки и горячий воздух не помогли бы «Огненному дракону» спастись от обуздывающего напева этой черной орды. Или от их острых когтей. При всех усилиях отремонтировать корабль и изобретательности алхимиков Рега и его команда оказались запертыми в Приюте навсегда.

«Совсем как мы».

Глава 43

В полдень Никс уже стояла в самом конце каменного волнолома, глядя, как последняя из флотилии лодок уходит в море. Каменные колокола в деревне медленно отзванивали панихиду по усопшим. С лодок им вторили скорбные голоса. Она не понимала слов, но общий настрой было мрачным, хотя и с оттенком надежды.

Стоящий рядом с ней Даал, должно быть, заметил ее попытки прислушаться.

– Молитва, – прошептал он. – Сновидцам.

Никс посмотрела на него:

– О чем они просят?

– Чтобы усопших лелеяли и оберегали, – пробормотал юноша. – Чтобы в снах ошкапиров они обрели вечную жизнь.

Даал смотрел куда-то поверх волн, лицо его было бледным, взгляд отсутствующим. Ей не требовалось прикасаться к нему, чтобы вновь ощутить ту близость – чтобы понять, что он вновь вспоминает свой собственный опыт общения со Сновидцами. Никс попыталась было вытянуть из него эту историю, но прежде чем успела затронуть эту тему, как в дом ворвался Грейлин вместе со всеми спутниками – с вестью об обнаружении «Огненного дракона» и возродившейся надежде починить «Пустельгу».

За их возбужденной болтовней она едва могла расслышать свой собственный голос. Когда ей наконец это удалось, Грейлин сразу воспротивился ее участию в похоронах. Но было уже поздно что-то менять. Никс уже сообщила Рифовому Фареру о своем намерении – отказаться в последний момент означало бы рискнуть оскорбить человека, который оставался их самым решительным сторонником среди местных. Грейлин в конце концов уступил, зная, что им понадобится содействие жителей Искара, если они надеются вновь поднять «Пустельгу» в воздух.

Хотя не то чтобы он отпустил Никс совсем одну. Чуть позади нее на волноломе стояла Викас, словно ее вездесущая тень. А рядом с ней – Шийя. Если Никс надеялась использовать обуздывающий напев, чтобы добраться до обитающих в морских глубинах Сновидцев, сила бронзовой женщины могла оказаться далеко не лишней.

Тем не менее Грейлин не удовлетворился одними лишь Шийей и Викас в качестве ее опекунов. Рыцарь уже и сам находился на борту баржи Рифового Фарера, беседуя с правителем Приюта и его очаровательной супругой. Эта пара – Берент и Улария – сменили свои праздничные наряды на простые одежды траурного цвета: снежно-белого. Единственными их украшениями были каменный обруч с драгоценными камнями на голове у Рифового Фарера и диадема Уларии, в которой ярко сиял единственный изумруд.

Рядом с Грейлином стоял Мерик, помогая ему общаться, хотя и Рифовый Фарер, и его супруга немного понимали по-ноорски.

Все остальные члены их группы остались в Искаре, чтобы поскорей приступить к ремонту «Пустельги». Флораан пообещала собрать своих собратьев-нооров из Приюта – тех, кто не присоединился к флотилии, – чтобы помочь им в этом деле. Хенна умоляла разрешить ей