Дверь в стене - Alexandrov_G

Практичное морское ведомство решило, что сулимые проценты от шкуры не то что неубитого, но пока даже не найденного медведя это хорошо, однако наличная синица в кулаке куда лучше. Молотком - "бум!"

"Продано!"

Сбылась? Мечта-то? Да нет, до сбычи мечт было ещё далеко. По горячим следам аукциона в силу вступили законы не жадности, нет, а, скажем так, - прижимистости. Затея стала обретать реальные черты, а реальность требовала выложить из кармана $50010 : 3 = $16670. С каждого. Жалко же. Мечта жила, с мечтой игрались, да и вообще - мечта мечтой, но cash-то при этом - кэшем! Друзья помялись, помялись и решили привлечь кого-нибудь ещё. Понятно, что это не мог быть человек "с улицы", а мог это быть кто-то "из своих". И О'Нил привёл своего знакомого, "тоже юриста" по имени Макгвайр Рили. После чего троица, хоть и жалко было, но вздохнула с облегчением, пятьдесят тысяч теперь можно было разделить на четверых. Счастье? Да нет, куда там счастью. Каждый из нас хоть раз в жизни, да видел душераздирующую синюю наколку - "нет в жизни счастья".

В американской действительности это самое "нет в жизни счастья" выглядело как телефонный звонок. Из Госдепартамента, конечно, откуда ещё могут с таким известием позвонить. И пресловутый Госдеп порадовал друзей тем, что вопросом озаботился сам Джеймс Бейкер.

Джеймс Аддисон Бейкер Третий. Госдеятель, успевший послужить государству на постах главы администрации президента, министра финансов и Госсекретаря Соединённых Штатов. В бытность свою Бейкер был очень, ОЧЕНЬ влиятелен. "Сильный человек" в правительствах Рейгана и Буша-старшего. В указанных администрациях он играл ту же роль, которую играл Дик Чейни в правительстве Буша-младшего и Хиллари Клинтон в правительстве Обамы (похоже, что сейчас эта роль "смотрящего" перешла к вице-президенту Джо Байдену, но не будем отвлекаться, нас ждёт клад.)

Так вот до друзей-кладоискателей довели, что у Джеймса Аддисоновича сложилось мнение, что правительством Соединённых Штатов в случае устройства аукциона по продаже прав на утопленное судно была допущена ошибка и неплохо бы эту ошибку исправить.

"Как?!"

- Нет ничего легче, - сказали им. - Если вы не хотите, чтобы в процесс вмешались мы, то договоритесь с Оманом сами и договоритесь по-хорошему.

Договориться по-хорошему означало - "договоритесь на любых условиях". И попробуй не договорись, уровень "сил" говорил сам за себя - госсекретарь Джеймс Бейкер и какой-то потопленный во время Второй Мировой транспортник, пусть даже и с серебром. "Не царское это дело."

Не царское дело, вдруг ставшее царским.

"А если не захотите по-хорошему, то по-плохому с вами не будет, вы же американские граждане и ничего противозаконного не совершили, но вот клад у вас отнимут. Отнимут мечту? А что это такое? Вы имеете дело с государственной машиной, а машина не знает, что такое мечта."

197

Кладоискатели (а их стало уже четверо) оказались лицом к лицу с реальностью, а она выглядела не очень хорошо - они рассчитывали если не на помощь и прямое содействие государства, то хотя бы на поддержку, а выяснилось, что государство оставляет их один на один с сулатанатом Оман и, будто одного этого мало, оно ещё и требует от них договориться с Оманом полюбовно и как можно быстрее. "Как вам это нравится?" Частные лица с возможностями, имеющимися у частных лиц, должны были договориться с государством, располагающим возможностями государства. Пусть даже и такого, как Оман. Слово "султанат" грустную перспективу не только проясняло, но и в определённом смысле усугубляло.

А между тем друзья успели создать компанию под названием John Barry Group, располагавшую "эксклюзивными правами" на поднятие затонувшего судна со всеми имеющимися там причиндалами.

Не успела John Barry Group привести в порядок встрёпанные чувства как с нею вышли на связь. И вышли очень респектабельные люди из вашингтонской юридической конторы под названием Patton, Boggs and Blow. В контексте разворачивавшихся событий фамилия партнёра Blow выглядела удручающе издевательски, судя по всему судьба - особа весёлая. Юристы сообщили членам группы, что отныне им придётся иметь дело с ними, так как их конторе поручено представлять интересы султаната Оман в Соединённых Штатах.

Выяснилось, что султан прекрасно ориентируется в устройстве американского государства и считает, что с американцами лучше всего иметь дело тоже американцам. Так и получилось, что под патронажем конторы Patton, Boggs and Blow начались трудные переговоры между John Barry Group и созданной оманской стороной Ocean Group, которая тоже хотела поднять судно, но которой нужны были права на это, а права по-честному и с соблюдением всех формальностей были приобретены на правительственном аукционе Шумейкером, Фионделлой и Ко. Сведя обе "группы" вместе вашингонская контора неожиданно для участников John Barry Group и без объяснения причин самоустранилась и оставила их на волю судьбы и милость оманской Осean Group.

Ocean Group возглавлял шейх Ахмед Фарид аль-Аулаки и был он не оманцем, а был он по рождению йеменцем. По социальному же происхождению шейх был принцем, волею Аллаха ставшим владельцем газет, пароходов и гостиниц. И был принц человеком из тех, про кого говорят - "палец в рот ему не клади". И будто одного этого было мало, в Ocean Group имелись и два европейца, игравшие роль не только флангов, но и прочного тыла. Одного из них звали Роберт Хадсон и был он бывшим морским пехотинцем Её Величества, имевшим в Сюррее фирму Blue Water Recoveries, занимавшуюся поднятием всяких тяжестей с морского дна, а другой носил имя Ричард Симмонс и был он тоже англичанином, чьи жизненные регалии выглядели так: выпускник Военной Академии в Сэндхерсте, одно время служивший танкистом в 11-м Гусарском Полку (для желающих углубиться в тему - 11th Hussars), позже помогавший оманскому режиму справиться с партизанщиной во время войны в Дофаре, в рассматриваемый же нами временной отрезок положение Симмонса характеризовалось исчерпывающе скупо - resident of Sultanat Oman.

В общем, making a long story short, выдержать в подобных условиях противостояние, да ещё и будучи лишённым поддержки собственного государства John Barry Group не смогла, да и кто бы на её месте смог, и дело закончилось тем, что американцы (Шумейкер, Фионделла и Ко) продали права на поднятие "Джона Барри" "оманцам" за $700 000 + процент со стоимости серебряных слитков, буде таковые на судне и в самом деле обнаружатся. Другими словами, за 700 тыс. долларов они продали права на поднятие саудовских риалов, которые там совершенно точно были.

Сделка, кто бы что ни думал, была неплоха, шейх Ахмед Фарид вложил в операцию около 10 млн. долларов, которые члены John Barry Group вряд ли смогли бы собрать, а так они, истратив каждый по $12500, получили по $175 000 долларов на брата, а в конце 80-х прошлого столетия на эти деньги в Америке можно было купить хороший дом. И в качестве бесплатного приложения к сделке они получили возможность поучаствовать в увлекательнейшем приключении, а этого ни за какие деньги не купишь.

Мотором в приключении были как раз слитки. Почему все были так уверены (многие уверены и по сей день), что они там были? Вопрос очень интересный и заводящий нас в дебри политического закулисья времён Второй Мировой. Начнём с цифр - в разных документах указывалась сумма, в которую оценивалось серебро - $26 000 000. По тогдашнему курсу один риал стоил около 30 центов, так что три миллиона риалов при межгосударственном расчёте "стоили" примерно $900 000 долларов. Те же риалы как лом стоили (уже без всяких кавычек) примерно $510 000. Как видим оба результата на 26 млн. не похожи даже близко.

Для того, чтобы разместить секретный груз, в трюме было построено что-то вроде укреплённого хранилища размером 25х40х8 футов или 8.3х13.3х2,6 метра. По свидетельству разысканных через сорок лет после войны членов экипажа хранилище (vault) было плотно и доверху забито очень тяжёлыми ящиками, которые грузили погрузчиками, причём причал и само судно были оцеплены вооружёнными фэбээровцами. Ящики с риалами, которые весили 37-38 тонн просто-напросто не могли занять не то, что весь объём хранилища, но и даже более или менее существенную его часть. Капитан Эллервальд в своей заверенной у нотариуса версии указал число членов экипажа на два человека больше, чем их числилось по судовым документам и из этого делают вывод, что на судне тайно находились два сотрудника либо подчинённой министерству финансов Secret Service, либо ФБР, следивших за сохранностью драгоценного груза. Есть ещё и другие детали, но за неимением времени и места мы не будем их рассматривать, а свернём немного вбок.

Кому могли предназначаться две тысячи тонн серебра?

На этот счёт существует три версии:

1. Американцы покупали согласие ибн Сауда на создание Израиля. Эта версия самая популярная, но мне она не кажется верной и вот почему - ибн Сауд и в самом деле отчаянно нуждался в деньгах, но при этом он нуждался именно в деньгах, а не в некоем "серебре" вообще. И американцы без всякого Израиля ему и так посылали то, что ему было нужно - три миллиона риалов. Да и что бы саудовский король делал с двумя тысячами тонн серебра с слитках? Куда бы он их дел? На чём бы он их транспортировал и где бы он их держал? Тогдашняя Саудия не располагала даже возможностями по чеканке монет и тем более в таком количестве. Между прочим, на каждом из пресловутых трёх миллионов риалов по личной просьбе ибн Сауда американцами было выбито - "отчеканено в Мекке".