Сталинская премия по литературе: культурная политика и эстетический канон сталинизма - Дмитрий Михайлович Цыганов

Подробнее об обстоятельствах смещения Храпченко с должности председателя ВКИ см. в кн.: Деятели русского искусства и М. Б. Храпченко. С. 116–124.

479

Подробнее об истории этой институции см.: Яворская Н. В. История Государственного музея нового западного искусства (Москва): 1917–1948. М., 2012.

480

После принятия разгромных постановлений Храпченко будет вынужден подчиняться Жданову, который станет неизменным председателем нескольких таких комиссий. Принятие решений в Комитете по Сталинским премиям с 1946 года будет напрямую зависеть от позиции Агитпропа и личных предпочтений Жданова, которые, к слову сказать, не всегда совпадали со вкусами Сталина (не единожды Храпченко будет пытаться пользоваться этой разобщенностью симпатий).

481

Тем не менее влияние Храпченко в Комитете по Сталинским премиям также было довольно велико. На его стороне был А. Толстой, занимавший место председателя литературной секции. Поддержка Толстого со стороны Храпченко отчетливо прочитывается по стенограммам пленумов. Однако с середины 1942 года в товарищеских взаимоотношениях наметится разлад. Но предвзятое отношение Толстого к Фадееву не изменится, о чем секретарь ССП напишет в ответном письме к А. Безыменскому 11 января 1943 года: «…всему свету известно о довольно плохом и при этом застарело плохом отношении Толстого ко мне…» (РГАЛИ. Ф. 631. Оп. 15. Ед. хр. 642. Л. 99; опубликовано в кн.: Александр Фадеев. Письма и документы. С. 121–122).

482

Приоритетным направлением оказывалась публикация сталинских докладов, речей и приказов (всего издано около 113 000 000 экземпляров), тогда как выпуск всей художественной литературы лишь незначительно превысил этот объем (по данным статистики, за весь период войны было издано около 169 500 000 экземпляров). Тексты лауреатов Сталинской премии (С. Бородина, В. Василевской, Б. Горбатова, Джамбула, Я. Коласа, С. Сергеева-Ценского, Л. Соболева, М. Рыльского, А. Степанова, А. Толстого, В. Шишкова, И. Эренбурга, В. Яна и других) издавались в ГИХЛе тиражами от 250 000 до 400 000 экземпляров. Подробнее см.: Назаров А. И. Очерки истории советского книгоиздательства. М., 1952. С. 225–249.

483

«Право иметь постоянных корреспондентов на фронте, указывается в положении, предоставляется: Совинформбюро, ТАСС, Всесоюзному Радиокомитету, редакциям газет: „Правда“, „Известия“, „Красная звезда“, „Красный флот“, „Сталинский сокол“, „Комсомольская правда“» (см.: О работе военных корреспондентов на фронте (Из положения, утвержденного в 1942 г. Управлением пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) и Главным политическим управлением Красной Армии), [15 сентября 1942 г.] // О партийной и советской печати: Сб. документов. М., 1954. С. 499).

484

Большое количество писателей, ушедших на фронт в первые месяцы войны, упомянуто в очерке А. Суркова, опубликованном в «Литературной газете» (1945. № 19 (1130). 5 мая. С. 2) в День большевистской печати.

485

В начале сентября 1941 года Тарковский направил в президиум ССП СССР заявление (РГАЛИ. Ф. 631. Оп. 15. Ед. хр. 572. Л. 142) с просьбой дать ему возможность выехать из Москвы в Чистополь с 26 по 29 сентября, чтобы устроить переезд своей ослепшей матери.

486

Подробнее об организации быта эвакуированных писателей см.: Громова Н. А. Ноев ковчег советских писателей: Эвакуация 1941–1945. Чистополь. Елабуга. Ташкент. Алма-Ата. М., 2019.

487

К концу апреля 1942 года в Ленинграде оставалось около 100 военных и 110 гражданских писателей. Об этом на заседании президиума Союза писателей 23 апреля сообщил И. А. Груздев.

488

Е. Добренко резонно усматривает причину этого кризиса в изменившейся модальности сталинской культуры: «Разрушение прежних институциональных форм, — отмечает исследователь, — было результатом „очеловечивания“ литературы, явившегося новой, адекватной военной реальности формой воздействия на читателя» (Добренко Е. А. Литературная критика и институты литературы эпохи войны и позднего сталинизма: 1941–1953. С. 371).

489

Подробнее об организации литературной жизни в период войны см.: Чалмаев В. А. Литературная критика: Перекресток мнений, споров, тенденций // «Идет война народная…»: Литература Великой Отечественной войны (1941–1945). С. 398–428; Кормилов С. И. Белое пятно в истории Великой Отечественной войны: Литературная критика // Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. 2015. № 3. С. 9–44.

490

Так, в рамках выполнения намеченных задач 14 декабря 1941 года решением Московского бюро Союза писателей было образовано бюро пропаганды художественной литературы, директором которого стал возглавлявший Литфонд М. Д. Оськин, а председателем бюро — Ф. В. Гладков.

491

Цит. по: «Мы предчувствовали полыханье…»: Союз советских писателей СССР. Кн. 1. С. 279–280. Текст этого фадеевского доклада был напечатан в «Литературе и искусстве» 3 февраля 1942 года.

492

Этот оборот Сталин употребил в речи, приуроченной к 24‐й годовщине Октябрьской революции и напечатанной в «Правде» (№ 310 (8718)) 8 ноября 1941 года.

493

Цит. по: «Мы предчувствовали полыханье…»: Союз советских писателей СССР. Кн. 1. С. 286.

494

Цит. по: Там же. Решение о восстановлении работы президиума Союза писателей в Москве было принято 4 февраля 1942 года. В него вошли А. Фадеев, В. Ставский, И. Эренбург, А. Новиков-Прибой, Л. Сейфуллина, Ф. Гладков. С. Маршак, Вс. Иванов, а также В. Лидин и Г. Федосеев (см.: Протокол № 3 заседания президиума Союза советских писателей, 4 февраля 1942 г. // РГАЛИ. Ф. 631. Оп. 15. Ед. хр. 573. Л. 3).

495

См.: Протокол № 2 заседания президиума Союза советских писателей, 29 января 1942 г. // РГАЛИ. Ф. 631. Оп. 15. Ед. хр. 573. Л. 1–2 об. Документ опубликован в кн.: «Мы предчувствовали полыханье…»: Союз советских писателей СССР. Кн. 1. С. 300–302.

496

На расширенном заседании президиума Союза писателей Г. Александров, еще раз заострив внимание присутствовавших на бездействии Фадеева, предложил «программу» реанимации работы писательской организации: «…нужно восстановить Союз, восстановить работу президиума. <…> Это значит, что президиум Союза советских писателей должен знать, какие писатели чем сейчас занимаются, и помочь нашим писателям с большей силой использовать свои индивидуальные возможности для работы для фронта и в тылу. <…> Надо восстановить [литературно-художественные] журналы и сделать газету „Литература и искусство“ действительно боевым органом» (цит. по: «Мы предчувствовали полыханье…»: Союз советских писателей СССР. Кн. 1. С. 293).

497

См.: РГАНИ. Ф. 3. Оп. 53а. Ед. хр. 1. Л. 37–38. Подлинник документа хранится в ГА РФ (Ф. Р-5446. Оп. 1. Ед. хр. 197. Л. 87–88).

498

11 января 1942 г. на заседании Политбюро был утвержден проект этого постановления; см.: [Выписка из протокола № 36 заседания Политбюро ЦК от 11 января 1942 г.; пункт 14] «О Сталинских премиях за выдающиеся работы в области науки и изобретений, искусства и