Танцующий лепесток хайтана - YeliangHua

В какой-то момент Мо Жань перестал осознавать, действительно ли сказанное — правда.

Слишком больно.

— Если он действительно так поступил… у него есть на это право, — прошептал он спустя несколько минут издевательского молчания Жун Цзю.

Тот усмехнулся, недоверчиво щурясь — но Мо Жаню было всё равно.

Если бы потребовалось, он бы не колеблясь отдал свою жизнь ради Чу.

Пожертвовал всем, включая самого себя.

Что с того, если Ваньнину захотелось уничтожить его таким образом?..

Он был готов даже к такому. Оставлял за мужчиной право решить его судьбу — ему больше незачем было жить и бороться, если единственный, кто владел его сердцем, решил от него избавиться, растоптав в пыль.

Если Чу Ваньнин хотел его уничтожить, разве стал бы он сопротивляться?..

— Забавно, — Жун Цзю покачал головой. — Не ожидал такого от отброса вроде тебя. Думаешь, если будешь играть в благородство, это зачтётся? Станешь чище, лучше всех нас? Назовёшься жертвой — и будешь достоин любви?.. — он усмехнулся. — Не надейся. Ты на неё даже не способен.

Мо Жань теперь лишь молча смотрел на Жун Цзю.

Судя по всей этой длиной яростной тираде, парня всерьёз задело, что Вэйюй готов ради кого-то жертвовать собой.

Заметив на себе пристальный взгляд, Жун Цзю, между тем, и вовсе слетел с катушек:

— С х*ра ли ты так смотришь на меня?! Думаешь, в том положении, чтобы кого-то жалеть?! — он отвесил Мо Жаню ещё одну пощечину.

— Я так не думаю, — Мо Жань неожиданно тихо рассмеялся. — Ты и я… мы ведь оба не достойны даже жалости. Мы прогнили внутри, разве не чувствуешь?..

— Да что ты можешь знать!.. — на этот раз удар пришёлся по подбородку Вэйюя, Жун Цзю двинул ему коленом так, что голова на мгновение запрокинулась, и парень прокусил язык. Из уголка губ потекла тонкая струйка крови.

Между тем, Вэйюй продолжал тихо посмеиваться.

— Что, мало?! Тебе мало, придурок?! — глаза Жун Цзю налились ненавистью. Он замахнулся, чтобы заехать парню в челюсть, но немногословный мужчина рядом остановил его руку.

— Не стоит. Потеряет товарный вид — кто его в таком состоянии захочет?.. Он делает это намеренно. Такой же упрямый, как твой Ся Сыни…

Сквозь гул от удара до Мо Жаня донесся обрывок фразы.

“Значит, этот человек… действительно знал Чу Ваньнина в прошлом? Но разве Жун Цзю не сказал, что тот приглядывал за дисциплиной среди похищенных детей?.. Чем именно он занимался?”

Эта мысль наконец помогла Мо Вэйюю взглянуть на происходящее с небывалой ясностью.

Даже если Чу Ваньнин бы его действительно всё это время тайно ненавидел, и желал использовать его для своей мести Наньгун Яню — он никогда не оставил бы его в руках человека, который в прошлом был его надзирателем.

Чу ненавидел всё, что связано с Жуфэн, и не стал бы помогать кому-то, вроде Жун Цзю — или, того хуже, кому-то настолько мерзкому из своего прошлого.

А, значит… он никогда не оставил бы Мо Жаня, даже если бы знал о ловушке?

Вероятно, у балетмейстера был какой-то план… и, скорее всего, он провалился?..

Быть может, Ваньнину угрожала опасность прямо сейчас…

Мо Жань сплюнул кровь.

— Так… где он?

— Кто?.. — Жун Цзю недоверчиво уставился на Вэйюя, а затем злобно сощурил веки. — Ся Сыни?.. Всё ещё хочешь с ним увидеться?..

Мо Жань молча продолжал смотреть перед собой, его взгляд упирался прямо в лицо Цзю. Он старался ничем не выдать внутренний ужас от запоздалого понимания, что Чу Ваньнин, вероятно, никогда бы не оставил его по своей воле. Балетмейстер бы боролся с противником до последнего… Как всё-таки глуп он был, что даже этот ублюдочный Цзю смог его так легко одурачить!..

В словах о том, что Чу Ваньнин предал его, не было правды — это теперь было очевидно.

Именно Чу увёз Мо Жаня в метель, и они оба пытались скрыться от преследователей, рискуя жизнью; Чу Ваньнин отказался заявлять на Мо Жаня в полицию, когда попал в больницу…

Мог ли Чу Ваньнин отступиться, если Жун Цзю действительно сохранил компромат на Мо Жаня?

Было ли причиной отступления то, что Чу разочаровался в нём — или, всё-таки, страх, что Жун Цзю сделает прошлое Мо Жаня достоянием общественности?..

Мо Жань замер.

Вот оно. Если Чу Ваньнин отступился, это — попытка защитить, а не бегство или предательство.

Но что, если Чу Ваньнин не отступил?

— Думаешь, он захочет видеть тебя? Сына человека, который превратил его жизнь в ад? — Цзю поморщился. — Ты смешон, Вэйюй. Никто не захочет тебя, и никому ты не нужен.

Он развернулся, чтобы уйти, но затем в последний момент обернулся:

— Чу Ваньнин был здесь всё это время. Он слышал каждое твоё слово, и не торопился прийти тебе на помощь.

Комментарий к Часть 54 Спасибо за ожидание! ❤️

====== Часть 55 ======

Чу Ваньнин понимал, что Мо Жань не сможет избавиться от демонов прошлого, пока не осознает, что его вины в происшествии с Жун Цзю нет. Увы, он не мог даже догадываться о том, в какое змеиное гнездо им обоим предстоит попасть, пытаясь добраться до правды.

Ехать к Жун Цзю домой было ошибкой. Даже Ши Минцзин говорил об этом, но балетмейстер Чу не послушал.

Напрасно.

Разумеется, он подозревал о ловушке — но ему всё ещё казалось, что всё дело именно в юноше-проституте и его личной мести Мо Жаню. Ошибочно он посчитал их общего врага одиночкой, решившим отыграться на репутации Вэйюя и тем самым отомстить за постыдное прошлое в Жуфэн.

Чу Ваньнину удалось навести справки: много лет назад Жун Цзю действительно был одним из мальчишек, которых продавал картель извращённым клиентам. Ши Мэй помог балетмейстеру собрать всю необходимую информацию, сомнений не оставалось: тот имел личные счёты с Жуфэн и Наньгун Янем.

Он действительно мог быть тем, кто всё это время оставался в тени, искусно дёргая за нужные ниточки и регулярно создавая Вэйюю существенные проблемы. Не был причастен к поджогу в далёком прошлом — однако именно с его подачи в прессу впервые просочились слухи о том, что у Мо Вэйюя, восходящей звезды в мире каскадёров, за плечами полгода в исправительной колонии.

Кто ещё, если не Жун Цзю, чуть позже мог инсценировать нападение на себя,