Оскал Фортуны-2. Под несчастливой звездой. - Анастасия Анфимова

Она прищурила свои зеленые глаза.

— Он понял. Побледнел, затрясся весь. Я, говорит, всегда готов помочь мстителю Сета.

— Значит, у вас все получится, — довольно хмыкнул Александр и подумал: "Иногда слава — вещь нужная".

— Мирагнеш мне даже поклонился, — похвалилась служанка.

— Мы сделали все, — сурово сказал юноша, вспомнив какое-то американское кино. — Теперь осталось только молиться.

— Тебе надо уходить, Алекс, — напомнила Мерисид серьзно. — Видят великие боги, как я хочу, чтобы ты остался…

— Мне нужно добраться до Уразских каменоломен, — сказал юноша.

— Тебе придется идти пешком до Билда.

— Дойду, — заверил Александр и поинтересовался. — Мне какой-нибудь папирус нужен?

И видя недоумение собеседницы, пояснил:

— Ну, вдруг меня остановят какие-нибудь стражники, гвардейцы сепаха или еще какие воины?

Служанка пренебрежительно хмыкнула:

— А зачем ты им нужен?

— Если ты забыла, меня разыскивают за убийство, — вкрадчиво напомнил юноша.

Мерисид задумалась.

— Не знаю. Тебе бы поговорить об этом с Небраа.

Александр поморщился.

— Он младший писец и лучше разбирается в таких вещах, — добавила служанка.

— Сходи за ним, — попросил парень. — Только тихо.

— Я сейчас, — заверила Мерисид, исчезая в темноте коридора.

Александр думал, что младший писец будет сильно недоволен тем, что его подняли среди ночи, и еще чего доброго устроит скандал. Однако хмурый, невыспавшийся Небраа оказался на редкость деловит.

Выслушав довольно бессвязную речь юноши, он тут же отправил служанку в свою комнату за краской и папирусом.

Извиняясь, Мерисид взяла светильник с собой, оставив мужчин в полной темноте.

— Тебе нравится моя жена? — вдруг спросил келлуанин.

— Не очень, — честно признался Алекс, и, опережая, как ему показалось, следующий вопрос, сказал. — Мы не были любовниками, Небраа.

— Я знаю, — сухо проговорил младший писец. — Тогда почему ты идешь за ней?

— Милость богов обманчива, — заюлил юноша. — Вдруг ты не доберешься до Птаххотепа? Или живой бог не поверит тебе и тому папирусу…

— Ты думаешь, такое возможно? — голос собеседника дрогнул.

— В нашей жизни все бывает, — опять пустился в философствование Александр. — Твой брат и помыслить не мог, что вместо славы дома его ждет позор и смерть…

— Все равно не понимаю, зачем тебе Анукрис? — повторил вопрос Небраа. — Одному легче скрыться, чем двоим. Женщина тебя будет только задерживать.

— Да, — согласился парень. — Если бы я был дома. А здесь мне в одиночку не добраться до Нидоса. Да и там может понадобиться помощь. Не забудь, что я остался нищим.

— А если боги мне помогут, и владыка поверит моим словам и доносу Минхотепа?

— В любом случае, я обязательно вернусь в Абидос, — твердо пообещал Алекс. — У меня еще остались кое-какие незавершенные дела.

В дверях показалась Мерисид со светильником в одной руке и подносом в другой. Разложив на столе письменные принадлежности, она молча села, положив руки на колени, как примерная девочка.

— Первым делом тебе нужно добраться до Билда, — сказал толстяк. — Этот город стоит на Сереском канале. В сезон засухи он пересыхает, но в разлив наполняется и соединяет Лаум с Уразским озером, возле которого и расположены каменоломни.

Быстрыми точными движениями младший писец обозначил реку, озеро в виде овала и город из двух квадратиков.

— Как мне выйти на дорогу к нему от храма Баст? — поинтересовался Александр.

Небра подумал и тут же стал рисовать еще квадраты.

— Храм богини, кладбище. Вот старая дорога на Вачам. Её сразу узнаешь по остаткам каменного обелиска, что стоит у перекрестка с незапамятных времен. Пройдешь мимо него до покинутой усадьбы. От неё иди по дороге к роще акаций. Не заплутаешься, там по одну сторону будут поля, а по другую бахчи и каменные столбики со знаком Сета. Это храмовые земли.

Юноша понимающе кивнул.

— Если пойдешь быстро, за два дня доберешься. Тут по пути пара деревень. Панки и Озерки. Крестьяне оттуда часто бывают в Абидосе и могли слышать о слугах колдуна… Тусета.

На последних словах кисточка в руках писца дернулась.

— Постараюсь туда не заходить, — ободряюще улыбнулся Алекс.

— Не получится, — покачал головой толстяк. — Дорога идет прямо через Панки.

Он обозначил поселение треугольником.

— А вот Озерки в стороне от дороги. Но между ними и Билдом почти три асанга. За день не доберешься. Хотя, если поторопишься, можешь дойти до Гирв.

— Я лучше переночую под открытым небом, — понимающе кивнул юноша.

— Будь осторожен, — встряла в разговор Мерисид. — Там встречаются львы.

Младший писец поморщился, недовольный тем, что его прервала служанка.

— В Билде большая тюрьма. Туда посылают всех приговоренных к каторге. Может быть, Анукрис все еще там?

— Было бы неплохо, — пробормотал Александр.

— В городе стоят две сотни пехотинцев и сотня лучников, — предупредил собеседник. — Воины охраняют дорогу в каменоломни и ловят бродячих укров.

— Посмотрим, — буркнул юноша.

— Из Билда каторжников отправляют с попутными караванами к Уразскому озеру, — продолжил младший писец. — Дорога идет вдоль пересохшего канала и её очень хорошо стерегут патрули.

— А другой дороги к озеру нет? — деловито поинтересовался Алекс.

— Наверное, есть, но мне о ней ничего не известно, — пожал жирными плечами Небраа. — Не зная пути в пустыне, ты рискуешь наткнуться на укров.

— Получается, что ты не знаешь, как попасть в эти каменоломни? — погрустнел юноша.

— Присоединяйся к каравану из Билда и иди, — вскинул брови келлуанин. — Только запасись едой и водой.

— А что я скажу стражникам?

— Что ты мой слуга и несешь письмо писцу к Гнешуеру, — быстро сообразил Небраа. — Я дам тебе папирус с моим именем…

— Лучше не с твоим, — прервал его Александр. — Пусть меня пошлет мудрый Сетиер.

— Хорошо, — покладисто согласился толстяк. — Гнешуера недавно перевели в Сиух. Но первый пророк мог этого и не знать.

Он обмакнул кисточку в чернила, взял еще один лист папируса и стал быстро покрывать его иероглифами.

— В каменоломнях ты можешь купить себе свидание с Анукрис. Многие родственники осужденных так делают.

Младший писец свернул письмо трубочкой и ловко перевязал летной.

— Спасибо, Небраа, — поблагодарил Алекс, пряча за пазуху карту и свиток. — Собери мне что-нибудь поесть в дорогу, Мерисид.

— Ты уже уходишь? — с надеждой поинтересовалась служанка.

— Пора, — кивнул юноша.

Пока она отсутствовала, мужчины молчали, говорить им было больше не о чем.

— Тут только лук, чеснок и изюм, — виновато проговорила девушка. — Мука закончилась.

— До свидания, господин Небраа, — чуть поклонился Александр, принимая у неё сверток. — Если богам будет угодно, мы свидимся.

— Я буду день и ночь молиться Амошу, Анубу, Сету и матери Исид! — горячо проговорила Мерисид и, подавшись вперед, на миг прижалась щекой к его щеке.

— Я тоже, — облегченно выдохнул младший писец, неодобрительно зыркнув на служанку.

Юноша благополучно перебрался через забор, дошел до причала и приватизировал лодку Небраа.

Прячась в густой тени прибрежных зарослей, он скинул черный костюм и, обернув бедра юбкой, вновь превратился в келлуанина.

Не особенно заботясь о маскировке, Алекс изо всех сил заработал веслом, стараясь как можно скорее добраться до храма Баст. Ему показалось, что на берегу промелькнула темная фигура, но Александр и не подумал останавливаться, а только прибавил скорости, ругаясь, что такие умные келлуане не додумались до такой простой вещи как уключина.

Только пройдя мимо старого причала у кладбища храма Сета, он сбавил ход, сберегая силы, хорошо понимая, что они скоро ему понадобятся. Опуская весла в темную зеркальную гладь, юноша обратил внимание, что воды в канале заметно прибавилось. Очевидно, приближался разлив Лаума, когда на короткое время оживает пересохшее озеро Цимл и его покинутые берега.

Не заметив ничего подозрительного, Алекс выбрался из лодки и заглянул во двор храма Баст. Две пятнистые гиены, опустив тупые морды к земле, пересекли его, скрывшись в проломе. Более грозных хищников он не заметил. Судя по спокойному поведению зверей, люди тихо сидели за стенами и не высовывались. Юноша взглянул на маленькие окна храма под самой крышей и подумал, что стражники вряд ли будут сооружать помост для наблюдения за окрестностями.

Быстро перебежав в полузасыпанную яму, оставшуюся от священного водоема, Александр перевел дух, одним рывком преодолел расстояние до заднего двора и замер, прижавшись к стене возле двери.