Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

-Мы не варим эль, - Илири развела руками. - Вино есть, привозное. Из Нерберии.

-Прошлогоднее? - воевода сморщился. - Ладно, неси кислятину. И не жалей, побольше наливай. За победу надо выпить. Даже если мы победили толпу стариков и калек.

Илири спустилась со свечкой в погреб. Тут было чисто и сухо, но бочонок с вином успел покрыться пылью. Открутила краник, наполнила два больших кувшина.

-Илири, - услышала она шепот сверху. Обернулась, разглядев в квадрате люка склонившуюся над ним Аралит. Та протягивала ей маленькую бутылку.

-Что это? - так же шепотом спросила она.

-Сонный настой. Добавь по две ложки в каждый кувшин.

Илири взяла бутылку, откупорила. Настойка еле-еле пахло травами. Плеснула ее в кувшины, закрыла бутылку пробкой и вернула Аралит.

-Подействует не сразу. После полуночи они будут спать мертвым сном.

-Я поняла. Помоги мне.

Аралит приняла у нее кувшины, потом протянула руку и помогла выбраться самой. Ведущая в подвал стремянка скрипнула под ее ногой.

Кассорийцы уже покончили с супом. Воевода вертел в руках лютню. Владелица лютни следила за его движениями взглядом кошки, у которой забрали котенка.

-Редкой красоты инструмент, - заметил Хларалиг, касаясь струн. - Настоящий палисандр. Он не растет в наших широтах, но лиртодийцы его иногда закупают в далеком Регаде. Неужели у вас до сих пор не перевелись мастера, способные делать такие красивые вещи? А, девчонка?

-Это старая работа, - нерешительно ответила девушка.

-Старая, говоришь? - воевода смотрел то на нее, то на лютню. - Э, нет. Не просто старая. Тут руны по краю деки - имя мастера, сработавшего твою лютню. Они написаны так, как писали в Риммарави раньше. Очень давно. Очень-очень давно.

Лицо девушки стало еще более несчастным, чем до того.

-Спой нам, коли умеешь.

Певица решительно мотнула головой.

-Не умеешь?

-Она не будет для вас петь, - вступилась Илири. Минариа посмотрела на нее негодующе, но тут же вернулась к вязанию.

-Она будет делать то, что я сказал, женщина, - жестко произнес кассориец.

-Нет.

Воздух между ними, казалось, раскалился от напряжения. Илири мужественно выдерживала взгляд кассорийского воеводы, и это давалось ей с меньшим трудом, чем должно было.

-Будь по-твоему. Вы гордый народ, ардены. Я предупреждал нашего предводителя, что ничего, кроме этой вашей старшей гордости, в лесах Эггора нет. А он мне не поверил. Теперь меня ославят как убийцу стариков, женщина. Давай сюда вино, не стой.

Илири поставила на стол кувшины, прошла к своему стулу, села, пытаясь унять дрожь.

'Убийца стариков'. Значит ли это, что подростки из эггорских поселений в битве не участвовали?

-Лютню отдай, - попросила девушка. Нет, не попросила - просто сказала. Без интонаций, без просьбы или нажима.

-Нет, - ухмыльнулся кассориец. - я заберу ее с собой. Ты не знаешь цены этому инструменту, девчонка, и отказываешься показать, что ты его достойна, сыграв для нас. Не тебе им владеть.

-Привык добиваться своего? - она прищурила глаза. Илири беспокойно переводила взгляд то на нее, то на завоевателя, то на Минарию, застывшую со спицами в руках.

-Да, - ухмылка на лице воеводы не становилась злее, да и поза была расслабленной. - представь себе - привык. Я в своей земле хозяин, не то что вы, слуги миакрингов. Спой мне, и возможно, я сочту, что ты имеешь право на эту лютню.

-Нет!

-Как знаешь. Белиг, отнеси эту штуку в обоз. Да осторожнее с ней, лютня стоит немалых денег. Обмотай тряпками и положи в короб с моими вещами.

Девушка проводила лютню затравленным взглядом.

-Завоеватель я или нет? - кассориец отхлебнул вино прямо из кувшина. Ни на девушку, ни на кого другого в гостиной он уже не глядел. - Хоть какая-то добыча с вашей чащи, кроме позора...

***

Все было так...

Но на минуту раньше

Сорвался мир на роковой вираж.

Разрывы, пламя - слишком много фальши

И прочий неуместный антураж.

Конец эпохи - странная минута,

Растянутая часто на века.

Всего лишь упование на чудо,

Ворвавшаяся в океан река.

-Илири, пора... ты не спишь?

-Нет, Аралит, - Илири отодвинула книгу. - Как тут заснешь?

-Твоя правда. Я тоже уснуть не могла. Оружие у тебя есть?

Илири достала из-под подушки кинжал. Аралит осмотрела его, одобрительно кивнула.

-Бить будем одновременно, по моему сигналу. Сможешь?

-Смогу, наверное, - Илири пожала плечами. Никто из них не умеет убивать спящих. Никто во всем мире не учит такому искусству.

-Бить надо сюда, - Аралит показала ей место на груди, куда следует ударить ножом. - А если спит на животе, тогда сюда. - повернулась и дотянулась рукой почти до лопатки.

-Они не проснутся?

-Не должны. Прорицатель Аэлантор говорил, что настой хорошо усыпляет. Но предупреждал, что не на всех действует. Надо будет соблюдать осторожность.

-А как же стража? Они же, наверное, выставили посты снаружи!

Аралит закуталась сильнее в вязаную шаль, повернулась. Илири увидела у нее на поясе длинный меч без ножен.

-Стражей должен заняться сам Аэлантор, с подростками.

Завоеватели спали в гостиной. Двое на полу, где им постелила Илири. Хларалиг - за столом, уронив голову на руки. Рядом лежал опрокинутый кувшин, струйка вина темнела в тусклом лунном свете поперек страницы, как пятно крови.

Все было так.

Ломались чьи-то судьбы,

И кто-то предрекал армагеддон.

Те, кто погиб, живым уже не судьи.

И безмятежно спят те, кто спасен.

Какая мелочь - поворот историй!

Случилось так - ведь ТАК предрешено.

Придумать сотню новых категорий?

Кому-то лень, а лично мне - смешно.

Три женщины в домашних платьях тихо прокрались, встали каждая над одним из спящих. Илири достался воевода.

Она смотрела на широкую спину воеводы, пытаясь понять, куда же ударить. На стройной спине Аралит, при свете лампы, все было понятно. Спина кассорийца была вдвое шире.

Илири обернулась. Минариа, подобно древнему призраку, склонилась над своей жертвой с зажатым в руке широким ножом. Аралит стояла прямо, меч она держала над собой обеими руками, острием вниз. Жуткая картина, которую Илири вряд ли сможет забыть.