Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

-Что такое 'разведка боем'? - спросил Броганек, когда Лорбаэн перевела ему приказ Таларика коннице кланов Истона.

-Идти вперед, убивать всех врагов по пути, вернуться и сказать, сколько врагов убежало.

-А если врагов будет слишком много, и они убьют всех нас?

-Тогда Таларик не дождется разведчиков и поймет, что врагов таки слишком много.

-Странный приказ, - фыркнул Броганек, отряхнулся и тронул поводья, направляя коня к границе лагеря. Лорбаэн отметила, что истонец, вопреки обыкновению, не назвал приказ глупым. Очевидно, Таларик успел заслужить уважение даже у него.

Рогатки, колья и бревна, которыми оградили захваченный лагерь эйториев южане, уже разбирали. Колья и жерди связывали вместе, бревна пехотинцы брали попарно и тоже несли с собой. Примерно каждый второй воин что-то тащил: либо корзину с булыжниками, либо несколько фашин, либо связку жердей, либо бочку.

Двое всадников выехали к склону холма. Броганек осмотрелся, прикрывая глаза от дождя.

-Вижу сыновей Дессала справа, поехали за ними!

Лорбаэн, протерев глаза, попыталась высмотреть то, что увидел истонец, но тут лошадь резво пошла вперед, и она едва успела уцепиться за Броганека, чтобы не упасть. Больше она по сторонам решила не глазеть.

Езда на одной лошади с Броганеком была сомнительным удовольствием. Варвар был прирожденным наездником и обращался с конем так, словно тот был продолжением его ног. Лорбаэн за его спиной трясло, мотало из стороны в сторону, после долгой скачки на крупе внутренняя сторона бедер представляла из себя сплошной синяк со ссадинами. Однако сама она была весьма посредственным ездоком, да и лошадей во всем войске уцелело так мало, что выбирать ей не приходилось - никто и не подумал бы выделить ей отдельную лошадь. Вцепившись в медвежью шкуру на плечах Броганека, девочка могла только надеяться, что не соскользнет с мокрой от дождя спины четвероногого чудовища.

Спуск довольно быстро кончился, и двое истонцев присоединились к остальным всадникам Равнины. Вокруг раздавались отрывистые выкрики, из-за шума дождя и ржанья лошадей Лорбаэн не могла разобрать, о чем кричат. Через некоторое время они двинулись дальше - к счастью, по относительно ровной ложбине и шагом.

Никто, вопреки опасениям, не спешил их атаковать. Если в такую погоду вокруг лагеря южан и оставались дозоры, то либо они были слишком многочисленны, либо опасались в таких потемках ввязываться в бой. Истонцы продвигались без спешки, особенно не скрываясь. Судя по тому, что успела заметить Лорбаэн, они ехали в сторону того самого луга, на котором бесславно полегли две тьмы южной армии.

Вскоре стемнело окончательно, и она с трудом различала едущего справа Арагдека. Несколько раз мимо проносились другие всадники - либо вперед, опережая их, либо возвращаясь назад. Истонская конница постоянно была в беспокойном движении, даже Арагдек несколько раз исчезал куда-то, потом возвращался. Только Броганек сохранял хладнокровие и ехал ровным шагом. Может быть, из-за груза за своей спиной.

Они ехали среди деревьев, здесь струи дождя были пореже - правда, и посильнее. Темень стояла просто кромешная. Лорбаэн давно потеряла всякий счет времени. С равным успехом мог быть и поздний вечер, и далеко за полночь. Она замерзла и промокла насквозь; если бы не тепло, исходящее от лошади, и не медвежья шкура Броганека, девочка бы уже сдалась и согласилась на что угодно. Хоть Скейр, хоть лагерь арденских лучников, хоть любая нора в холмах - только бы не капало.

Она и сейчас была недалека от мыслей о тепле камина, о мягкой подушке и шерстяном одеяле, о горячей ванне, наконец. Все эти маленькие радости когда-то присутствовали в ее жизни. Удивительно, как она смогла сменить комфорт дома в Кагонисе на пыльную дорогу, слякоть в холмах, ночи у костра? Успела стать настоящей бродяжкой, и большую часть времени даже не переживала на сей счет. Надо было, оказывается, просто как следует замерзнуть, чтобы память вернулась.

Конница пошла лугом. Слева угадывались остатки частокола, за которым не так давно безуспешно оборонялась армия южан. Всадники забирали правее, к холмам - не она одна помнила о ловчих ямах. Вряд ли северяне удосужились их засыпать. С другой стороны, они могли похоронить в ямах павших воинов - все меньше могил рыть. Лорбаэн поежилась. Могилы, кладбища и мертвецы пугали ее с детства.

Снова по склону, теперь уже наверх. Впереди некоторое время слышались крики, но ничего тревожного. Броганек подался вперед, Лорбаэн изо всех сил прижалась к его спине, пока лошадь преодолевала довольно крутой подъем. Но вот наконец он закончился, истонцы опять остановились. Броганек двинул коня мимо других всадников.

-Броганек! - услышала она голос Атранека Экмарена. - Ты великий разведчик. Надо знать, что на дороге к мосту, прежде чем двигаться дальше. Я дам тебе еще пятерых воинов, чтобы ты проверил дорогу. Оставь свою девчонку здесь, я за ней пригляжу.

-Слезай, ралдэн.

-Нет! Я поеду с тобой!

-Слезай, не спорь. А то скину.

Она уже угадывала по интонации, когда Броганек не настроен шутить. Раньше истонец чаще терпел ее своеволие, теперь его благодушие нередко уступало место упрямой решительности. Правда, до битвы на берегу и поход был для них более беззаботным, и бремя вождя клана еще не успело ссутулить Броганеку спину. Да и вообще деревья казались выше, а трава - зеленее...

Она соскочила с коня, едва удержавшись на ногах. Мышцы болели, как и следовало ожидать. Заметив неподалеку дерево с достаточно толстым стволом, Лорбаэн нашла место, где он прикрывал ее от дождя, села на корточки, обхватив себя руками и дрожа от холода. Откуда-то сверху к ее ногам упала медвежья шкура. Не особо задумываясь, девочка натянула ее на плечи, ей сразу стало ощутимо теплее. Попыталась представить, как она будет выглядеть в алагорском плаще и шкуре на плечах, улыбнулась - очень уж забавная получалась картина.

Интересно, откуда истонцы берут все эти шкуры? Не может на равнинах водиться такого множества медведей. Однако каждый воин несет на плечах медвежью шкуру, а истонцев только в войске графа Гисса в начале похода было двадцать тысяч. Двадцать тысяч медведей... невозможно представить. Во всем Арденави столько в жизни не наберется, иначе бы тут не люди жили, а только медведи. Покупают они эти шкуры, что ли? Как-то не вяжется это с характером истонских воинов.

Снизу, с луга, послышался шум приближающихся отрядов. Истонцы оживились, несколько всадников отправились вниз, чтобы проверить, кто там шумит. Двое из них довольно быстро вернулись. Судя по тому, что Лорбаэн смогла расслышать из их разговора с Атранеком Экмареном, подошла часть пехотинцев.