Алекто. Сокровище морганов (СИ) - Жюльетт Сапфо

прибыл на Раденн следом за ней, то почему не ищет её? Может, потому, что он её убил?

Алекто похолодела.

Обер сказал, что приехал на остров на корабле герцога Ортенау вместе с остальными гостями из Лютеции. Но ведь он мог и солгать. Менестрели, желавшие поучаствовать в Тресковом карнавале, зачастую прибывали на Раденн за несколько дней до начала карнавала, бродили по трактирам, выступая за еду и ночлег, либо находили временный кров у радушных вилланов.

От мысли, что Обер обманул её, Алекто стало совсем не по себе. А ведь она провела ночь наедине с этим человеком! Что если он и вправду убийца?!

Какое-то время Алекто, оцепенев от страха, не двигалась с места.

Между тем веселье во дворе перед замком поутихло; музыка перестала играть; люди, утомлённые и возбуждённые танцами, отдыхали за чашей эля и разговорами. Приближался вечер.

«Сколько же времени прошло?» - вдруг спохватилась Алекто, вспомнив о записке дамы в чепце и назначенном ей свидании.

Подхватив юбку, Алекто помчалась к воротам из замка, про себя заклиная «даму в капустном кочане» дождаться её и не уходить с места встречи.

Пробежав знакомой тропой до межевого камня, Алекто огорчилась, увидев, что её там никто не ждёт. И только пройдя ещё пару шагов, она поняла, чем её опоздание обернулось для дамы в чепце.

Склонив голову набок, женщина сидела на земле с обратной стороны межевого камня. Мёртвая. Алекто поняла это сразу, едва увидела её лицо. Застывшее, как посмертная восковая маска, с запавшими глазницами, с бескровными губами.

Алекто стояла неподвижно, как вкопанная. Она старалась не потерять самообладания, хотя гораздо большим, чем страх, было для неё сейчас чувство вины.

Всё ясно: пока она пыталась сначала поймать за хвост свою удачу, а затем разгадать видение, кто-то пришёл на место встречи и убил поджидавшую её даму. Не опоздай она на свидание, эта женщина была бы жива! Боже, как стыдно, как совестно!

«Виновна я или нет? – спрашивала себя Алекто. – Что за глупый вопрос? Конечно, это я виновата!»

Алекто вздрогнула. Справа от неё что-то двигалось в наступающих сумерках. Серая фигура, которую невозможно было рассмотреть на таком расстоянии, торопилась скрыться за холмами. Это убегал убийца!

Девушка собиралась было побежать следом, однако ноги ещё плохо слушались её.

И тогда она закричала что было сил. Она надеялась привлечь внимание людей, которые могли услышать её крик: от места злодеяния до замка маркграфа было не так далеко.

Первым, кто прибежал на подмогу, был Данафрид де Туар.

- Алекто, с тобой всё в порядке? – спросил он в тревоге и внимательно оглядел девушку с головы до ног.

- Убийца... он побежал к тем холмам, - прерывистым голосом, стараясь восстановить дыхание, ответила Алекто. – Его нужно поймать, Данафрид!

События развивались стремительно. Несколько человек побежали в сторону холмов и вскоре привели какого-то мужчину, лицо которого было скрыто чёрной маской с длинным клювом: эту маску называли Чумным Доктором.

Когда он снял её, Алекто опешила.

Глава 14

- Обер? – в изумлении проговорила Алекто, с трудом доверяя своим глазам. – Так, значит...

Она хотела сказать, что не ошиблась, занеся имя менестреля в список подозреваемых, но сдержалась, поймав на себе упорный взгляд Обера. К тому же, ей не хотелось, чтобы о её личном расследовании узнали представители местных властей.

- Мессиры, - едва скрывая мстительную радость, обратился к собравшимся Данафрид, - перед вами человек, который только что совершил ужасное злодеяние! Под видом странствующего менестреля он прибыл на наш остров, чтобы свести какие-то свои счёты с этой бедной дамой.

После этих слов Данафрид повёл подбородком в сторону камня, у которого находилось тело убитой.

- Надев прежде маску, чтобы не быть узнанным, - дополнил маркграф, с суровым лицом поворачиваясь к пленнику.

Обер Видаль, державший себя достойно, несмотря не крепкую хватку поймавших его мужчин, вскинул голову с выражением гнева на лице:

- Всё это подстроенная грубая шутка! Тот, кто её придумал, несомненно, мастер фарса! Таких шутников очень ценят при королевском дворе!

Последнее замечание менестреля, приправленное злой иронией, совсем не понравилось Эду де Туар, который защищал интересы короля Нейстрии на Раденне.

- У вас есть другие объяснения, Обер Видаль? – спросил он, хмурясь сильнее прежнего.

- Но я не понимаю, в чём меня обвиняют? – вскричал менестрель, и его возмущение казалось вполне искренним.

- Вы же слышали! В совершении убийства, - спокойно пояснил маркграф. И, бросив косой взгляд в сторону Алекто, прибавил: - В трёх, может быть...

Алекто показалось, что у Обера подкосились ноги, но он тут же овладел собой и, покачав головой, произнёс:

- При всём уважении, мессир маркграф, но вы, верно, сошли с ума. Я не причастен ни к одному из упомянутых вами преступлений! Я вообще не понимаю, что здесь происходит...

- Не слушайте его, отец, - снова, с ещё большим пылом, заговорил Данафрид, для которого этот случай был прекрасной возможностью отыграться на менестреле за свои муки ревности. – У нас есть доказательство его вины: маска, за которой он осознанно, с умыслом, скрывал своё лицо!

- Конечно, я надел эту маску, не отрицаю, - неожиданно с лёгкостью признался Обер. И тут же возмутился: - Но если бы у вас была хотя бы толика здравого смысла, вы бы меня уже отпустили и взялись за поиски настоящего убийцы!

- Чего ради отпускать вас, позвольте осведомиться? – возразил, вступая в перепалку, Дуан Бальд. – Вы же сами видите: все улики против вас!

- Я могу объяснить по поводу маски и то, как я оказался здесь в этот час. А после пусть мою судьбу решает Его Светлость герцог Ортенау, и только он.

Маркграф немного поколебался, затем сделал знак людям, державшим менестреля, отпустить его.

- Благодарю. – Обер вздохнул с облегчением и потёр плечи.

И затем начал рассказывать:

- Случай, в который я попал, один из самых нелепых. Коль уж вам так хочется знать, я крайне неохотно надел эту маску. Знать бы последствия... Одним словом, после танцев ко мне подошёл мальчик и вручил мне пакет, в котором и находилась эта маска. К ней была приложена записка, а в ней говорилось примерно следующее: «У меня есть то, что вас заинтересует. Буду ждать вас у межевого камня. Приходите один, а, чтобы вас не узнали случайные встречные, наденьте эту маску». Любопытная записка, подумал я, полагая, что это чей-то