Подпольный Баку - Мамед Ордубади

Глаза у Владимира наполнились слезами.

Глядя на него, Женя сама едва не расплакалась.

Ей вспомнились слова Ладо Кецховели: "Наших единомышленников надо искать не только на заводах и фабриках, но и в солдатских казармах".

Владимир вынул из кармана свернутый вчетверо листок бумаги, протянул его Жене.

- Вот, прочти. Это Вернно письмо, в нем никаких секретов.

Женя развернула листок.

"Дорогой и любимый муж мой, Володя! - писала молодая женщина. - Я и твой сынок Витька пока живы и здоровы. Временно не пиши нам, до той поры, пока не получишь моего следующего письма, так как меня выгнали из дома, где я работала в последнее время. Сынок хозяйский не давал мне проходу, приставал. Я пожаловалась на его домогательства хозяевам. Хозяйка рассердилась на меня за это, велела убираться из ихнего дома. После соседи сказали мне, что они нарочно взяли в дом молоденькую служанку, чтобы их сынки не гуляли на стороне и не заболели дурной болезнью. Но ты, Володечка, не думай обо мне дурно. Я умру, но не встану на плохой путь. Ты пишешь, чтобы я продала твою одежду и кормила бы нашего сына Витьку. Лучше мы с голоду умрем, а твою одежду я не продам. Хочу уехать отсюда в село Пьяный Бор, к двоюродной сестре Матрене. Как-нибудь перебьюсь. Пока ютимся в церковном дворе. Сегодня поп велел дьяку позвать городового, хочет прогнать нас. Дал сроку один день. Чтобы добраться до Пьяного Бора, нужны деньги три рубля с полтиной. А у меня только полтора. Продам одну подушку и твои сапоги. Надо уезжать. Жди мое письмо.

Твоя Вера.

25 июля 1902 года".

Женя возвратила письмо Владимиру.

- Да, несладко приходится твоей Верухе. Правительству наплевать на положение солдатки. Царю нужен только солдат, а как живет его семья, что ест, где спит - это его не волнует. Я уверена, Владимир, ты кое-что слышал о забастовках, о рабочем движении в России. Причина тому - все более усиливающийся гнет самодержавия. Притесняемый народ поднимается на борьбу, чтобы легче жилось миллионам таких, как ты и твоя Вера.

Молодой солдат с нескрываемым уважением смотрел на собеседницу.

- Разумно говоришь, Женя. Я служу в бакинском гарнизоне. Случается, в наши казармы попадают прокламации. Некоторые из них побывали в моих руках. Ты интересуешься такими бумажками?

- А ты?

- Если бы не интересовался, стал бы, рискуя головой, таскать их в своих карманах?!

- Зачем же носишь их с собой?

- Почитать при случае надежным людям.

- И сейчас при тебе есть прокламации?

- Есть. Хочешь прочесть?

- Хотелось бы!

Владимир сунул руку за голенище сапога и извлек оттуда прокламацию. Это была одна их тех листовок, содержание которой Женя знала почти наизусть, так как она была отпечатана в подпольной типографии, организованной по инициативе Ладо Кецховели, где работала Женя.

Женя рассказала Ладо Кецховели и другим товарищам из Бакинского комитета о знакомстве с солдатом из местного гарнизона. Ей было сказано, как вести себя с ним.

В следующее воскресенье они снова встретились. Владимир познакомил Женю со своими товарищами по казарме. Вместе гуляли. Прощаясь, условились встретиться через неделю на Биби-Эйбате. Женя сказала, что приведет с собой некоторых своих товарищей.

Они встретились в назначенный день на горе, в условленном месте. С Женей пришли Аскер, Василий, Айрапет и Мамед.

- На нашей сходке, - сказала Женя, - присутствуют не только представители рабочего класса, но и солдаты. А кто такие солдаты? Те же крестьяне и рабочие. Всех нас связывают общие интересы - жить свободными, счастливыми. Русский пролетариат поднялся на борьбу против царизма. Наш лозунг многим известен: "Долой самодержавие!" Царское правительство понимает, какая опасность угрожает его существованию, и принимает меры, чтобы потопить в крови революционно настроенный народ. Прежде всего оно разжигает национальную рознь. Еврейские погромы - одно из средств, к которому прибегает царская полиция, чтобы помешать росту революционного движения. В революционных выступлениях в России и Польше принимают участие также и солдаты, перейдя на сторону угнетенного народа. Солдаты бакинского гарнизона тоже должны оказать поддержку выступлениям трудового народа и действовать рука об руку с революционными силами, поднимающимися против предательской политики царского правительства в Закавказье. Товарищи, только после победы революции солдаты, сыны рабочих и крестьян, смогут избавиться от оскорбительных притеснений со стороны царских офицеров - этих сынков дворян и помещиков. Только победа революции принесет свободу рабочим и крестьянам, которым уже не придется работать на капиталистов, проливать кровь и отдавать жизни во имя их интересов. Победоносная революция освободит тысячи революционеров, сосланных в Сибирь, в окраинные города и села России. Мы должны вести организованную борьбу, чтобы избавить рабочих от нечеловеческой эксплуатации, крестьян - от помещичьего гнета, солдат и их семьи - от скотской жизни и произвола царизма.

После Жени выступил Владимир, рассказал о росте в солдатской среде сочувствия революционному движению.

Солдаты, пришедшие с Владимиром, задавали вопросы, из которых стала очевидна их неискушенность в политике, в революционном движении. Они с удивлением слушали Аскера, который говорил о том, что к другим нациям надо относиться без неприязни, по-братски, выступать против царизма единой силой.

Солдаты рассказали о своем житье-бытье, об издевательствах офицеров.

Расставаясь, рабочие и солдаты условились о новой встрече.

XI

В Бакинском комитете РСДРП было решено обсудить вопрос о распространении революционных прокламаций среди казаков.

Ладо Кецховели попросил Павла найти Женю и передать: она должна присутствовать на собрании революционного актива.

Павел поехал в Сабунчи, но Жени дома не оказалось. Вернувшись в город, он встретил Василия, который сказал ему, что час назад видел Женю у вокзала, на Солдатском базаре.

- Я иду туда, - сказал Павел.

Он давно искал возможности встретиться с девушкой и поговорить.

На Солдатском базаре ему не пришлось долго высматривать Женю. Она, как обычно, была в компании горничных, которые сидели на скамейках и грызли семечки.

Павел, сделав вид, будто гуляет, несколько раз прошел мимо.

Женя догадалась, что он хочет подойти к ней, но не решается.

- Кого это ты ищешь, Павел? - окликнула она его.

Он приблизился.

- Ищу Васю и Аскера.

- Разве ты не знаешь, где они работают? В железнодорожных мастерских.

- Я был там. Сегодня ребята не вышли на работу. Я решил, что они здесь.

Женя угостила Павла семечками.

- Садись рядом. Здесь, на Солдатском базаре, интересно наблюдать людей. Кого тут только ни увидишь, - разорившихся лавочников, инвалидов войны, калек, осиротевших подростков... Здесь можно многое узнать о народной жизни, многому поучиться, если будешь внимательным. Нам надо искать единомышленников среди людей рабочих, угнетенных, обездоленных, вооружать их светлой целью, знаниями. Впрочем, люди с такими ошибочными взглядами на жизнь, как твои, не способны донести наши идеалы до широких масс. Не обижайся на меня, Павел! Сначала научись держать себя в руках и по-дружески обращаться с людьми, которые любят тебя. Ты заставил отшатнуться от себя девушку, которая долгое время жила с тобой под одной крышей, готовилась стать твоим самым близким человеком.

- Клянусь, Женя, я до сих пор не знаю, почему ты отвернулась от меня. В чем причина?

- Не будем сейчас говорить об этом, Павел. Но ты не тревожься за меня. Я никогда не пойду по дурному пути. Вся беда моего характера в том, что я с трудом забываю людей, к которым привыкла. Если у тебя есть дело ко мне, говори. Если же ты пришел, чтобы просто повидаться со мной, то на сегодня хватит. До свидания. Впредь всегда сможешь найти меня здесь. Но только знай: в моем чувстве к тебе трещина, и словами ее не заделать. Как жевательная смола не может насытить человеческий желудок, так и пустые разговоры не способны изменить направление мыслей, убеждения человека. Иди, я останусь здесь.

- Ладо велел разыскать тебя. Сегодня собирается революционный актив, будут обсуждать вопрос о проведении агитационной работы среди казаков. Ладо считает твое присутствие на активе необходимым.

К Жене подошла Серафима и шепнула ей что-то. Глаза у подошедшей тревожно сверкнули.

- Хорошо, - сказала Женя Павлу, - передай товарищам, я приду. Ступай.

Женя и Серафима быстро пошли по площади.

Павел недоумевал. Кто эта девушка? Что она сказала Жене? Куда они пошли?

Он двинулся следом.

Мимо Солдатского базара проходила группа солдат, окруженная конвоем.

Женя смотрела, нет ли среди них Владимира Павлова. Кажется, нет. От сердца отлегло. Вдруг кто-то тронул ее плечо. Обернулась - он, Владимир.