Колыбель Боли - Автор Неизвестен

Вся компания разом засмеялась, а затем Кирилл сказал, что он почти ничего не нюхнул и следует пробить и вторую дорожку второй ноздрёй. Накачавшись кокаином как следует, они отправились в ночной клуб, где танцевали так, будто это их последний танец в жизни.

Тимофей начал быстро размышлять, что же ему следует делать, но, не успев понять, что происходит, ему прилетело по голове чем-то тяжёлым. Он отключился.

— Сосед, просыпайся, нам пора поговорить, — последовали шлепки по щекам, после чего хозяин дома начал приходить в сознание.

— Ты чё творишь, урод? — сказал Тима, а затем почувствовал жёсткий удар в челюсть, который отправил его в лёгкий нокдаун.

— Не-е-ет, хватит, остановитесь, у нас нет денег, — закричала связанная Светлана, которая наблюдала за происходящим.

— У меня нет денег, сделка сорвалась, тупой ты придурок, — ответил Тимур.

Затем его сосед со своей компанией начал избивать его до полусмерти и, придя к решению, что он не заговорит, принялись за его жену.

— Не надо, я прошу вас, не трогайте её.

— Я тебе ещё раз спрашиваю, где, мать твою, деньги?

— Нет никаких денег, сколько раз мне надо повторить это? Нет! Сделка не состоялась.

После этого они начали раздевать её догола и утверждать, что будут насиловать её на его глазах, а затем зарежут, как свинью. Тимофей понимал, что деньги у его сына, но не мог сказать этого преступникам, так как ставил его жизнь под угрозу. Он сильно напрягся, пытаясь расслабить верёвку, которой был связан, но это не приносило успеха. Затем он наблюдал, как три человека насилуют его жену, а в конце перерезают ей горло.

Столько злости и ненависти он не чувствовал никогда. От бессилия он зарыдал, желая поскорее умереть.

— Знаешь, Тим, ты сейчас можешь рассказать нам где деньги, и мы оставим твою благоверную супругу целой, либо мы нарежем её на кусочки и раскидаем по всей комнате? А? Как тебе такой вариант?

Рыдая, Тимофей плюнул в лицо своему доброму соседу, после чего получил ещё один удар в висок. Он наблюдал, как от его жёны отрезают пальцы, затем руки, ноги, грудь, задницу, а в конце голову. Один из парней, взяв в руки голову, приоткрыл ей рот и начал пихать свой член прямо перёд лицом Тимофея.

Издевательства над кусками тела продолжались ещё около получаса, а затем Тимофей почувствовал, как резким движением ему отсекли ступню. Он кричал, но от криков не было никакой пользы: его рот был забит тряпками. Затем отлетела вторая стопа, после чего он отключился и уже не смог прийти в сознание, так как конечности не могут работать, находясь в дистанции друг от друга.

Миша с своими друзьями протанцевали чуть ли не до самого утра — в них было полным полно энергии, которую давал им кокаин. Когда танцы начали им докучать, его лучший друг предложил поехать обратно в номер и заказать индивидуалку, которой он часто пользовался и знал, что она не откажется от группового секса за хорошие деньги.

— Братец, у меня есть знакомая девочка. Ну как девочка, уже женщина. За хорошие деньги она будет отсасывать нам по очереди хоть целый день.

— Класс! — с энтузиазмом ответил Миша.

После этого они отправились в отель, по пути заехав к эскортнице по имени Кира. Всё началось как в добротном порнофильме: они окружили её со спущенными штанами, а она жадно брала в рот каждый член, а затем лучший друг Миши, Олег, предложил угостить её коксом и пойти втроём в спальню.

Они трахали её во всё дырки, куда влезал член, около двух часов, а затем Олег откуда-то достал нож и вонзил его в ямочку, что находится ниже шеи. Она даже не успела понять, что произошло, и моментально умерла. Миша даже не обратил на это внимания и просто продолжал насаживать её на член. Он заметил что-то лишь тогда, когда кончил в неё и увидел, что простынь залилась кровью, а его друг находится в отключке с пеной у рта. В этот момент он полностью протрезвел и до ужаса напугался. Выскочив в гостиную, он обнаружил, что два его друга спят непробудным сном и, не решившись их будить, поспешил покинуть отель. В его кармане остались около ста тысяч, которые он намеревался отвезти домой. Он даже не помнил, как добрался до вокзала, а затем проделал трёхчасовой путь на поезде.

Его разум покрылся туманом — он не имел возможности трезво оценить ситуацию. Ужас прокрался в каждую клетку его тела, он просто желал поскорее добраться до дома и на коленях просить прощения у своих родителей, в надежде, что они его не прогонят.

Добравшись до родного города, он не стал брать такси, как это случалось обычно, а решил прогуляться пешком, тем более это не занимало более получаса, и заодно поразмыслить, как же он объяснит всё родителям. Уже дойдя до дома, он почувствовал усиливающееся волнение и поспешил войти внутрь.

Уже в коридоре он ощутил сильную трупную вонь, а зайдя в гостиную комнату перед его глазами раскрылось зрелище, которое нельзя было бы придумать и в самом страшном сне. Вся комната была покрыта кровью и частями тел. Мишу начало трясти, а дыхание остановилось. Он медленно подошёл к лежащей на полу голове, которая была повёрнута в сторону стены. Перевернув её осторожным движением, он увидел, что это была голова его матери. Его крик от ужаса был настолько силён, что в один момент он решит, что сам оглохнет. Боль накатила такой силой, что его сознание не выдержало, и он упал в обморок.

Около часа он пробыл в отключке, после чего проснулся. Сил хватило лишь на то, чтобы набрать номер полиции и продиктовать адрес дома. Затем он взял головы своих родителей, прижав их крепко к себе, и неумолимо заплакал прямо посередине комнаты.

Полиция приехала спустя пятнадцать минут и нашла парня с двумя головами в руках.

— Лейтенант Власов Василий Игоревич, — представился первый вошедший полицейский, но в ответ не получил ничего.

После этого Михаила отправили на принудительное лечение в столичную психиатрическую больницу, где он пробыл всю свою жизнь, не считая случая, когда однажды ему удалось сбежать.

Послесловие

Я хотел бы начать свои последние слова в этом произведении, если его можно так назвать, с того, что…

Я не уверен, что кто-нибудь дойдёт до этих строк, но всё же мне хочется верить, что такие люди найдутся. Именно им я бы хотел сказать, что это не просто выдуманные строки. Это строки из моей души: я писал их с надеждой, что мне станет легче, когда я вынесу их в текст из своей головы.

Я даже не уверен, что кому-нибудь следует это читать…

Изначально я не знал, о чём будет эта книга, лишь примерно понимал, — но вышло совсем другое…