Джутовая маска - Лена Александровна Обухова

― Капучино на обезжиренном молоке с корицей, ― объявил он, торжественно протягивая ей один из стаканов. ― Умеренное количество калорий и низкое содержание жиров, а корица, говорят, ускоряет обмен веществ.

― Безлактозное?

― Что?

― Молоко, говорю, безлактозное?

Он заметно стушевался и печально уточнил:

― А у тебя разве проблемы с лактозой?

― Да нет, ― рассмеялась она и приняла протянутый стакан. ― Просто мне его вкус нравится. И обычно я беру без корицы, но и против нее ничего не имею.

― Понял, принял, запомнил, ― улыбнулся Савин.

― Ты и пончики принес? Это вдвойне смело.

― Для себя ― принес, а для тебя у меня… ― он с видом фокусника запустил руку в пакет и достал оттуда треугольную картонную коробочку. ― Сэндвич на цельнозерновом хлебе с куриной грудкой и салатом.

Диана игриво прищурилась, глядя то на коробочку, то на него.

― И ты типа уверен, что видишь меня насквозь и все обо мне знаешь, да?

― А что? Разве я в чем-то ошибся?

― Просто для информации: хлеб в этих сэндвичах ничем не отличается от обычного, только еще калорийнее, а жирный соус сводит на нет все старания куриной грудки.

― То есть, ты не будешь?

― С чего вдруг? ― Диана торопливо отобрала коробочку, пока он не успел спрятать ее обратно в пакет. ― Я же сказала: это просто для информации.

― Ты сегодня какая-то другая, ― заметил Савин, когда она уже с наслаждением жевала и собиралась сделать первый глоток приятно теплого, бодрящего напитка.

― В смысле?

― Не знаю… Какая-то очень довольная, что ли? Случилось что-то хорошее?

Диана замерла на секунду, наверняка заметно помрачнев, и поторопилась поскорее спрятаться за картонным стаканчиком. Говорить о Кирилле не хотелось.

― Да нет, ― отмахнулась она, ― просто погода наладилась, а после фитнеса я всегда на подъеме. К тому же сегодня наконец начала тренировки по боксу. Давно хотела. Это так круто…

Она осеклась, заметив, что он нахмурился.

― Бокс? Серьезно?

― А что не так?

Савин пожал плечами, вгрызаясь в пончик с шоколадной глазурью.

― Да как-то странно. Мне сложно представить тебя на ринге в боксерских перчатках…

― Я лишь избиваю грушу в зале!

― Да все равно. Это так на тебя непохоже. Ты ассоциируешься, скорее, с йогой… или танцами. Бокс ― это что-то грубое и мужское.

― О, ну прости, если ломаю тебе картинку мира, ― фыркнула Диана, испытывая странное чувство, смутно похожее на вину. Ей как будто вдруг стало неловко, что она уже оплатила абонемент на десять тренировок. ― Но ни с йогой, ни с танцами у меня как-то не заладилось.

Возможно, он уловил в ее тоне некоторое недовольство, поскольку тут же отступил:

― Ну и ладно, лишь бы тебе нравилось. Только, ради всего святого, не выходи на ринг: перелом носа вряд ли будет тебе к лицу.

― Я учту, ― хмыкнула Диана. ― Но и ты учти, что тебе немного силовых тренировок определенно не повредило бы.

Она окинула выразительным взглядом его худощавую фигуру. По случаю вернувшегося тепла Савин надел к джинсам футболку с коротким рукавом, что не оставляло надежд на скрывающийся под одеждой рельеф.

― Да мне и так неплохо.

― Да ну? Не обидно, что тебя может уделать даже девчонка?

― Не может!

― Я тебя уделала однажды.

― Шокером!

― Это ничего не значащие детали.

Тон, которым Диана все это говорила, ясно давал понять, что она просто шутит, и Савин в конце концов рассмеялся, не сумев удержать возмущенный вид. Они были знакомы не так давно, встречались редко и, по ее собственному утверждению, не могли считаться друзьями, но в общении с ним Диана чувствовала такую легкость, какой не испытывала даже в компании давних подруг.

― Ладно, останемся каждый при своем мнении и образе жизни. Ты чего приехал-то? Что-то новое в твоих поисках?

Савин мгновенно посерьезнел, и легкость испарилась, словно он снял маску. Диана знала, что его интерес к Шелково ― не праздный и ездит он сюда не для удовольствия, но и не по работе. Три года назад неподалеку, на Медвежьем озере, пропала его девушка ― София Мельник. Мучимый чувством вины за то, что тогда не поехал с ней, Савин с тех пор страдал жестокой бессонницей. Лечение не помогало, а потому он убедил себя, что сможет вернуться к нормальной жизни, только когда выяснит, что случилось с Софией.

Пару недель назад они узнали, что та бывала на Медвежьем озере и раньше. Как минимум однажды в детстве, вместе с родителями. Как и Диана, она умудрилась потеряться в довольно скромном лесу. Ее точно так же нашли через несколько дней живой и невредимой, но она ничего не могла сказать о том, где была все это время. Вероятно, не помнила, как и Диана, память к которой вернулась лишь недавно, когда те события получили внезапное продолжение в настоящем.

Провела ли те несколько дней София там же, где и Диана: в доме ведьмы, скрывавшейся в лесу? Вспомнила ли о своем приключении, когда приехала на озеро уже взрослой? Связано ли оно с ее исчезновением? Увы, ответов на эти вопросы они не знали. Да и в целом новая информация не помогла продвинуться в поисках.

― Нет. ― Савин сокрушенно покачал головой. ― Ничего нового. Я здесь по другой причине. Прошлой ночью мне неожиданно удалось уснуть на целых шесть часов кряду. И приснился сон, пугающий своей реалистичностью.

― А что приснилось? ― напряженно уточнила Диана, уже понимая, к чему он клонит.

― Человек с мешком на голове…

― Каким еще мешком?

― Ну… холщовым. Он носил его подобно маске, за которой прячут лицо. Вот только у маски этой не было прорезей для глаз. Однако человеку это не мешало. Он преследовал меня… Точнее… Он преследовал кого-то, кем я был во сне. Знаю, что я не был собой.

― Откуда ты это знаешь?

Он хмуро посмотрел на нее и пожал плечами.

― Не смогу объяснить. Так бывает только во сне: ты просто знаешь что-то, даже если не видишь.

― И чем все закончилось? Тебе… или тому, кем ты был, удалось убежать?

На этот раз Савин только коротко мотнул головой.

― Он настиг меня, накинул что-то сверху… Кажется, тоже мешок какой-то… И задушил. Ну, задушил бы, если бы я не проснулся. Клянусь, первые секунды даже горлу было больно, как будто меня действительно душили. Думал, синяки останутся, но обошлось.

― И ты полагаешь, что это вещий сон? ― осторожно уточнила Диана.

Вместо ответа, он достал из кармана смартфон, несколько раз ткнул пальцем в экран и показал ей.

― Сегодня я почти не спал, утром серфил в интернете, и мне попалась на глаза эта новость.

Диана взяла его смартфон и вчиталась в открытую заметку. В ней рассказывалось о найденном на берегу реки, в лесополосе, трупе задушенной женщины. Статью иллюстрировало фото с места преступления: тело погибшей с холщовым мешком на голове. Никаких версий и внятных деталей, но было понятно, что убийство произошло в ту же ночь, когда Савину, по его словам, приснился реалистичный кошмар.

― Думаешь, ты видел это убийство? ― поинтересовалась Диана, возвращая ему смартфон.

К ее удивлению, Савин снова отрицательно покачал головой.

― Здесь убита женщина. А во сне я был мужчиной, как и в жизни. Я видел не это убийство. Я видел такое же убийство.

― И ты приехал, чтобы выяснить, кто погибает в твоем сне?

― Да сам не знаю, зачем я приехал! ― в сердцах воскликнул он, привлекая внимание проходящей мимо парочки, что заставило его понизить голос, прежде чем продолжить. ― Это просто рефлекс какой-то. Мне снится загадочная хрень ― и я еду в Шелково, на Медвежье озеро, чтобы влипнуть в опасную историю. Сам не знаю зачем.

Савин тяжело вздохнул и добавил уже совсем едва слышно:

― Но каждый раз, когда так делаю, я узнаю что-то о Софии или о том дне, когда она исчезла. Может, что-то всплывет и сейчас. Во всяком случае, я на это надеюсь. Ты тогда сказала, что, если я вернусь и мне нужна будет