Телохранитель(ница) Его Светлейшества - Татьяна Рябинина

важного! И если он реально на стороне Джилиана, это приличный козырь.

Интересно, в случае попытки переворота применение боевой магии будет оправдано? Как там Маргуль сказал? Ожидаемая польза превышает возможный вред.

— Выходит, если Тиккер на твоей стороне, то и маги за тебя? — спросила Полина.

— В теории да, но знаешь, толку от этих магов… Ну да, чистоту обеспечивают, за урожаем следят, от поноса вылечат, но все серьезное под запретом.

— И так было всегда?

— Ты и этого не помнишь? Нет, конечно, не всегда. Лет триста назад некроманты оживили умершего игремона Мейрина и свергли с трона его брата Уграба. Завязалась гражданская война, маги воскрешали своих убитых и, видимо, сильно расшатали энергии. Начались эпидемии, стихийные бедствия, бунты и резня в провинциях. В общем, конец света. Сторонники Уграба позвали магов из Тебраны и в итоге взяли верх. В результате самую опасную магию запретили под страхом изгнания из страны, а менее опасную разрешено применять только в случае крайней необходимости.

— И все же ты заставил Маргуля оживить меня, а потом еще и немого.

Вы не понимаете, это другое, добавила Полина про себя. Будучи интернет-зависимой, она любила мемы.

— Это другое! — вздернул подбородок Джилиан, и она не смогла сдержать усмешку.

Развить тему не удалось: дверь открылась, и в кабинет вошел пожилой мужчина в черной хламиде. Близко посаженные, заглубленные в череп глаза сделали бы честь какому-нибудь инквизитору. Довершали образ крючковатый нос и длинные седые волосы.

Харизматичный товарищ, оценила Полина. Вполне так Архимаг.

— Добрый вечер, игер Тиккер, — ответил Джилиан на его поклон. — Присаживайтесь. Я хотел бы поговорить об игере Маргуле.

— А что он натворил? — насторожился Тиккер.

— Ничего. В смысле, ничего дурного. Наоборот. Я просил его вызвать дух игера Тариона и узнать, как тот погиб. Игер Маргуль справился, теперь мы знаем правду. Думаю, его следует наградить.

Уй-юй-юй, мысленно застонала Полина. Наградить?!

Впрочем, она не особо возражала. Если бы некромант не облажался, ей не досталась бы еще одна жизнь. Прямо как бонус в компьютерной игре.

Услышав о награде, Архимаг расслабился и даже слегка улыбнулся. Похоже, он относился к сыну своей пассии по-отечески, а не просто угождал ей. И вот тут-то Джилиан коварно подловил его.

— Хотел заодно спросить вас, игер Тиккер, каковы настроения среди магов? Могу ли я полагаться на них? Вы ведь отвечаете за своих подчиненных.

— Вы можете положиться на меня, Ваше Светлейшество, — четко выговаривая каждое слово, ответил тот. — А значит, и на остальных магов тоже.

Полина внимательно наблюдала за ним, вслушиваясь в интонации. Многолетний опыт подсказывал: Архимаг не врет. Это радовало.

— Ну что скажешь, Поль? — поинтересовался Джилиан, когда Тиккер удалился.

— Думаю, он за нас. Скажи, ты правда собираешься наградить Маргуля?

— Почему нет? Он ведь тебя оживил. Хоть и в женское тело.

— За это полагается совсем другая награда, нет? За нарушение закона?

— Ой, не зуди! — Джилиан поморщился. — Дам ему медаль какую-нибудь красивую, пусть радуется.

Угу-угу, на каждый значок есть свой дурачок.

Полина покосилась на Джилиана, на жилете которого тоже красовались какие-то блестючки. И вспомнила, как в детстве коллекционировала значки. У нее даже альбом был специальный — с поролоновыми страницами и обидной надписью на обложке: «Юный фалерист». Почему-то слово «юный» ее сильно раздражало, и собирать значки она бросила.

— А кстати, где мои награды? — спросила сварливо.

— Ну как где? — хмыкнул Джилиан. — Похоронили вместе с тобой, как положено. Не переживай. Раскроешь заговор — получишь новые.

Он активно ее бесил. Так и захотелось навалять — и чтобы за это ничего не было.

Ну так почему бы и нет?

— Может, потренируемся? — спросила небрежно. — Мне нужно навыки восстанавливать. Я-то помню, как надо, а вот это тело?

— Пострелять? На мечах побиться? Побороться?

Ой, только не на мечах. Пострелять не мешало бы, конечно, но лучше все-таки закрепить перенос. А заодно втащить маленько этому умнику. Уж больно много о себе воображает.

— Побороться.

— Слушай, ну мне как-то… с девкой…

Еще один! Вы что, сговорились, уроды?!

— Девка — твой телохранитель, если не забыл, — ответила Полина сухо. — А вдруг понадобится? Опозорю Муфлану.

— Ну как хочешь, — пожал плечами Джилиан. — Только не плачь, если случайно будет больно.

— Да ты что, издеваешься? — окончательно рассвирепела она. — Это твоя идея была — сделать меня телохранителем в бабском теле.

— Ой, да ладно, ладно, не ори. Идем. Хоть какую-то девку пощупаю. Главное — за ватный крюг не схватиться.

Ну все, мрачно сказала про себя Полина, ты труп, Джил. Главное — не убить тебя случайно.

Глава 23

Пройдя по анфиладе комнат, они оказались…

Ну а что, вполне так спортзал, оценила Полина.

Просторное помещение с высокими потолками и окнами в пол заливал солнечный свет. Одна половина была застлана толстыми кожаными матами, набитыми чем-то упругим, вторая — каким-то шершавым покрытием. Сама Полина фехтованием никогда не занималась, но знала, что скользкие полы — это для него засада.

— Только учти, — сказала она, сняв жилет. — Я ничего не помню. То есть помню, но головой, а не руками.

— Не волнуйся, — насмешливо ответил Джилиан. — Я буду крайне нежен.

— А вот этого не надо! — отрезала Полина. — Только нежностей от мужика мне и не хватало.

Никаких красивостей, никакого ушу-укушу. Но и не на поражение. Представим, что это обычная дворовая драка — навалять друг другу и разойтись в глубоком удовлетворении.

Она начала с той же самой обманки — почесать нос, посмотреть в сторону. А потом без замаха, резко — чтобы сбить с ног. Примитивно, но всегда работало. Не подвело и на этот раз.

Упав на колени, Джилиан вытаращил глаза и тут же уткнулся носом в мат, выдав такой изысканный… мат, что Полина засомневалась: а правда ли это игремон. Впрочем, до государя императора Петра Первого с его знаменитыми загибами он все равно не дотягивал. Как мальчик перед боцманом.

— Чего, больно, что ли? — удивленно спросила она, отпустив его руку из закрута.

Однако расслабляться, памятуя едва не пропущенный удар от Мессима, не стала. И правильно сделала, потому что Джилиан пришел в себя и ответил довольно жестко.

— Забыл, говоришь? — процедил он сквозь зубы, подминая Полину под себя.

Желтые волчьи глаза оказались совсем близко. От острого звериного запаха закружилась голова.

Меньше всего это напоминало любовную возню, однако эротикой сквозило, еще как! И крюг ее противника при полном контакте оказался далеко не ватным. В молодости ей не раз доводилось бороться с мужчинами, и такие конфузы случались. Тогда это служило предметом для зубоскальства — но