Запах снега - Юрий Валин

— Значит, успеха, Лит, — белобрысый закинул веревочную лямку мешка за плечо. — Может, свидимся. Здесь народу мало, дорог еще меньше. Ты уж поглядывай, кого рубишь. А то когда взъяришься, так ой-ой-ой! Ну, бывай.

Ёха решительно зашагал к ельнику.

— Эй, — окликнул Лит. Ни с того, ни с сего, захотелось сделать глупость. С ножом расставаться страсть как жаль было. Но вынул из-за голенища, протянул узкой рукоятью вперед. — Бери. А то совсем без инструмента гулять собрался.

— А ты?

— Ха, мне за глаза топора хватит.

— Это да, ты им разве что не бреешься. Только нож-то тебе тоже нужен.

— Бери. Не ломайся, небось не девка.

Ёха взял нож-рыбку, полюбовался.

— Спасибо. Вот отдарить нечем. Даже медяшки нет.

— Так это подарок. Чего за него платить?

— Обычай такой есть. Насчет оружия. Ну да ладно, вот в следующий раз встретимся, тогда отдарю.

— Брось. Просто подарок.

— Хороший подарок. Вещь. Вроде как ко дню рождения.

— Ты свой день рождения знаешь? — удивился Лит.

— Угу. Вроде как прошел уже. 14 сентября. Это месяц такой.

— Гонишь?

— Точно. Нездешний это месяц. Короткий и теплый. Ну, бывай.

Лит еще посидел у угасающего костра, глядя на ельник. Смешной, все-таки, парень Бешенный. Ну, не бешенный, а просто с придурью. Месяц сен-тябррь? Надо же такое выдумать.

Глава третья

Король раздраженно заглянул в бокал. Слишком серьезный разговор. Никто не пьет. Зря добрый напиток выдыхается.

— Подведем итог. В Кэкстоне у нас шесть надежных агентов. Так, мой добрый лорд Маэл?

— Их пятеро, мой король, — сконфуженно сказал глава тайной службы.

Король посмотрел на него печально. Не на своем месте Маэл. Совершенно не годится на роль паука, способного сотни нитей дергать. Права была Гиата. Но другого человека, достойного такого доверия, в королевстве попросту нет. По крайней мере, человека, не только способного разобраться в интригах и происках как врагов, так и союзников, но еще и согласного посвятить подобному мерзкому занятию всю свою жизнь. Два года назад Маэлу пришлось чуть ли не тюрьмой грозить. Все честные, все жаждут с мечом в руках, лицом к лицу с врагом встречаться. Другие со своей жадностью совладать не в силах. За горсть серебра сочтут своим долгом любой секрет продать. Третьи за столом или в объятьях любовницы язык придержать не могут. Глупость везде, покрой их лишай козлиный. Ну и королевство.

— Значит, пятеро. И все в один голос доносят о злоупотреблениях при ремонте замка? Что бы это значило, господа?

— Врут. Их купили или держат за глотку, — пробурчал лорд Фиш.

Лорд Камбр согласно кивнул.

Оба старика, официально отойдя от дел, сочли, что прежнее соперничество уже не столь увлекательно. Теперь поют хором. Смотреть противно.

— С нетерпением жду ваших предложений, — сказал король.

— Об этой пятерке осведомителей придется забыть, — лорд Фиш с сочувствием покосился на Маэла. — Продолжать им платить, просматривать донесения, и складывать в дальнюю папку.

— Чудесно. Они у нас все платные, Маэл?

— Четверо из пяти.

— Еще лучше. Помнится, совсем недавно люди работали из преданности к Короне.

— Мой король, я не могу ни испугать, ни поймать на горячем. Ниточек в Кэкстон практически не осталось, — признал Маэл. — За последние месяцы туда было послано четверо. Ни один до города не добрался. Или добрался, но не прислал ни строчки.

— Мы уже поняли. Значит, все-таки заговор? Кто именно? Этот дубовый Эйди — понятно. Он всегда в гуще. Господа, мы гоняемся за стариком почти десять лет. Полагаете, стоит отметить юбилей?

— Он осторожен, — проворчал лорд Фиш. — К тому же, шесть лет из десяти мы о нем ничего не слышали.

— И сейчас не услышали бы, если бы не наш Одноглазый лорд. Ква, что нам грозит?

Одноглазый, (он же Ква, Квазимодо, Полумордый) сейчас не выглядел одноглазым. Фарфоровый глаз, занявший место в пустой глазнице, смотрел весьма жизнерадостно. Да и сам шпион, в добротном купеческом наряде и мягких сапогах, производил самое достойное впечатление. Хоть на пост Главы Торговой гильдии назначай. Нет, для этого все-таки чересчур молод. Торговцы не поймут.

— Мой король, там нехорошо. Совсем нехорошо. Они самоуверенны. Тот хорек из Совета Закона держался так, будто «крестовые» в городе полные хозяева. Не в старом дристуне Эйди дело, есть за ними еще сила…

Тон у Квазимодо спокойный, но слов не выбирает. Не сглаживает. Возможно, это после добровольного заключения и долгой дороги. Но скорее чувствует, пройдоха, опасность. Не обстановка в Кэкстоне его беспокоит, и вряд ли спокойствие столицы. По сути, и на королевство одноглазому наплевать. О своих заботится. Впрочем, когда-то одноглазому хватило наглости прямо о своих приоритетах заявить. Честный жулик и вор. Полезный. И, чтоб ему его родственнички-стурвормы в нахальный глаз плюнули, симпатичный ворюга. Если он обеспокоен за своих, значит что-то вот-вот случится.

— …паломники гуляют чуть ли отформированными десятками и полусотнями, — продолжал перечислять одноглазый шпион. — Храм достраивают — крепенький такой замок, хотя и глупой конфигурации. И у них есть еще что-то. Главное. Возможно, магическое. Или магическое и техническое одновременно. Подбирают народ профессиональный. Со мной парнишка сидел. Углежог. Для чего-то его загребли, хотя сопляк сопляком. С купцами болтал — на пряности и на хорошую сталь цены вдвое взлетели. На кузнечные заказы расценки растут. Трое недурных мастеров по железу из города исчезло. С одним лоханулись — шумновато человек пропал. Списали на дарков зловредных. Был чудной колдун, снадобьями лихими и редкими промышлял. Два раза ему ребра ломали — чуть квартал не сжег. Тоже внезапно к родственникам уехал. Сюда, кстати, в Тинтадж.

— Не появлялся, — пробормотал лорд Маэл. — Проверили.

— Значит, сталь, уголь и колдуны, — сказал король и взглянул на стариков. — Кажется, это называется химией и нам слегка знакомо. Так, мои всезнающие друзья?

— Не обязательно, — лорд Камбр почесал бороду. — Пряности тут к делу не пристроишь. Возможно, просто совпадение.

Квазимодо смотрел на главу секретной службы. Незрячим глазом и очень внимательно. Морда непроницаемая, лишь сеть шрамов чуть покраснела. Эти двое уже все обсудили и сделали выводы. Вернее, все четверо уже говорили о заговоре. Теперь ждут, когда тупица-король догадается.

Король хмыкнул:

— Слушай, Полумордый, ты ведь про ту маленькую стычку на мосту откуда-то знаешь?

— Не уверен, что понимаю, о чем говорит мой король. Про стычку я не знаю. Но если король намекает на некое оружие…

— Король намекает. Вижу, твоя Леди иной раз не прочь вспомнить прошлое?

— У Леди полно забот. Не помню, чтобы она упоминала о каких-либо случаях на мосту.

Король разозлился:

— А кто, скажи на милость, если не Катрин, разболтал? Лорд Фиш? Наш гений слежки Маэл? Или некая молчаливая желтоглазая красавица?

— Мой король, никто мне не болтал, — жалобно сказал Квазимодо. — Клянусь! Я сам догадался. Вернее, знаю о тайном оружии оттуда же, откуда и Леди. Только она мне не говорила. В дальних землях это оружие не такое уж тайное.

Король поморщился:

— Ква, стоит ли вилять? Твоя Леди должна признать, что я держу слово и не вмешиваюсь в дела Медвежьей долины.

— Вне всяких сомнений, мой король, — одноглазый мигом соскользнул с кресла, приклонил колено и склонил недавно постриженную голову.

— Да сядь ты. Не время для болтовни. Как будто я не понимаю, что у вас там имеется лишь одна хозяйка. Впрочем, понимаю — приятнее подчиняться крепкой руке и изумрудным глазам, чем такому мягкосердечному растяпе как я.

— Ваше величество! — хором взмолились одноглазый хитрец и лорд Маэл.

— Ладно-ладно, — король усмехнулся. — Садитесь. С Кэкстоном придется разбираться нам с вами. Рассмотрим самый очевидный вариант. Собираем восемь-десять сотен и выступаем. До того как ляжет снег, мы вполне успеем наведаться в Кэкстон. Что мы получим? Продемонстрируем силу короны. Паломники разбегутся, старая крыса Эйди наверняка улизнет в какую-то щель.

— А мы будем тащиться от деревни к деревне, от городка к городку, морозить задницы и пытаться вычистить «крестовых», — без энтузиазма продолжил лорд Фиш. — Утомительно. Долго. И, скорее всего, безрезультатно. Эту проклятые штуковины, которые там, очевидно, пытаются возродить, мы вряд ли отыщем. Разве что начать пытать всех подряд.

— Нет, мой добрый друг. В подобных слабостях необходимо себя ограничивать. Кстати, сколько паломников уходит в месяц из столицы?

— Три, четыре десятка, — с готовностью ответил лорд Маэл. — Примерно столько же и возвращается. Естественно, мы считали только мужчин.