Украинский дневник - Илья Барабанов

29 августа 2014

Между Мариуполем и Безымянным, в очередной раз пытаясь проехать в Новоазовск, встретили сегодня украинского пограничника.

— Трех «двухсотых» вчера вывез. Обещал земляку, что верну его домой живым. Не выполнил обещание.

Он предложил отойти, хотелось выговориться: «Покурим, поговорим, в себя приду».

— Границу мы чем могли удержать? Вот этим пистолетом против танков? Мы же всегда вместе воевали, я сам в Белоруссии родился, а бабка в России, как так могло случиться, что воюем друг с другом. Хотя после Крыма было понятно, что этим дело не кончится. Здесь и продолжилось. Несколько дней назад товарища ранили, мы его в больницу Новоазовска — боялись до Мариуполя не довезти. А утром больницу обстреляли. Вот вы тут стоите 10 минут, но из проезжающих машин уже наверняка кто-то отзвонился и сообщил, куда надо, где мы вместе находимся и передал наши координаты. Я с самого начала боев был на границе. Уже 4 месяца скоро, за это время четырех однокашников похоронил. Мне 30, а психика уже вся перевернута, понимаете? Мне же девушку еще любимую надо встретить, детей надо родить, а кого я найду с такими мозгами, как теперь? И вообще найду ли?

Мы сказали, что хотим попытаться проехать дальше и попасть в Новоазовск. Он махнул рукой: «Едьте, куда хотите, буду удивлен, если обратно приедете». Минут через 15 танки на въезде в Новоазовск нас развернули: «Приказ не пускать». На обратном пути пограничника мы уже не встретили, куда-то переехал.

Возвращались в Мариуполь, я пытался уснуть, но не отпускала мысль: как же я ненавижу эту войну.

1 сентября 2014

Вчера в Новоазовске хоронили местного ополченца. Николай. 39 лет. Погиб возле деревни Щербаки в 3 км от границы с Россией 26 августа, когда начиналось наступление на Новоазовск. В какой-то момент я пошел бродить по кладбищу и на соседней аллее наткнулся на другое свежее захоронение — пограничник Олег Семеновский 2 июля попал под минометный обстрел на КПП «Новоазовск», 3 июля умер от полученных ранений в больнице Новоазовска.

Все по понятным причинам ищут танки с российскими флагами, но эта война еще и гражданская, что самое страшное. Соседи стреляют в соседей, братья в братьев, а покой они в итоге находят на одном кладбище.

Прощание проходило во дворе одноэтажного частного дома, у ворот собралось человек 40 родственников и соседей. Потом процессия, останавливаясь по традиции на каждом перекрестке, двинулась в сторону кладбища. Когда гроб в могилу еще не был опущен, на кладбище приехали двое ополченцев и сделали три очереди в воздух.

В Щербаке, маленькой деревне в трех километрах от российско-украинской границы, о недавних боях вчера уже почти ничего не напоминало.

— Тихо только последние две ночи, а до того постоянная стрельба была, — жалуются фермеры. — Солярки нет, хозяйство стоит, денег выплатить зарплату сотрудникам за прошлый месяц нет, заплатить налоги не можем да и не очень понимаем, кому их сейчас платить.

Из района, где находится эта деревня, в середине прошлой недели начиналось наступление на Новоазовск.

— Брало город наше подразделение, которое формировалось в Горловке, у командира позывной — «Сват», — утверждает начальник штаба Свата, отзывающийся на позывной «Гюрза». — Наступление сюда мы начали из Краснодона.

По словам Гюрзы, он украинский офицер, 5 лет прослужил во французском иностранном легионе. На вопрос, была ли военная помощь со стороны России во время наступления, Гюрза отвечает так:

— Пойдите и посмотрите наши танки. Вот этот — Т-72Б, таких старых танков в российской армии давно нет. Когда хоть один солдат НАТО зайдет на Украину, тогда Россия нам официально поможет, а пока мы воюем с частными военными компаниями.

О перспективах возможного продолжения наступления на Мариуполь начштаба говорит уклончиво:

— Мы ждем, пока украинская армия окончательно разложится, свяжет командиров, развернется и пойдет на Киев.

Из припаркованного тут же пикапа защитного цвета с надписью «На Львов!» он достает холостые патроны, форму, дымовые шашки, зарядки к средствам радиосвязи. Объясняет, что после занятия города его бойцы, мол, нашли брошенную базу то ли «Правого сектора», то ли одного из добровольческих батальонов.

Пока мы разговариваем, к блокпосту на перекрестке у выезда из города в сторону границы приезжает жена Гюрзы Олеся. Он сначала долго ее обнимает, потом извиняется, что не может продолжить беседу.

Накануне лидер самопровозглашенной Донецкой народной республики Александр Захарченко также заявил, что в ближайшие дни штурм Мариуполя не планируется. Сообщения о том, что силам ДНР удалось выйти к поселку Ялта, перерезав трассу от Мариуполя на Запорожье, также не подтвердились.

Однако вчера во второй половине дня в море неподалеку от Мариуполя был обстрелян катер с украинскими пограничниками. На трассе же на Новоазовск появился новый мобильный блокпост украинского батальона «Азов», вдоль дороги активно жгли «зеленку», а непосредственно на въезде в Мариуполь добровольцы продолжали копать окопы и расставлять противотанковые ежи.

— Если раньше защитой города занимались армия, добровольческие батальоны и общественные организации, то после появления реальной угрозы штурма в работу включились и местные власти, которые выделяют технику на рытье окопов, — рассказывает координатор объединения добровольцев «Новый Мариуполь» Мирослава Даниленко. — Мы понимаем, что против «Градов» рвы не помогут, но в них можно укрыться во время обстрела и, быть может, они на какое-то время сдержат танки.

2 сентября 2014

Выезжали из Комсомольского, проезжавший навстречу велосипедист остановил: «Эй, там же стреляют».

Бой был у моста на Васильевку. Заехали в какой-то дворик переждать, в магазине плакала продавщица: «Откуда вы знаете, что обойдется?» Пока ждали, что достреляют, настучал тут же отчет за сутки. Потом стало ясно, что стреляют все ближе, прекращать не собираются, дорога закрыта, а темнеет. Пока какими-то полями делали крюк, чтобы объехать бой и хоть к сдаче номера добраться до дома, отдиктовался.

Неподалеку от Комсомольского между селами Новозарьевка, Войково и Колоски в поле у перелеска осталась разбитая колонна украинской техники. Ее разбомбили около недели назад. Танк, семь БТР, несколько грузовиков. Сельские жители активно раскручивают технику на части.

— После обстрела осталось целых два танка, их сразу забрали дээнэровцы, — рассказывают они. — Вчера снова приезжали и открутили уже пушку от БТР.

Большую часть документов с места недавнего боя вывезли. Оставшиеся гранаты и патроны местные собирают в отдельные ящики, но тут и там лежат личные вещи бойцов: части формы, книги. Возле одного из БТР я увидел Новый Завет, открытый на Первом послании к Коринфянам. У посадки в стороне от разбитой колонны лежат пять обгоревших трупов, за посадкой еще один. Местные жители утверждают, что всего в результате обстрела колонны могло погибнуть около десяти военнослужащих. Возможно, намного больше. Таких разбитых колонн по окрестным полям несколько. Украинские медики не успевают вывозить из котлов всех раненых и убитых. Когда мы выезжали из Комсомольского, на перекрестке в поле нас остановила одна из таких машин с врачами:

— Колесо пробило, помогите проехать до основной колонны, — попросил врач (по его словам, только за один вчерашний день он вывез на своей машине 127 раненых и 17 убитых). — Потери в технике тоже большие, по некоторым данным, из оцепления пыталось выйти до 500 единиц. А вышел лишь один танк и один БРДМ.

Колонна, ожидавшая, когда им позволят вывезти раненых, нашлась в паре километров от Старобешево.

— С обеда стоим, уже часа четыре, — сказал водитель.

Забрав раненых, они собирались двигаться на Мариуполь. Сколько могло продлиться ожидание, им сказать никто не мог, тем более что ближе к семи вечера на мосту между Раздольным и Васильевсой, через который проходит путь на Мариуполь, вновь завязалась ожесточенная перестрелка.

3 сентября 2014

Со здания райсовета в Тельманово, где еще три дня назад заседали депутаты, принимая решение о переносе начала учебного года на две недели, вчера украинский флаг уже был снят.

— В понедельник рано утром зашли дээнэровцы, сегодня установили на въездах блокпосты, — рассказал охранник, дежуривший в здании.

— Что с местной властью?

— Распустили власть.

— А где председатель райсовета?

— И его распустили.

Сам председатель Виталий Ходаев уверил, впрочем, что пока он лишь в отпуске, а переговоры о том, как дальше будут работать местные органы власти, должны состояться уже в среду. Пока же городом руководит человек с позывным «Маэстро».

В 40 км севернее Тельманово на въезде в райцентр Старобешево мы сначала долго ждем местного руководителя, его позывной «Матвей». Поселок его подчиненные заняли 24 августа. На груди Матвея медаль «За боевые заслуги», полученная им от руководства ДНР за оборону Степановки. Он рассказывает, как в последних числах августа через Старобешево пытались прорываться колонны украинских военных, выходивших из котла возле Иловайска.