Чужая - Инна Байр

Глава 26

Они уже приехали. Мрачный отец, заплаканная мама. Я жадно всматривалась в родные лица. Как же я по ним скучала! Так хотелось броситься в сильные объятья папы, прижаться к теплому и мягкому боку мамы, я даже сделала пару шагов навстречу, но меня остановил гневный взгляд отца. Все порывы как отрезало. Нервно поправила платок, папа скривился, достал сигарету и вышел. А маме было не до меня, она кивнула и пошла в комнату, где лежала бабушка.

А я завернула в кухню, где расплакалась от осознания: сегодня умерла не только бабушка, но и надежда, что когда-нибудь родители примут мой выбор. Проплакалась. Подышала. Нужно успокоиться и помочь тете, да и для ребенка вредны такие волнения, заныл низ живота. Бабушка ушла. Ее не вернуть. Ни страданиями, ни слезами.

Тетя попросила убрать в кухне. Я обрадовалась и взялась за дело. Вникать в похоронные тонкости не желала, как и смотреть на тело бабушки. Хотела запомнить ее живой. Да и не хотелось сталкиваться лишний раз с кем-то из родни, тешить их неуемное любопытство. Достала посуду, подозревая, что она скоро пригодится, начала перемывать. Хлопнула дверь. Обернулась и испуганно замерла. На пороге стоял папа.

– Привет. – робко улыбнулась.

– Зачем явилась? – вместо приветствия спросил отец.

Я растерялась, но потом тряхнула головой, пожала плечами и вернулась к мытью посуды.

– Тетя позвала, и слава Богу, успела проститься с бабушкой.

– Я тебе запретил! – возразил отец.

Но я устала бояться и оправдываться, поэтому ответила:

– Я не к вам приехала, а к бабушке.

Отец задохнулся от такой наглости, раньше я его не перебивала. Лицо покраснело, и я испугалась, что ему станет плохо и почувствовала укол вины. Но терзания прервал вскрик:

– Да как ты смеешь?

Отец ринулся ко мне и схватил за шарф, пытаясь его стянуть:

– Посмотри на себя! На вот это променяла? Нас! Веру!

А меня переклинило и такая злость разобрала, что хватило сил выдрать шарф из рук и отца и ответить:

– Да какую такую веру? Коммунизм? Его я предала?

Отец опешил. Он явно не ожидал такого поворота. А меня прорвало:

– Во что ты еще верил, отец? В деньги? В самого себя? Когда о Боге вспоминал? Вера, предки… Не смеши. Предатель не я. А ты. И мать. Вы отказались от своего ребенка. Вы. Вы! Не прощу вас! Никогда не прощу!

Отец скривился и дрожащей рукой указал на дверь:

– Пошла вон.

– Хорошо. – тем же тоном ответила я и действительно вышла. Нашла тетю, объяснила ситуацию, извинилась. Тетя понимающе обняла в ответ.

Собралась и ушла. Не прощаясь. Единственная для кого я была здесь действительно важна, умерла. А к остальным я решила относиться ровно также как они относятся ко мне. Вызвала в такси. В машине у меня сильно разболелся низ живота. Испугалась, от мысли о потере ребенка перед глазами пошли черные круги, на лбу выступил холодный пот. Попросила водителя сменить маршрут, отвезти меня не на автовокзал, а в женскую консультацию.

В регистратуре приняли без проблем, смущали только косые взгляды и странный вопрос:

– У вас онкология?

– Нет! – удивилась я. – С чего вы взяли?

Девушка ответила, указывая на шарфик:

– У нас после химии так ходят.

Мысленно закатила глаза. Меня называли цыганкой, пару раз спрашивали не заразная ли, а такого еще не слышала. Но развивать тему не стала, пожала плечами и ответила:

– Мне просто нравится так одеваться.

С этими словами забрала документы и отправилась на прием.

Доктор сказала, что у меня повышенный тонус. Прописала лекарства и запретила нервничать. Я хмыкнула. Действительно. Осталось дело за малым. Просто научиться не реагировать, когда жизнь будет стучать по макушке кувалдой.

– Относитесь ко всему проще. – посоветовала врач, словно прочитав мои мысли. Я улыбнулась в ответ и решила, что буду стараться жить именно так. Вышла. Зашла в аптеку, купила необходимое, вызвала такси, отправилась на автовокзал. Там узнала, что сегодня больше нет автобусов и маршруток в нужном направлении. Села на скамью, продышалась. Вспомнила об обещании не нервничать. Денег на гостиницу у меня не осталось, домой ехать? Лучше переночую на вокзале. Достала телефон. Набрала мужа, готовясь услышать «абонент временно недоступен», но, к счастью, раздались длинные гудки и вскоре Амир ответил:

– Да?

– Ой, Аллах! Наконец-то! – обрадовалась я. – Где пропадал? Не дозвониться!

– Да так. Занят был. Как дела?

– Плохо…

– Что так? – насторожился супруг.

– Бабушка умерла. – я всхлипнула.

– Оу…Все мы от Аллаха и к Нему наше возвращение… – протянул муж. – Как у вас говорят? Соболезную?

– Да. – подтвердила я. – Спасибо.

Мы замолчали. Сказать бы о беременности, но слова не шли. Муж прокашлялся, поинтересовался:

– Помощь нужна?

– Дома? Нет. Не думаю, что тебе обрадуются. Мне нужна. Я с папой поругалась. Сейчас на вокзале, автобусов нет. Забери меня, пожалуйста.

– Блин, Ия. Сегодня вообще не могу! Родственников нет, подруг? – Амир явно нервничал. А я разозлилась. Не так часто я просила его о помощи, чтобы спокойно принять отказ.

– Нет. Не к кому идти. И на гостиницу денег нет! Что мне делать, Амир? Скажи. Посоветуй! И чем ты таким важным занят?

– Я сказал – не могу! Бери такси.

– Представляешь, сколько это будет стоить?

– Неважно. Будешь подъезжать – позвони. Рашке скажу, встретит, оплатит.

– А ты где?

– Дела у меня. – прервал муж и сбросил звонок, а я побрела к стоянке такси. По дороге разглядывала станицу. Такие родные места и бесконечно пустые без моей бабули…

– Прости и прощай. – прошептала я небу и завернула за угол, вытереть слезы. Наняла такси. Водителем оказался кругленький добродушный мужичок. Он бы с удовольствием поболтал, но мне разговаривать не хотелось. Душу разрывало от грусти, потери. Я сидела на заднем сиденье и тихо плакала, отгородившись от мира дешевой газетой. А потом в голове всплыли слова бабушки:

– Все пройдет, и это тоже.

И так ясно я это услышала, что вздрогнула и вышла из оцепенения.

– Прощай, бабулечка! – снова прошептала я, добавив: – Никогда тебя не забуду!

Глава 27

Время в поездке провела, вспоминая детство, еще думала о будущем, представляла, как возьму на руки ребенка, потом задремала и очнулась, когда машина остановилась.

– Куда дальше? – поинтересовался водитель.

Я объяснила дорогу, сама набрала Амира. Тот ответил с третьего раза и сказал, что Рашид уже у квартиры. Когда подъехали, друг мужа ждал у подъезда. Он расплатился с водителем, предложил помощь с сумкой, но я поблагодарила и отказалась, багаж легкий, напрягать парня было неловко, да и оставаться с ним наедине – тоже.

Тот облегченно кивнул и попрощался. Поднялась в квартиру. Тихо, спокойно, одиноко. Приняла душ, теплая вода смыла переживания, успокоила. Живот, который последнее время был словно мячик, наконец-то стал мягким.