Между делами - Вэнди Джинджелл

— Это правда. Зачем я это делаю? Ты этого не ценишь. Son.

— Чегось? — непонимающе переспросила я, хотя он протягивал мне руку, и я была абсолютно уверена, что он только что сказал «руку». У него не было никаких причин просить взять меня за руку, кроме…

— Я не могу защитить тебя так, как это сделал бы Хайион, — сказал он, не сводя глаз с толпы, которая продолжала бушевать в торговом центре вокруг нас. — Так что я сделаю это по-своему. Son.

— Уверена, Зеро бы этого не одобрил, — проворчала я, но протянула ему руку, и он переплёл свои пальцы с моими, сжимая крепче, чем можно было предположить по его непринужденной позе. — Он пытался сделать вид, что вам всем на меня наплевать. Если хочешь заставить его отца думать, что я твоя маленькая кровавая игрушка, что помешает ему напасть на тебя?

Джин Ён едва слышно щёлкнул зубами, издав тихий, дико радостный звук.

— Вампирская слюна очччччень полезна для тебя, — сказал он. — Для фейри она очень вредна. Им не понравится, если я их укушу, и они не смогут заставить меня делать то, чего я не хочу.

— Вот уж блин, — сказала я с глубочайшим уважением. Я уже знала, насколько опасна кровь вампира для фейри, но всё равно это была рискованная игра. — А что, если он позовёт каких-нибудь головорезов, в жилах которых не течет кровь фейри?

— Тогда нам обоим придётся сражаться, — сказал Джин Ён. — Noh. Тебе придется сражаться очень упорно.

— Никогда не встречала чувака, в устах которого слово «тебе» звучало бы как оскорбление, — пробормотала я себе под нос, но спорить с ним было некогда.

Отец Зеро был всего в двадцати футах от нас, и он начал приближаться к нам, но вместо этого его охрана разделилась и обошла его с фланга. Вы знаете ту песню, в которой говорится о холодных порывах ветра, овевающих поляну, где бы ни гуляла Шейла? Что ж, когда отец Зеро заходит в какое-нибудь заведение, происходит вот что: повсюду прорастает трава, цветы и всё такое — его личный ковёр, чтобы показать, насколько он крут. Мне становится интересно, что происходит, когда Король За разгуливает поблизости. Кто знает, может быть, Король слишком важная персона, чтобы ходить самому. Может быть, он парит на облаке собственной крутизны.

Я сглотнула и заставила себя поднять телефон и набрать очень короткое сообщение. «Отмена. Большое зло рядом. Не приближайтесь». Мне пришлось дважды нажать «Отправить», потому что мои пальцы были холодными, и с первого раза я не почувствовала прикосновения, но я положила телефон в задний карман как можно небрежнее. Хотелось надеяться, что отец Зеро был таким же невежественным, как и большинство отсталых, когда дело касалось человеческих изобретений; я не хотела, чтобы ко мне появились вопросы о том, с кем я переписывалась.

Почему он был здесь? Почему? Золотой фейри был мёртв: он ведь не знал, что я эрлинг, верно? Но если нет, то что, блин, от здесь забыл?

— Мне кажется странным, — сказал отец Зеро, останавливаясь в паре метров от него, — что питомцу позволено так свободно разгуливать.

Он мог бы остановиться, но ковёр из цветов и травы этого не сделал, пузырясь у нас под ногами и захлёстывая ближайшую скульптуру красного вомбата (вомбат — сумчатое млекопитающее — прим. пер.), на которую так любили забираться дети. Он покрывал бархатом и белые стойки, которые поддерживали волнистое оргстекло наверху, окрашивая их в зелёный цвет. Несколько человек ахнули и зааплодировали, а ещё несколько собрались вокруг.

— Что я делаю и куда иду с petteu — моё дело, — промурлыкал Джин Ён.

Глаза фейри встретились с моими, и ледяная голубизна, поразившая их.

— Что твой хозяин думает об этом, человечек? — спросил он, и я уже чувствовала, как маленький червячок сомнения, который он запустил, извивается у меня в голове.

Только на этот раз, вместо того чтобы искать случайную правду, оно заговорило со мной.

«Маленький питомец», — говорило оно. «Почему ты такой важный? Ты так мало думаешь, но я приглядывал за тобой, и это было… увлекательно».

Воспоминание о разорванном горле золотого фейри едва не всплыло у меня в голове, прежде чем я смогла его остановить, поэтому я поспешно выдала следующую мысль, которая должна была последовать за этим: «Так это ты поставил ловушку в кафе с Маразулом!».

Я уже знала об этом, и это была правда, которую он признал. Насмешливый смех, который я услышала, был слишком громким для червяка. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это был громкий смех фейри в реальном мире, и это осознание дало мне ощущение, что, возможно, я смогу вырваться на свободу, если очень постараюсь, потому что на какое-то время я забыла о реальном мире.

«Здесь так мало всего», — повторил червяк, как будто знал о том, что я только что поняла. Вероятно, так оно и было, и это означало неприятности. «Только мёртвые родители и вампир. Может, мне взять тебя с собой и посмотреть, как я могу тебя использовать?».

«От меня», подумала я, «толку немного. Просто человек, занимающийся человеческими делами».

«Ты отказываешь мне?».

Я не смогла удержаться от возмущённой первой мысли, которая пришла мне в голову. «Блин, нифига не понимаю, о чём вы спрашиваете!».

Как-то непохоже на кого-то, кто связан с Зеро! Ничего тебе не сказать, а потом быть резким, потому что ты ничего не знаешь. Маленький червячок начал грызть меня при мысли о родителях, превращая трепещущее незнакомое воспоминание в ужасно новую жизнь, но что-то тёплое схватило меня за подбородок и отвернуло моё лицо, прервав зрительный контакт.

Я вздрогнула от облегчения, избавившись от видений сверкающей крови, и вместо этого посмотрела в узкие влажные глаза, когда голос Джин Ёна ласково произнёс:

— Не слушай его визгливый голосок, моя Petteu. Слушай только меня.

— Только тебя, — сказала я, не сводя с него глаз. Червь исчез, как будто его никогда и не было, и я подумала, что, возможно, его кратковременное присутствие сделало меня более восприимчивой, чем обычно, потому что отвести взгляд от Джин Ёна казалось невозможным. Я не хотела этого, потому что в тот момент я чувствовала себя в безопасности, но всё ещё холодела от страха перед тем маленьким червячком, который разговаривал и ел. От страха перед тёмным, незнакомым воспоминанием, которое всплыло в памяти на мгновение. Что это было за воспоминание? Как оно возникло в моей голове? Почему я не могла точно вспомнить, что это было, теперь, когда мой