Между делами - Вэнди Джинджелл

— В то время я был очень эмоционален, — сказал он как ни в чём не бывало. — Я верил, что ты знаешь, как поступить правильно. Mullonhaji, с некоторых пор я доверяю тебе, но не в том, что касается моих галстуков.

— Может быть, если бы ты поменьше пялился на меня и жаловался, что я провожу время с Зеро, я бы это поняла, — холодно сказала я, игнорируя замечание о его галстуках. Это был просто здравый смысл. — Не сказать, что ты не набрасывался на него всякий раз, когда чувствовал раздражение от жизни в целом, так что с твоей стороны немного глупо возражать против того, чтобы я проводила с ним время, но неважно.

— Да, — упрямо сказал он, — но это моё право.

— Ты подумал, что я ущемляю твоего большого брата, — сказала я. Я и раньше сомневалась в этом, но теперь была уверена. — Ты хочешь иметь возможность драться с ним, когда захочешь, без того, чтобы кто-то другой отвлекал его.

Взгляд Джин Ён метнулся ко мне, и в нём промелькнул намёк на бурю.

— Он мне не брат. Всё совершенно не так.

— Ничего себе! — сказала я. — Прости, что спросила. Дай мне знать, что бы это ни было, когда узнаешь, лады?

Он улыбнулся мне так неожиданно, что я вздрогнула, а затем снова стал до смешного развязным, как раз вовремя, чтобы неторопливо пройти по проходу и сойти с таким видом, который можно было бы назвать весёлым.

— Блин, — сказала я, выскакивая из автобуса, чтобы догнать его. — Эй! Вернись сюда! Они всё ещё думают, что ты мой парень, не так ли?

— Я буду чай с шариками, — сказал Джин Ён, глядя на Торговый Центр Элизабет. — Мы будем пить чай с шариками. Все будут пить чай с шариками.

Он определённо был под кайфом и чему-то радовался. Хотелось бы мне только знать, чему.

— Мы можем потом выпить чай с шариками, — предложила я ему.

— Если я твой парень, мы будем пить чай с шариками.

— Ты сегодня какой-то странный, ты в курсе? — сказала я, оттаскивая его за рукав от двух магазинов чая с шариками на противоположных концах торгового центра. Он позволил увести себя в глубь торгового центра, но убедился, что мне приходится тянуть его за руку, чтобы сдвинуть с места. Мы должны были встретиться с Эбигейл в дальнем конце торгового центра, неподалёку от того места, где всегда собирались уличные музыканты, и, хотя я была рада, что у них было время осмотреть это место и почувствовать себя комфортно, мне совсем не хотелось опаздывать.

Мы сами остановились, не дойдя до места. Может быть, Джин Ён сопротивлялся чуть сильнее, а может, это просто я стала осторожнее; какова бы ни была причина, мы остановились прямо перед цветочной тележкой, между суши-баром и обувным магазином. Никаких признаков Эбигейл или кого-либо из ребят, которых я знала в лицо, и не похоже, чтобы кто-то ещё вёл себя особенно подозрительно, но этим утром в торговом центре было что-то не совсем правильное.

Всё было точно так, как обычно, но не было ли чего-то лишнего? Или просто пространство казалось каким-то растянутым: расстояние между нами и тележкой с цветами было намного больше, чем должно быть?

Или, может быть, дело было в том, что открытая дверь справа от нас излучала что-то, что определённо не было аллеей и суши-магазином, которые должны были быть видны сквозь неё?

— Вот же блин, — тихо сказала я, легонько дёргая его за рукав. — Джин Ён.

Он уже напрягся, его глаза наполнились опасностью, и он не сводил глаз с трепещущего движения в прямоугольном пространстве. Сначала по всем сторонам прямоугольника, а затем и по всему периметру объекта и мощёному полу торгового центра выросли цветы. Трава пробивалась между кирпичами и густела вокруг неподвижных лавок и столбов, которые поддерживали колышущийся декоративный козырёк от дождя над нами, и когда она образовала дорожку прямо от дверного проёма к нам, передовой отряд закованных в броню фейри прошёл через этот объект.

Их хозяин появился позади них, возвышаясь над ними на голову, его кожа была бледной и сияла, как луна, и я сразу поняла, кто это. Наконец-то отец Зеро снова пришёл проведать нас. Вот же блин. Что он знал?

— Ему разрешено делать это на публике? — пробормотала я, оглядывая торговый центр. Люди тоже пялились на нас; не знаю, видели ли они то же, что и мы, но они определённо смотрели на объект, который расцвёл цветами.

— В торговом центре Шекспир! — сказал кто-то. — Я не знал, что это сегодня показывают! Как, по-вашему, что они делают с цветами?

Я полагала, что в этом что-то есть. Отец Зеро действительно выглядел как персонаж Шекспира, если говорить об Обероне: белые волосы развевались вокруг него на ветру с каким-то ароматом, который почти перебивал даже одеколон Джин Ёна. Тонкие, как паутина, брюки облегали львиную талию и ноги, а синева его глаз была почти ослепительной.

«Не смотри в эти глаза», — напомнила я себе.

В смысле, по крайней мере, если бы в торговом центре произошло насилие, люди вокруг подумали бы, что всё это было частью действия. Однако это не спасло бы нас от смерти — и случайных прохожих тоже, — так что лучшее, на что мы могли надеяться, — на маскировку.

— Ah, jjajeungna! — раздражённо сказал Джин Ён. Если бы я была с Атиласом, то он вздохнул бы: «Как это раздражает!»

— Если ты собираешься сказать мне, чтобы я шагнула к тебе за спину, то у меня для тебя плохие новости, — сказала я ему. Я чувствовала на себе холодный взгляд фейри, устремлённый на меня через тротуар, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не встретиться с ним взглядом. Первый шаг, который он сделал и который привёл его в торговый центр, заставил меня похолодеть до самых костей.

— Kuroliga obseo, — пробормотал Джин Ён. — Он просто подкинул бы тебе идею ударить меня в спину. На мне мой лучший костюм.

— Тебе действительно нужно перестать надевать свои лучшие костюмы, когда идёшь со мной куда-нибудь, — сказала я, но глубоко внутри меня всё дрожало, потому что я уже знала, как хорошо отец Зеро умеет проникать в мои мысли, и даже если он не может заставить меня что-то делать, он определённо может пошарить внутри и вытащить ответы из своей головы. Он также мог начать задуматься, почему он не может контролировать меня, и это, вероятно, было так же опасно,