Мужчина на заказ - Милли Крисуэлл

— Но вышли замуж за совершенно незнакомого человека! Я не понимаю! Мы по крайней мере знаем друг друга, и у нас много общего.

Кассандра затруднилась представить себе, что именно было у них общего, но не стала уточнять.

— Пожалуйста, постарайтесь понять. Я не хотела причинять вам боль. Простите, что так получилось. Наш брак не был бы браком по любви, равно как и мой брак с мистером Стилом. Но мистера Стила я выбрала сама. Не папа.

Гарри отчаянно пытался не выйти из себя, он прикусил губу так, что выступила кровь. Кассандра разрушила его честолюбивые надежды достичь богатства и положения. Он потратил не один год на то, чтобы выбраться из угольных шахт в Пенсильвании, не разгибая спины корпел над перепиской бумаг, угодничал и кланялся, пока не добился места в банке Темплтона.

Он делал все, что требовал хозяин: работал сверхурочно, очаровывал богатых девушек, уговаривая их положить деньги в банк Темплтона, и в конце концов настолько вошел в доверие к старику, что тот вознамерился выдать за него дочь. И вот Кассандра все разрушила.

Ему хотелось наброситься на маленькую стерву, сказать ей все, что он думает о ее упрямстве и своеволии. Но здравый смысл взял верх, и он лишь кивнул в знак понимания.

Придет день, когда он отомстит Темплтонам. Пусть этот день не сегодня. Но он придет.

Громкие проклятия заставили Браунли остановиться возле спальни Кассандры. Приложив ухо к двери, дворецкий отчетливо расслышал:

— Черт тебя дери! Сукин сын!

Браунли с отвращением покачал головой. Очевидно, молодой муж мисс Кассандры — ковбой — был чем-то крайне недоволен. Может, следует предложить свои услуги, подумал он, но затем решил не помогать грубияну. Он уже собрался было пройти мимо, но внезапно что-то с силой ударилось в дверь так, что он подскочил. За ударом послышалось громкое «Черт!»

Решившись войти, прежде чем будет разнесена вдребезги вся комната, Браунли осторожно постучал и, минутку подождав, вошел и увидел джентльмена (понимая это слово в широком смысле), безнадежно запутавшегося в том, что, очевидно, было его галстуком.

— Могу я предложить помощь?

Джейк кивнул, не выпуская из пальцев матерчатой ленты, словно боясь, что она его удавит.

— Да, черт бы его драл! Поворачивайся живей, доходяга, распутай эту штуку. Дьявольская тряпка — чуть меня не придушила.

Браунли знал, что должен обидеться на грубость, но очень уж забавный вид был у бедняги, чье лицо принимало различные оттенки красного и лилового.

— Сию секунду, сэр. — Он поспешил на помощь и взялся за галстук, который был безнадежно запутан и чудовищно измят. — Кажется, вы не совсем справились с ним, сэр. — Пальцы Браунли проворно распутывали узлы.

Джейк терпеливо стоял, кляня себя за то, что поддался на уговоры Кассандры. Приличия, гори они огнем!

— Это Кассандра виновата. Я не собирался выряжаться, как все эти пижоны. Слыханное ли дело, так расфуфыриться, чтобы просто поесть. Мне и в моих джинсах было неплохо.

Браунли был обескуражен.

— Костюм вам очень идет, сэр. Но я позволил бы себе заметить, что необходимо попрактиковаться в завязывании галстука.

Джейк презрительно скривился.

— Не собираюсь носить эту чертову тряпку. Я в ней точно койот, застрявший в заячьей норе. — Он подергал жестко накрахмаленный воротник.

Лакей невольно улыбнулся.

— Осмелюсь предложить свои услуги. Раньше я был джентльменом при джентльмене.

— Кем?

— Камердинером, сэр. Я помогал своему бывшему хозяину с туалетом и тому подобным. Но когда я приехал из Англии, у мистера Темплтона уже был джентльмен… камердинер, и мне пришлось довольствоваться единственным свободным местом, а именно местом лакея.

Джейк заметил саркастическую гримасу, мелькнувшую на лице Браунли.

— Я так понимаю, вас вроде как понизили. Лакеем служить хуже, чем камердинером?

Браунли развязал последний узел и пожал плечами.

— Джентльмен при джентльмене — это должность, к которой стремятся, сэр. Это положение предполагает доверие и уважение. К нему идут годами.

— Ясно, вроде как бригадир.

— Сэр? — Настал черед Браунли недоумевать.

— Старший на ранчо. У него в подчинении все ковбои. Самый главный хозяин, не считая владельца.

— Совершенно верно, сэр. Почти то же самое, хотя у меня никогда никого не было в подчинении, кроме Перкинса, который занимал в штате обслуги лорда Уэкслера более низкое положение, чем я. — Браунли завязал галстук и отступил, чтобы полюбоваться своей работой. Вытащив из заднего кармана щетку для одежды, которую носил по привычке, он принялся отряхивать черный сюртук Джейка.

— Вы служили у настоящего английского лорда?

Кивнув, Браунли улыбнулся уголками рта.

— Лорд Уэкслер был герцогом. Герцогом Эйвонморским, если уж быть точным.

— Да чтоб меня стреножили, как последнего осла!

У Браунли брови поползли вверх.

— Совершенно верно, сэр.

— Слушай, как там тебя. Хочешь быть моим слугой? Мне тут может понадобиться помощь. Кассандра хочет сделать из меня дурня расфуфыренного и… Ну, совсем я не сдамся. Сапоги я не сниму. — Джейк выставил ногу, чтобы Браунли убедился, что он не шутит. — И без шляпы я словно бы не одет.

Лакей не верил своим ушам.

— Я польщен, мистер Стал. Хотя и не уверен, что мистер Темплтон согласится, чтобы я служил у вас.

Обняв Браунли за костлявые плечи, Джейк доверительно улыбнулся.

— Ни о чем не волнуйся, Брауни. Я сделаю так, что Кассандра все уладит с папочкой.

Браунли вытянулся во все свои полтора с небольшим метра.

— Меня зовут Браунли, сэр, — он подчеркнул последний слог.

— Ладно, Брауни. А ты зови меня Джейк. Я не любитель церемоний.

Браунли был положительно скандализован и недвусмысленно дал Джейку это понять.

— Это было бы совершенно неподобающе, мистер Стил, сэр. Слуга всегда должен держаться на почтительном расстоянии от того, кому служит.

— Так ты подумаешь о моем предложении? — Джейк искренне на это надеялся. С попытками жены его облагородить ему как пить дать понадобится помощь.

Браунли минутку подумал.

— Если мистер Темплтон не будет возражать, я, пожалуй, счел бы это не только увлекательной работой, но и серьезным испытанием.

Джейк расплылся в улыбке и, не обращая никакого внимания на протесты Браунли, стиснул его в медвежьих объятиях.

— Морган — это мой брат — всегда говорил, что я самое тяжелое испытание, выпавшее на его долю.

Седая бровь надменно выгнулась.

— Не сомневаюсь, сэр.

— Совершенно верно, — подмигнул Джейк.

— Боже, Джейк Стил! — воскликнула Аманда, когда Джейк, ослепительный в своем новом одеянии, переступил порог столовой. — Я вас едва узнала!