Внедрение - Евгений Анатольевич Аверин

воздух изменился, просветлел. Без всякого вхождения в состояние, с недоеденной вкусной кашицей во рту я поняла, что барьер снят. Образы потекли. Я проглотила, что было, и замерла.

— Маша, что? Невкусно? Что случилось? — Олег переглядывался с папой.

— Аконит. Лучше из Киргизии. Но какой найдете, — я видела, как они начали понимать и переключаться на серьезный лад.

— Аконитом лечила одна врач онколог. Не всем помогало, правда.

— С него начнете и прямо сейчас. Найдете?

— Найдем. Спиртовую настойку корня. Даже предлагали мне, только я отказался.

— Чага. Тоже прямо сейчас. Хотите, купите, или сами найдите.

— Можно и купить. Только и ее предлагали. И пил как-то. Но без особого эффекта.

— Начинайте опять. Три раза в день по стакану. Не кипятком заваривать, водой не очень горячей. И только один раз. Два дня настаивать. Но эта чага не совсем та, которая нужна. Я найду нужную и позвоню. Это пока все подготовка. Прямо сегодня начинайте с чаги. Она в аптеке есть. Как аконит достанете, и его пейте.

— Это по капле три раза в день, а потом прибавлять по капле к каждому приему до шестидесяти капель всего и обратно? Мне так говорили.

— Так и пейте. Мясо не есть. Все, что содержит сахар и муку, не есть. Картошку тоже.

— А что же тогда есть?

— Жить хотите? Ищите, что. Печеные овощи. Морковь, свекла, репа. Салаты из редьки, из той же моркови. Молоко не пить. Простоквашу можно. Творог можно.

— А сыр?

— Не надо сыр. Никаких консервов. Сок пейте, который само отожмете. Часть свекольного, часть морковного, часть яблочного. По самочувствию и желанию. Хотели новую жизнь? Начнете с еды. До весны продержимся, там зелень будет. Что за печаль? Вы же помирать в мучениях через месяц собрались, — улыбаюсь я.

— Неожиданно просто.

— Еще зерна можно проращивать, пшеницу, овес.

— Знаете, я даже как-то вдохновился, — доктор приосанился.

— Я тоже. Раз в неделю будем созваниваться. Как найду, что нужно, позвоню. Приедете.

— Так скажите, — вмешался Олег, — и мы поищем.

— Пока не скажу.

Миша подошел в школе, на перемене после третьего урока.

— Привет.

— Ну, привет, — мы только решили с Катей повторить немецкий. Она собралась улизнуть при виде парня. Но я взяла ее под руку.

— Пошли в кино.

— Прямо сейчас?

— Нет. В субботу после школы. «Одиночное плавание». Новое. Говорят, классное. Как десантники американцев фигачат.

— Не знаю. Давай до субботы доживем.

— Так чего там. Сегодня четверг.

— Ну и видно будет. И одна не пойду. Только с Катей. Катя, мы же любим десантников?

— Конечно, любим, — она не сдерживается и прыскает смехом. Смеюсь вместе с ней. Наша парочка забирает учебники с подоконника и скрывается в классе.

После школы гуляем-провожаемся с Катей:

— И что, пойдешь?

— Не знаю. Он проводил один раз, я тебе рассказывала, а теперь в кино.

— А в следующий раз сразу замуж, — смеется подруга.

— Да ну тебя. Много таких желающих. За всех не навыходишься, — смеемся вместе.

— Если вдвоем, то можно и сходить. Только народу будет море.

— И ты не боишься? — спрашивает Катя.

— Не боюсь. Но не понимаю, зачем мне это надо.

— А он тебе не нравится?

— Не знаю. Мне нравится, когда внимание обращают. Но разжигать в себе этот огонь совсем не хочу. Я думаю, мы сходим. Если с тобой вместе, то это как бы и не считается, что я с ним в кино пошла.

— Точно. Быстро ты сообразила. Давай пойдем.

* * *

Заведующей Дома Быта позвонил куратор. На Варегове в Доме Быта было ателье, где можно заказать неказистый костюм или ушить брюки, купить ткань и бижутерию, Популярностью пользовалась парикмахерская, за неимением другой. А химчистка уже долго не работала. Заведующая срочно выехала в Ярославль разбираться с отчетностью. В город она ездила часто по разным надобностям. Куратор, неприметный человек с пузиком и лысиной, в сером пиджачке и свитере под ним, ждал на квартире. Заведующую все называли Нина Петровна. Куратор по-свойски- Петровной. Она надела зеленое платье, крупные бусы. Накрасилась по деревенской моде, от души. Поправила пышную укладку крашенных светлых волос. Вызывали ее редко. Ключ от квартиры у нее был. Обычно раз в месяц она оставляла сообщения в папке за книжками.

— Петровна, заходи. А я уже и чайку заварил.

— Здрасте, — резиново улыбалась Нина Петровна. Но чай пить не отказалась.

Поговорив о всяком насущном и не очень, куратор перешел к делу:

— У тебя дочь в девятом же классе?

— Алка? Да. А что случилось?

— Ничего не случилось. Помощь ее потребуется. Как отнесется, если попросить?

— Да она нормальная. С понятием. Да я и разъясню все. А что, в школе не так чего-то?

— Вроде того. Вообщем, слушай, София. Есть задание.

Услышав псевдоним, который когда-то сама выбирала, Нина Петровна подобралась.

— В вашей школе учится Мария Викентьевна Макарова, четырнадцати лет отроду. В восьмом классе. Он у вас единственный.

— Ну, знаю такую. Томки Макаровой дочка. Томка уборщицей работает.

— Очень хорошо. Нужно провести оперативную установку по ее дочке. С кем дружит, общается, кто в гости ходит, как отношения в школе, как учеба. Особо обратить внимание на поведение. На изменения. Какие увлечения появились, что высказывает. Если есть возможность, то дословно запомнить и записать. Какие книги читает. Куда ходит. Не говорит ли или делает что-то необычное и непонятное. Сами понимаете, возможностей сделать это незаметно немного. Все друг друга у вас знают. Я надеюсь, ваша дочь проявит понимание. Ей собрать такую информацию труда не составит.

— Да конечно, проявит. Она, как и я, только позовите. К органам со всей душой. Я ей не говорила ничего без разрешения. Думала, сами скажете, когда надо будет. Значит, пора пришла к жизни подключаться.

— Вот и молодец. Да, пора пришла. Кто ж нас заменит, если не наши дети, — Куратор сделал печально-мечтательное выражение, — санкционирую вербовку вашей дочери. Потом мы с ней и лично познакомимся.

Нина Петровна ушла окрыленной.

Глава 7

В субботу после школы мы все-таки пошли в кино на сеанс в шестнадцать часов. Были сеансы еще на восемнадцать и двадцать. Но там народу совсем много будет. Сначала Миша зашел за мной, я уже успела пообедать. Потом мы сходили за Катей. Пришли раньше. В сельских клубах места в билетах не указывают. Кто куда успеет, туда и сядет. Мы заняли удачно, на пятом ряду ближе к краю. Незаметно я наблюдаю за Мишей. Он не доволен, что Катя с нами. Внимание мальчиков и отношения пугают, хоть и притягивают, как магнитом. Еле научилась справляться