Крах по собственному желанию (сборник) - Светлана Алешина

— Вы же не были на банкете, — напомнила я. — Откуда вам известно, как он прошел?

— Ирина Анатольевна, я все-таки не в глухой деревне живу, — хмыкнул Глазунов. — Среди солидных людей кружусь, вот мне и доложили об этом банкете.

— И что Доронин? Согласился? — поинтересовалась я.

— Нет, — ответил Дмитрий Вениаминович. — Он сказал, что вообще намерен покончить с этой работой, потому что теперь фирма «Презент» постепенно разваливается, и он собирается уехать в Москву работать.

Неужели Глазунов говорит правду? Неужели встречался с Дорониным только для того, чтобы поговорить о праздновании пятилетия компании? А может быть, просто сочинил на ходу сказочку, чтобы как-то объяснить встречу с Дорониным, а сам в глубине души посмеивается над нами. Странно и то, что Глазунов даже не полюбопытствовал, откуда мы знаем про встречу с Константином Эдуардовичем. Кроме того, Глазунов уже через несколько минут заинтересовался съемками, которые уже пора было начинать.

Пока Павлик разворачивал свою аппаратуру и налаживал ее, мы выпили еще по чашечке кофе, принесенного Леной, а Глазунов приводил себя в порядок, готовясь к съемке. Он застегнул даже самую верхнюю пуговицу рубашки, отыскал в шкафу галстук и нацепил его. От этого его бандитский вид стал несколько солиднее. Дмитрий Вениаминович посмотрел на сандалии, решая, переменить их на туфли или нет, но затем махнул рукой.

— Снимать будем за рабочим столом, — скомандовал он Паше и уселся на свое рабочее место. — А то несолидно как-то, практически в шлепанцах!

Съемка длилась всего несколько минут, в течение которых Гурьев успел представить Гузанова как генерального директора сотовой компании «Мегател» и задать ему несколько вопросов по поводу Гузанова. Перед камерой Дмитрий Вениаминович говорил спокойным уверенным голосом, лишенным всякой наглости, будто бы съемка проводилась для того, чтобы представить кандидата на выборах в администрацию. Глазунов даже выразил соболезнования по поводу произошедшего с Гузановым, причем получилось это у него искренне и без всяких издевок. На вопрос Валерия, не грозят ли другим владельцам сотовых компания такие же неприятности, глава «Мегатела» сказал, что предпримет все возможное в плане безопасности своей фирмы, обрадовав этим высказыванием своих клиентов.

— Сколько я вам должен за это шоу? — с иронией спросил Дмитрий Вениаминович, как только репортаж закончился.

— Интервью было бесплатным, — сообщил Гурьев.

— Бесплатная реклама? — удивился Дмитрий Вениаминович. — Ну вы даете! Да с вашим выходом на телевидение можно такие бабки рубить, а вы этим не пользуетесь!

— Ну не все же такие предприимчивые, — с сожалением заметил Павлик.

— А это не предприимчивость, — поправил его Дмитрий Вениаминович. — Я тут недавно тоже с одним журналистом общался, так он с меня бабки содрал только за то, что я упомянул лишь название своей фирмы в эфире. Он сказал, что это была скрытая реклама, и потребовал за нее деньги. Так что за все надо платить! Бесплатный хлеб бывает только в мышеловке!

— Где-то я уже это слышал, только при чем тут мышеловка? — как бы про себя пробурчал Старовойтов, но Глазунов услышал сказанное.

— Надеюсь, вы не подставили мне мышеловку, в которую я благополучно угодил? — заметил Дмитрий Вениаминович.

На этом наше общение закончилось, и он выпроводил нас из своего кабинета. Секретарша удивилась, что мы все сняли так быстро, как я поняла по ее растерянному выражению лица, но вежливо попрощалась с нами, не задавая лишних вопросов.

— А хорошо держался! — воскликнул Павлик, как только мы отъехали от офиса Гузанова. — Когда ты его, Ира, спросила про Доронина, он и глазом не моргнул.

— А чего ему моргать, — хмыкнул Валерка, — если он и в самом деле хотел договориться с Дорониным о праздновании пятилетия фирмы.

— И ты в это веришь? — с сомнением спросил Павлик. — Глазунов наплел нам с три короба, а мы и поверили.

— Все равно он не расколется, — заметил Валера. — Крепкий орешек!

— Тогда надо браться за Доронина, — решила я.

— Где ж мы его сейчас найдем? — вздохнул Павлик.

— Надо узнать его адрес, — решил Валерий и набрал какой-то номер, воспользовавшись радиотелефоном.

Гурьев имел повсюду знакомых, поэтому в любой подходящий момент мог раздобыть любые сведения. Я нисколько не удивилась, когда он, коротко пообщавшись с кем-то по телефону, весело сказал:

— Жуковского, тринадцать, квартира сорок первая. Сейчас нарушим его покой. Надеюсь, Доронин повез девушку к себе домой.

Но наши предположения не оправдались, так как дверь сорок первой квартиры по указанному адресу нам никто не открыл, сколько мы ни названивали. Зато в подъезд выглянула любопытная соседка, которой стало интересно, кто это так настойчиво рвется в соседнюю дверь. Старушка с любопытством оглядела нас и хотела было наброситься с бранью, но Павлик опередил ее:

— А вы не подскажете, как нам найти Константина Эдуардовича?

— Если он не открывает, значит, нет дома. И нечего здесь названивать, — раздраженно сказала старушка.

— А когда он будет? — поинтересовался Валерка.

— А я откуда знаю, — ответила она. — С работы он пока не возвращался.

Сказав это, соседка с громким лязгом закрыла свою дверь, а мы спустились к подъезду. Где теперь искать Доронина? Самое главное, нам даже не у кого было узнать адрес той девушки, с которой он встретился в кафе.

— Доронина можно завтра подловить на работе, — заметил Валера. — Я вот думаю, если Гузанова заказал не Глазунов, то, может быть, это сделал какой-то другой его конкурент?

— Все может быть, — согласилась я с Гурьевым. — Но Доронина здесь ждать нет никакого смысла. К тому же мы о Нечаеве совершенно ничего не знаем. Темная лошадка!

— Тогда, может, поедем к Нечаеву? — спросил Павлик, и мы уселись в машину.

— Будем брать бандита голыми руками, — ответил ему Гурьев.

— Ты в самом деле уверен, что это Нечаев подстроил взрыв особняка Гузанова? — хмыкнул Старовойтов.

— А кто же? Все стрелы на него падают, — не сомневаясь, говорил Гурьев уже в салоне «Волги». — Теперь надо будет только раскусить его. А представляете, какой эксклюзивный материальчик будет для «Криминальной хроники», если нам удастся выбить из него чистосердечное признание?

— И каким же образом это нам удастся? — с интересом спросила я, в последний раз окидывая взглядом здание, где располагался главный офис компании «Мегател», так как Костя уже выруливал на главную магистраль.

— Ну даже и не знаю, — растерялся Валерий. — Будем действовать по обстоятельствам.

— А у тебя диктофон с собой?

— Да! Надеюсь, что он нам пригодится, — сказал он, похлопывая свою сумку.

Глава 9

Время приближалось к шести, поэтому я забеспокоилась, что мы можем и не застать руководителя «Телекома» на работе. А где его потом искать? И вообще, согласится ли он нам дать интервью в нерабочей обстановке! Дмитрий Вениаминович купился на бесплатную рекламу, а вот клюнет ли на эту удочку Нечаев? Тем более что я с каждой минутой теперь все больше подозревала его в том, что именно он подстроил взрыв особняка Гузанова.

А ведь на самом деле, чем плох такой способ избавления от конкурента? Крутые разборки, убийства, ограбления — все это уже кануло в Лету и используется для решения проблем только не очень умными людьми, которые не задумываются о последствиях. А во время взрыва под обломками, как выяснилось, никого не убивая, можно похоронить все доказательства уничтожения конкурента. Теперь уже ничего не исправишь!

И что самое главное, на данный момент невозможно никоим образом подтвердить причастность Леонида Львовича к взрыву особняка Гузанова. Если наши предположения оправдаются, передать Нечаева в руки сотрудников правоохранительных органов, не имея на то никаких оснований, будет сложно. В то, что он признается, будто заказал взрыв особняка Гузанова, я тоже не верила. Подозрения нарастали прямо пропорционально уверенности в том, что нам не удастся прижучить Нечаева.

Главный офис компании «Телеком» располагался на первом этаже девятиэтажного дома недалеко от центра Тарасова. Ехали мы до него гораздо дольше, чем предполагали, так как на дороге проводились ремонтные работы, и Шилову пришлось искать пути для объезда. Костя остановил машину на стоянке, мы зашли в помещение, где сразу увидели дверь с табличкой: «Нечаев Леонид Львович. Генеральный директор». Валера уже хотел было постучать в дверь, а затем заглянуть в кабинет, как откуда ни возьмись на нас налетела парочка широкоплечих охранников, один из которых оттолкнул Валеру, а другой буквально загородил дверь своей грудью. Я заметила автомат, качающийся на шее у одного из молодых людей в камуфляже, и запоздало вскрикнула. Костик тут же прикрыл меня своими широкими плечами.