Сердце Земли - Максим Шаттам

Чен прыгнул на ствол и побежал по нему вверх. Казалось, что два паука гонятся друг за другом и земное притяжение им вовсе не мешает.

Таня натянула тетиву, выпустила стрелу и попала хищнику в спину. Бен ошеломленно наблюдал за ней – попасть в цель на такой скорости было чудом.

Следующие три стрелы вонзились туда же.

Чен воспользовался этим и схватил Ночного бродягу за лодыжку. Чудовище держало Луиса, поэтому не смогло сразу ответить Чену, но попыталось сделать это в следующий миг.

Пятая стрела попала бродяге в шею.

Монстр выгнулся, замер и через секунду вместе с Луисом полетел вниз, в пустоту. Чен рискнул на лету подхватить товарища, но все случилось слишком быстро, и, чтобы не упасть, Чену пришлось самому схватиться за ближайшую ветку.

Луис и Ночной бродяга упали на землю, пролетев с десяток метров.

Таня и Бен подбежали к другу.

Луис медленно моргнул, а потом его глаза застыли. Они больше ничего не видели.

Мальчик попытался что-то сказать, но не смог. Из его ноздрей вытекли и пробежали по щекам пурпурные струйки. А он замер на земле.

На прощание Бен обнял его.

Луис умер.

Несмотря на сильную боль и большую кровопотерю, Мэтт сумел по земле перекатиться к Эмбер.

Девушка не двигалась, ее глаза были закрыты. Мэтт приблизил ладонь к ее рту и ощутил дыхание. Рюкзак, который Эмбер прижимала к груди, раскрылся. Лицо мальчика озарил красно-синий свет.

В банке копошилось несколько десятков скарармеев.

– Эмбер… – прошептал Мэтт, и тут его тело пронзила неимоверная боль, отдававшая в районе позвоночника.

Он осел, зажимая руками рану.

Нил повалил Мэтта на землю и уложил на бок.

– Не двигайся! – приказал он. – Ты теряешь много крови!

Флойд наклонился над обоими.

– Рана глубокая? – спросил он взволнованно. – Ты сможешь это вылечить?

– Да он просто истекает кровью! Подвинься, дай я попробую.

– Но я думал, ты умеешь лечить только небольшие раны.

– Если не попытаюсь, ему точно конец.

Мэтт ощутил на своей коже холодные руки Нила.

А потом ему показалось, что кто-то впился зубами в его левое бедро. Рана горела. Все сильнее и сильнее.

Мэтт закричал, и его крик разнесся в лесной тишине.

Боль стала невыносимой.

Разум затуманился, и последнее, что он услышал, был шепот Флойда:

– Все кончено, Нил. Оставь его, ты больше ничего не можешь сделать.

16. Два голоса в темноте

Тобиас пытался контролировать свои эмоции.

Самой сильной из них был страх.

Он действовал на сознание, затопляя его, как прилив – берег. Как беспощадные волны, накатывающие и отступающие прочь, которые надо отогнать подальше, чтобы сохранить себя. Тобиас боролся за то, чтобы спасти свой рассудок, свою личность.

После того как паук убрался вон, в пещере, в свете гриба, который Пожиратель не заметил, словно действовал вслепую, что-то изменилось. Теперь большинство пленников могли видеть друг друга. Некоторые даже решились подойти и пообщаться с соседями.

Правда, малейший звук заставлял их бежать обратно на свое место. Даже если это был всего лишь слабый порыв ветра.

Подставив вместо себя Пожирателю другого мальчика, Колин сразу нажил себе много врагов. Почти все смотрели на него с ненавистью.

Следовало ожидать возмездия. Тобиас задавался вопросом: настигнет месть Колина во время короткого сна или когда монстр вернется в следующий раз?

Тобиас понял, что у него с Колином сложились очень странные, парадоксальные отношения. Он ненавидел Колина так сильно, что ему было его жаль. Колин сто раз заслужил то, что с ним случилось. Но при этом Тобиас не мог не испытывать сочувствия к этому великовозрастному дураку, неспособному найти свое место на земле.

Среди пэнов Колин не чувствовал себя своим и знал, что рано или поздно циники победят, поэтому перешел на их сторону.

Когда те отвергли его, он бросился к Пьющему невинность и служил ему, пока тот не растворился в водах реки, а потом, опасаясь мести пэнов, обратился к своей последней надежде: Роперодену.

Колин, эгоистичный, трусливый идиот, которому все же хотелось отыскать для себя где-нибудь спокойный уголок, был неисправим.

Тобиас обнаружил, что переполнявшее его море страха отступило.

Попытка анализировать происходящее вокруг успокаивала.

Образ гигантского паука с мохнатыми лапами вновь всплыл в памяти – поистине отвратительный. И волна страха снова, захлестнув Тобиаса, обрушилась на берег разума.

Он немедленно попытался взять себя в руки, чтобы сопротивляться страху и вернуть себе контроль над эмоциями.

С тех пор как монстр сожрал очередную жертву, он больше не возвращался. Паук подтащил скелет к небольшой двери и оставил его рядом с ней.

Словно выйдя из летаргического сна, Тобиас впервые задумался о том, что находится за пределами пещеры. Что там? Логово монстра? Ни света, ни какого-либо движения там, похоже, не было. Только тьма. И от этого опять становилось страшно.

Чего ждать, оставаясь здесь? Смерти?

Нет, не теперь.

Возвращения друзей? Эмбер и Мэтта?

Надо мыслить реалистично: как они смогут сюда попасть?

Тобиас больше ничего не ждал.

Поэтому он встал, пошатнулся, обходя черепа и кости, поднял свой валяющийся на полу посреди пещеры светящийся гриб… И тут раздался чей-то испуганный голос:

– Ты что делаешь? Это наш источник света! Оставь его нам! Оставь!

– Нет, – ответил кто-то из темноты. – Забери. Хватит. Мы больше не хотим видеть, как монстр ест.

Тобиас подошел ко входу и опустился на колени перед дверью.

Она представляла собой покрытую белым липким веществом круглую деревянную решетку.

– Паутина? – вслух предположил Тобиас.

Он поднял с пола длинную кость – похоже, плечевую – и потыкал ею в липкое вещество. После чего попытался выкинуть импровизированную палку, но сделать это ему не удалось – она прилипла к решетке, словно приклеенная суперклеем.

Тобиас догадался, что дверь заперта благодаря этому отвратительному материалу. Решетка приклеена к внешней стене. Каждый раз, уходя и приходя, Пожиратель снимает ее и потом прилепляет обратно.

Прутья решетки расположены достаточно далеко один от другого, можно попытаться просунуть руку. Тобиас глубоко вдохнул, надеясь ощутить прилив смелости, и запустил руку со светящимся грибом между прутьями.

Там была еще одна пещера, поменьше, но темнота скрывала ее настоящие размеры. Тобиас ощутил легкий сквознячок, который пощекотал его лицо. Пол теперь шел вверх, – похоже, где-то там есть выход наружу.

Стараясь не касаться липкого вещества, он осторожно убрал руку. Тобиас поместил кость напротив того, что выглядело как петли. Он отвернулся, пытаясь скрыть свои действия от остальных пленников, и воткнул кость в клей, а потом принялся проворачивать ее, накручивая на кость липкое вещество. Если бы он действовал с