Номер 10 - Сью Таунсенд

— Так ты, значит, вместо Энди? — спросила Тойота.

Премьер-министр продолжил врать:

— Да, у Энди нервный срыв, я его заменяю. — Он знал, что социальные кадры в дефиците из-за стресса и низкой оплаты.

— В общем-то, меня это не удивляет, в последний раз, как я его видела, он был прям на взводе. — Тойота жестом пригласила премьер-министра: — Давай-ка лучше заходи на чай. — Она с подозрением оглянулась на такси и пробормотала: — Ясное дело, почему в муниципальном детсаду мест нету, эти социальные коровы весь хренов бюджет на такси прокатывают.

Прежде чем последовать в дом за Тойотой, премьер-министр умоляюще посмотрел на Джека. Тот махнул рукой и устроился на заднем сиденье почитать «Дейли телеграф». Али потянул рычаг под продавленным водительским сиденьем, и спинка откинулась. Уснул Али почти мгновенно. День складывался прекрасно — на счетчике уже 39, 40, а утро еще только начинается.

Тушинга на протертом ковре играл с пустой коробкой от видеокассеты и вешалками для одежды, под присмотром Тойоты и премьер-министра. Главное место в гостиной занимал большой плоскоэкранный телевизор на стойке из дымчатого стекла. Шла передача о дикой природе, стая шакалов рвала на части зебру. В комнате еще имелся мягкий гарнитур из трех предметов — диван и кресла, обтянутые черным кожзаменителем, — а на стене над газовым камином висела бледная увеличенная фотография новорожденного Тушинги.

В комнате выкурили десятки тысяч сигарет — потолок и степы приобрели модный светло-никотиновый оттенок.

Премьер-министр вспомнил об интерьере собственной гостиной. Адель в компании дорогого дизайнера по интерьерам несколько дней агонизировала над образцами цветовых гамм. Дизайнер брал пятьсот фунтов в час и дополнительную плату за нанесение нескольких слоев краски марки «Сердитый верблюд».

Премьер вынул из сумочки блокнотики написал несколько слов. Тойота неосмотрительно проговорилась о махинациях с пособием, и премьер-министр, делая записи, воображал, как предъявит их палате и заставит замолчать однопартийцев, критикующих предложенные меры по борьбе с жульничеством в сфере социальных пособий.

Тойота закурила сигарету «Беркли» и вежливо предложила премьер-министру. Тот поднял руку в знак отказа:

— Нет, спасибо, я никогда не курила.

— Никогда? — поразилась Тойота. — Откуда же ты знаешь, что тебе не понравится, если даже не пробовала?

«Жирняи» топтались в дверях, дымили и смотрели телевизор. Их так и не представили.

— Попробуй давай, — настаивала Тойота. — Мне маманя первый раз дала затянуться в одиннадцать лет.

Один из «жирняев» сказал:

— Ладно, мы пошли, Той. Ну, где твоя десятка-то?

— У меня в кошельке шаром покати. Можешь проверить, если хочешь.

Выяснилось, что Тойота за пять фунтов купила у пожилого родственника одного из «жирняев» матрас, а еще пять фунтов стоила доставка. Ее собственный матрас, который теперь валяется в огороде, безнадежно пострадал, когда Тушипга дорвался до зажигалки. Тойота посмотрела на премьер-министра и сказала:

— Вот потому и надо с ним построже. Не хочу, чтоб вырос хулиганом.

— Ты должна нам пятерку за бензин, — сказал второй мужчина. — В баке-то ни капли.

Тойота взорвалась:

— Вы же не говорили, что платить в тот же день! Подождете, пока пособие получу.

— У меня бак пустой на хер, и у нас обоих пи шиша, а нам через полчаса еще заказ.

— А вы-то чего без бабок? — вопросила Тойота.

— Пришлось расколоться на аванс за леса, мы их с утра собирали, — ответил тот.

— Позвони Дереку, может, одолжит мне пятерку, — сказала Тойота.

Один из мужчин достал из кармана мобильник, нажал несколько кнопок и проговорил:

— Тойоте нужна десятка за матрас и бензин. — Он подождал секунду, хмыкнул. — Говорит, тебе не прет, ты ему еще за детскую коляску должна.

Тойота завопила:

— Да у нее колеса на хер отвалились прям перед универмагом, Тушин га прям на тротуар свалился! Я, блин, шесть часов в долбанном травмпункте потом отсидела!

Заметки у премьер-министра начали путаться. Он уже написал: «Матрас, зажигалка, жирняи — платят ли они НДС?»

Один из мужиков сказал напарнику:

— Слышь, позвони Джону-паралитику, может, даст мне слить из своей инвалидки, а то заказ на хрен сгорит!

Джону-паралитику позвонили, тот сказал, что сейчас на почте получает пособие по инвалидности, как закончит — заедет.

Внезапно погас свет — телевизор с громким щелчком выключился.

— Ну вот, теперь карточка на электричество нужна, — вздохнула Тойота.

Увидев озадаченное лицо премьер-министра, она объяснила, что с точки зрения электросети она является кредитным риском, поэтому ей поставили счетчик. Но так как счетчик, полный серебряных монеток, — большое искушение для молодежи, мечтающей о кроссовках «Найк» и кокаине, то надо покупать и вставлять в счетчик специальную пластиковую карточку. Карточки продаются в разных магазинах, на автозаправках, в полицейском участке и даже в гараже пожарной части.

Один из «жирняев», похоже, что-то придумал.

— Позвони-ка Счастливчику Полу, пускай смотается на заправку, прихватит карту на электричество и бензина литров пять. Ему там в кредит дают.

Связались со Счастливчиком Полом, но тот сказал, что на заправке больше в кредит не дают, потому что старого начальника уволили за торговлю левой порнушкой, а новый — «гнилой козел из Манчестера».

Комната погрузилась в угрюмую тишину, пока трое нищих размышляли над своими сиюминутными финансовыми проблемами.

— Если бы я могла помочь, — заговорил премьер-министр.

— Да ладно, чего там, — отмахнулась Тойота. — Я знаю, вам запрещено деньги раздавать.

Без искусственного света в комнате было очень темно.

— У меня скоро курево кончится. — Вид у Тойоты стал по-настоящему испуганный.

— Если пропустим заказ, — вздохнул один из мужчин, — нам не заплатят, тогда не сможем расплатиться за эти сраные леса, а тогда теряем и тот заказ и так далее.

Премьер-министр вспомнил стишок, который ему читал отец, что-то о том, как не хватило гвоздя и проиграли сражение.

Тойота на секунду вдохновилась:

— Слушай, ведь Чахлый Тони на прошлой неделе получил пенсию за стаж на асбесте?

— Ага, только он в воскресенье выхаркал легкие и прямо в «скорой» откинулся.

Тойота снова взбеленилась:

— А мне чего не сказали? Я ему за покупками бегала и чипсы забирала, когда портились.

У нее хлынули слезы, и несколько минут она шумно рыдала под нервными взглядами мужчин. Никто не подошел ее утешить. Премьер-министр чувствовал ком в груди; в ушах звенело; а в левой руке что это — неужели болит? Он откинулся на спин-icy черного кресла и постарался контролировать дыхание. Десятифунтовая проблема казалась неразрешимой. Он меньше беспокоился из-за миллиардов, которые Британия должна Всемирному банку.

Джек с большим интересом читал стенограмму беседы Адель с мастером педикюра Питером Боуроном:

ПБ. На пятке огрубелый участок… Ну да, у Грэма Нортона такие изящные ножки, как же он ими занимается!

АФК. Я пыталась привести к вам Эдди. У него ноги… в общем, неприятные. ПБ. Дурно пахнут? АФК. И потеют.

ПБ. Да, я видел его по ящику. Цифровая техника, ничего не утаишь. Он потел, в общем, обильно. АФК. Это от волнения. Снаружи он невозмутимый, а внутри, Пит, просто хаос.

Следующие минута и пять секунд разговора заглушены звуком пескоструйного очистителя для ног.

ПБ. Ну вот, теперь все гладенько. АФК. Чудесно.

ПБ. Я вам скажу, у кого великолепные ноги: у Роя Хэттерсли. Он приходил только раз, врастание ногтя, но его ног я не забуду. Такие прямые и стройные. Дивный подъем, сказочные ногти. Он мог бы стать моделью с такими ногами. АФК. Но ведь он предатель, Пит. ПБ. Возможно, зато ноги просто чудо. Хотите мятный массаж?

АФК. Да, Пит, пожалуйста… А правда ли, что вы обслуживаете Бэкхема и Викторию? Ходят слухи… ПБ. Мне нельзя говорить о Бэкхеме и его жене, Адель. В моем контракте пункт о конфиденциальности.

АФК. Ну мне-то вы можете сказать. Я умею хранить тайны. Эд мне все говорит. Ему запрещено, но он же должен с кем-то разговаривать. Возьмите оборонный план Буша «Звездные войны». Эд думает, что Буш просто рехнулся, но… ПБ. Вам массаж на половину или на всю ногу? АФК. На всю. У меня два часа до Дворца. ПБ. А королева — какая она?

АФК. Королева? Боже, ей бы выступать за Англию в конкурсе зануд. Одни собаки, лошади и почтовые марки. С ней говорить — как вброд болото переходить, она даже не слыхала о Виттгенштейне. Странно, ведь она же нацистка! (смех)

Джек сложил газету и посмотрел на дом. В окно выглядывал Тушинга. Джек вылез из машины и по дорожке направился к двери. Через секунду он уже сунул десятку одному из носильщиков матраса.

Али отвез премьер-министра, Джека, Тойоту и Тушингу в универсальный торговый центр. Магазин располагался в приземистом убогом здании из красного кирпича, с узорами колючей проволоки поверху — там, где стены смыкаются с крышей.