Бастард - Евгений Владимирович Щепетнов

Верга бросилась в душ, сдернула с себя трусики и стала лихорадочно отмываться, с замиранием в сердце не решаясь, боясь совершить последний шаг. Но наконец решилась, взяла с полочки зеркальце, раздвинула ноги, и…

Она рыдала, выла около получаса, сидя в пустой, холодной ванне. Не так Верга представляла свой Первый Раз. Ароматические свечи, полумрак, луны, свет которых проникает сквозь приоткрытые шелковые занавеси…шепот: «Я тебя люблю! Ты моя навсегда!» И сладость поцелуев, и томление внутри живота, и любовные судороги, сладость которых Верга знала — она иногда ласкала себя, когда думала о том, как именно встретит свой Идеал. Не так должно все было случиться, НЕ ТАК! Не на первом свидании с человеком, которого она совсем не знает! Не после бокала вина! И не так…грязно! Он ведь использовал ее как шлюху! Верга теперь это знала точно! Она совсем не была дурой, и знала все, что можно было знать об отношениях мужчин и женщин. Но никогда не думала, что ее, такую умную, такую продуманную, такую…такую…вот так просто и грязно поиметь!

И тут же похолодела еще больше — а вдруг беременность?! Да, во время месячных забеременеть трудно, она это знала. Но знала также, что такое случается. Ее об этом предупреждала мама, когда учила премудростям, которые должна знать каждая девушка, выходящая в свет. И что тогда будет?! Позор! Шлюха! Все будут показывать на нее пальцем! Нет, она поговорит с этим гадом Шогасом, и сегодня же!

Укрепившись духом Верга оделась, и едва дождавшись утра пошла в столовую с четким намерением спросить с Шогаса за происшедшее. Она еще не знала, что ему скажет, но что-то все равно должна сказать. Иначе это будет неправильно! А что именно скажет — это будет ясно по тому, как тот себя поведет.

С утра я просто зомби. Терпеть не могу вставать рано! Вот ночью чувствую себя замечательно, у меня просто-таки второе дыхание открывается. Наставник нарочно заставлял меня вставать раньше, чтобы переломить такое мое…хмм…состояние духа. И не смог, сдался, махнул рукой. Вот и сейчас — тащусь в столовую едва волоча ноги. Тяжко мертвецу среди живых, живым и страстным притворяться! Кстати, как я читал про черных магов — они должны видеть мертвых, и даже поднимать мертвых. Вот бы научиться!

Пока шел — едва не запутался в хитросплетениях коридоров. Настроили тут…лабиринт, да и только! Завернул не туда, и вот тебе — тупик! Пришлось возвращаться назад, протирая слипающиеся глаза.

— Куда ты меня тащишь, мерзавец! Шогас, подлец! — вдруг услышал я знакомый голос, и на всякий случай завернув за угол, прижался к стене. Не хотелось мне ее видеть. Неприятна она мне, пусть и красавица.

— Вот что, сучка…тебе поимели, и тебе понравилось! Забыла, да? Сама просила, чтобы тебя имели во все дырки! И если ты начнешь болтать лишнего, и я, и мои друзья всем расскажем, как ты визжала, подставляя зад! Как ты просила в тебя войти! Как ты захлебывалась…

— Гад! Тварь! Мразь!

Звук пощечины, и тут же, через секунду еще один, и голос — вкрадчивый, нарочито-ласковый:

— Нравится? Я знаю, тебе нравится, когда с тобой поступают жестко! Так вот что, сучка…ты придешь ко мне еще пять раз, и отдашься мне и моим друзьям. И тогда мы забудем, оставим тебя в покое. А не сделаешь этого — мы всем расскажем, какая ты умелая шлюха. И как приятен твой крепкий пухлый задик. Как, кстати, он поживает? Побаливает, да? У Мардана большое хозяйство, не все шлюхи терпят! А ты ничего…

Рыдания, в которых слышится отчаяние и безнадега. Дикое, безудержное отчаяние.

— Как только месячные закончатся, так и придешь. Не люблю пачкаться! И захвати с собой что-нибудь от беременности. И смазку. Уж очень ты тугая сзади…хе хе хе… А теперь пошла вон отсюда, тупая провинциальная сука! Это тебе урок! Увидела красивого, богатого парня, и потекла?! Ну, вот и получи. Вас, сучек, учить нужно! Пошла, пошла, нечего на меня таращиться! Или ты отсосать хочешь? Прямо здесь? Сейчас я тебе устрою это…

Рыдания, дробь каблучков, и…легкие шаги. Посвист — мотив известной скабрезной песенки о дочери храмового священника, которая была недотрогой, но стоило ее изнасиловать трем наемникам, пустилась во все тяжкие. И теперь ей нужно самое меньшее двух мужчин сразу. Эту песенку я знал, она была популярна в тавернах, где обитали наемники, пираты и корабелы (что впрочем частенько одно и то же).

Я перевел дух. Меня никто не заметил, это место посещали редко, так что… Услышанное меня не то чтобы потрясло…было противно. Мажоры — они везде мажоры. Во всех мирах и пространствах. Я и не такое видал.

И что делать? Да, девка говнистая, можно сказать тоже мажорка, но…разве можно так поступать с девушками? Ей всего пятнадцать лет! А если она покончит с собой? Кстати, может на то и расчет? Повесилась, или вскрыла себе вены — и все, концы в воду. Ну какие же мрази! Кипит мой разум…

А кто я? Я — судья и палач в одном лице, так мне некогда сказал Наставник. Так что я должен сделать? Да, с меня взяли слово, что я никого не убью без особой необходимости. Например — защищаясь.

Надо крепко, крепко обдумать все! Сколько времени у женщин уходит на…это самое? Три дня? Неделя? Да, примерно неделя. Значит, неделя у меня есть. За это время надо разузнать, что за парень, где живет, куда ходит и все такое. И обдумать, что делать.

Глава 7

— Это Артефакт Расширения Сознания — голосом лектора, каким он собственно и являлся, заявил Диссамбль — Или проще — АРС. Или «Соковыжималка», как его зовут студенты испокон веков. В чем суть этого артефакта: он расширяет каналы, по которым втекает и истекает магическая энергия, и делает объемистее резервуары для хранения этой самой энергии. Кстати, курсант Ольгард, судя по дошедшей до нас информации, изготовлением АРС занимались черные маги. Ибо в артефакте заключены все аспекты магии, которые только существуют в мире. Изготовлено десять артефактов — пять стоят в Академии простолюдинов.