Башня Теней - Деннис Найт

того, что твой дедушка сотворил на болоте? Готов спорить на что угодно, оно могло пробить абсолютно всё.

Хм. Я вспоминаю заряд магической энергии, который дедушка метнул в Горгомота в Царстве Слизней. И хотя он завернул его в кучу причудливых чар, я почти уверена: это конкретное заклинание самое что ни на есть простое: надо набрать столько магической силы, сколько получится удержать, а затем швырнуть её в то, что надо взорвать.

Всё дело в стихийной силе, с которой у меня никогда не было проблем. Обычно я вынуждена стоять едва ли не на ушах, чтобы ничего не взорвалось. Было бы неплохо для разнообразия взорвать что-нибудь нарочно.

Кроме того, я только что научила Сферу Таримоса следовать за мной, светиться ярче и взмывать ввысь. Возможно, дедушка прав. Вдруг у меня есть всё необходимое, чтобы стать следующим Защитником Царств.

– Хорошо, – говорю я. – Я попробую.

– Ага, детка! – от волнения Альфи пританцовывает. – Это будет суперски!

– Тебе лучше отойти, – говорю я ему. Он вкладывает дедушкин меч в ножны и отступает метров на двадцать по коридору, затем машет рукой и показывает мне два больших пальца.

Чувствуя себя немного глупо, я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и открываю все свои чувства. Магия здесь повсюду, вокруг меня, горячая и обжигающая. Я протягиваю руку, впуская её в себя, но на этот раз держу её взаперти. Я впитываю всё больше и больше энергии, сжимая её сильнее и сильнее. Вскоре она полыхает внутри меня, как Сверхновая.

Затем я напрягаю ступни, поворачиваю ладонь к стене и говорю первое слово, какое приходит мне в голову:

– Бум.

Из моей руки ослепительной вспышкой вырывается поток чистой энергии. Он летит по воздуху и, как молния, врезается в стену. Затем отскакивает назад и сбивает меня с ног.

Глава 15

Волшебная отдача от моей неудачной попытки взорвать лабиринт отбрасывает меня метров на десять по коридору. Я приземляюсь на спину и скольжу ещё метра четыре или пять, пропахивая кучу носков размером с небольшой автомобиль.

Что ж, не сработало.

Когда я снова могу дышать, первое, что я делаю, – это проверяю у себя наличие рук и ног. Хотя нет, это второе. Первым делом я проверяю наличие волос.

Они на месте – слава богу – и даже не горят, хотя кажется, будто они завиваются штопором и торчат во все стороны. За исключением, разумеется, голубой пряди. На ощупь она по-прежнему гладкая и крепкая.

Хорошие новости: я явно сорвала волшебный джекпот, так что будем считать это выигрышем. Плохие новости: стена на месте и её поверхность по-прежнему гладкая и безупречная.

– Уэнсдей! С тобой всё в порядке? – Альфи подбегает ко мне и помогает подняться.

Я отряхиваюсь.

– Да, всё в порядке.

Альфи едва ли не танцует от возбуждения.

– Это было что-то с чем-то! В смысле, стена не разлетелась на атомы или что-то в этом роде, но… – Он прижимает руку ко рту и широко раскрытыми глазами смотрит на меня.

– Что? – сердито спрашиваю я. – Что это? У меня что-то на лице?

– У тебя на лице? – Альфи ахает. – Э-э-э… нет?

О нет! Мой живот сжимается, как воздушный шарик недельной давности.

Только не это!

Я протягиваю руку и трогаю лоб, прямо над глазами.

Ничего. Ничего, кроме пугающей гладкости. Бровей нет. Я стискиваю зубы и сжимаю кулаки.

– О, ну просто ОТЛИЧНО.

Альфи спешит отпрянуть от меня.

– Ты ведь не злишься на меня? – Он в замешательстве сверлит меня глазами. – Серьёзно? Я не понимаю…

Я одариваю его таким испепеляющим взглядом, что странно, что он не загорелся на месте. Или всё же?..

Ой-ой! Волосы Альфи начинают дымиться.

– Что это за запах? – спрашивает он. Внезапно его глаза вылезают из орбит, и он кричит и отчаянно трясёт головой.

Вот чёрт. Не было печали!

Я бросаюсь к нему, выхватываю из бокового кармана его рюкзака бутылку и выливаю воду ему на голову. Огонь шипит и гаснет.

– Ты в порядке? – спрашиваю я.

Альфи смотрит на меня. На его лице – смесь обиды и недоверия.

– Ты подожгла мне волосы!

– Клянусь, это вышло случайно.

Я тянусь к мокрой, взъерошенной мочалке на его голове.

– Давай я…

Альфи отталкивает мою руку.

– Всё хорошо, окей? Я в полном порядке. Просто давай пойдём дальше.

– Но…

– Я сказал, всё в порядке, – сердито топая, Альфи идёт вперёд – верный признак того, что всё далеко не так хорошо, как он утверждает.

Я с несчастным видом плетусь за ним, и какое-то время мы идём молча. Нащупывая руками левую стену, мы проходим через все тупики, тупички и тупичищи. Вскоре наши ноги покрываются волдырями, а лёгкие горят от затхлого неподвижного воздуха. Я стягиваю с шеи «метеоритный» шарф и засовываю его в карман – в тот, в котором лежит квитанция, а не когтяника. Не хватало, чтобы эта тупая ягода оставила зацепку на моём любимом шарфе.

Мы идём дальше, и моё настроение ухудшается с каждой минутой. Альфи по-прежнему злится на меня из-за волос. Я ужасно чувствую себя из-за произошедшего, но не знаю, как это исправить. Вдобавок мои брови опалены, Брюса всё ещё нет, у меня бурчит в животе, и у нас меньше шести часов до того, как песок в часах Горгомота перетечёт вниз. Такое ощущение, что мы дальше, чем когда-либо, от выхода из этого дурацкого лабиринта.

Мы идём дальше. И стены здесь гораздо плотней завешаны одеждой, будто это расползающаяся цветная плесень. На каждом крючке висит не одна вещь, а девять или десять. Слой носков под ногами становится толще, свисающая одежда плотно смыкается над нашими головами, и вскоре мы уже пробираемся сквозь тёмный, душный туннель из тряпья.

Сфера Таримоса парит всё ниже и ниже, иногда над самой головой, и я вынуждена нырять и лавировать между неровными мягкими стенами ткани. Я изо всех сил стараюсь ни к чему не прикасаться. Не хотелось бы, чтобы с крючков сорвалась лавина потерянного и разгневанного шмотья и похоронила нас под собой.

Внезапно Альфи замирает на месте как вкопанный.

– О господи! Глазам своим не верю.

– Ты о чём?

Он указывает на тёмно-синюю панаму, висящую на завешанном вещами крючке чуть выше уровня глаз.

– Это моя панама. Я потерял её в третьем классе на спортивном празднике.

Не может быть!

– Ты уверен?

Альфи хмурит брови:

– Конечно я уверен. На ней мой значок за заслуги в области атомной энергетики. Видишь?

Я смотрю на панаму. Спереди действительно