Мистерия в Турине (Плохая война – 6) - Алексей Вячеславович Зубков

В дом купца, где снимали комнату Дитмар и Эльке, темной ночью вошли двое убийц. Они не знали, что Эльке вечером погадает на свечном воске и предупредит Дитмара, а тот встретит незваных гостей сразу за дверью с мечом наготове.

Дитмар надел шляпу и плащ одного убийцы, Эльке надела шляпу и плащ другого. Они вышли на улицу. Эльке прислушалась.

— Там за углом — три лошади, — сказала она, — Они прискакали втроем, и третий сторожит коней для первых двух. Если ты не веришь, что убийц к тебе прислал барон Мартин, спроси третьего. Он не такой смелый, как первые двое.

Третий убийца не сразу понял, что к нему в плащах и шляпах друзей идут другие люди. Он взмолился о пощаде, признался, что их послал барон Мартин и сказал пароль для входа в замок. Дитмар и Эльке сели на лошадей убийц и поскакали к барону Мартину. Солдат на входе мог бы что-то спросить, но по лошадям, по одежде и паролю узнал своих и открыл ворота.

Дитмар бывал в этом замке. Они с Эльке бросили лошадей во дворе и побежали туда, где за окном горела свеча. В покои барона Мартина.

Барон не спал и вышел навстречу одетым. Но без оружия.

— Ты хотел убить меня, барон, — сказал Дитмар, положив руку на эфес.

— Ты оскорбил мою дочь, — ответил барон Мартин, — Потому что эта ведьма заколдовала тебя. Мои люди должны были забрать ее и отвести к отцу Бенедикту. Чтобы тот поступил, как надлежит поступать с ведьмами. Сдал бы ее каким-нибудь инквизиторам. Или сам бы сжег.

— Когда бы ты уважал нашу семью, ты бы послал людей получше. Может, даже сам бы их возглавил. Может, вызвал бы меня на поединок. Но ты поступил как трус, и твои люди поступили как трусы, вломившись ко мне в ночи.

— Чтобы не позорить тебя на всю округу как ведьминого поклонника! Когда бы ее от тебя забрали, ты бы исповедался и причастился, тебя бы отпустило. И ты женился бы на Генриетте, как мы договаривались с твоим отцом. А ведьму бы все забыли. Мало ли шлюх рыцари подбирают и выбрасывают.

Дитмар поморщился и сказал:

— Ты послал ко мне убийц, а теперь я стою перед тобой с мечом. Я требую, чтобы отец Бенедикт венчал нас с Эльке. Мало ли помолвок рыцари заключают и расторгают, а моя семья не враги твоей семье.

— Коли ты будешь мне угрожать, а то и, не дай Бог, поцарапаешь, то наши семьи станут врагами на всю жизнь. Спроси своего отца и своих братьев, хотят ли они того. Мы договаривались породниться, а ты все порушил. Несчастную Генриетту ты прикажешь постричь в монашки? Ты разбил ей сердце, и она тебе этого не простит.

— Я вовсе не разбивал сердце Генриетте. Она любит Фердинанда фон Н., но он не ответит ей взаимностью. У него есть четыре дамы сердца, и ни одна из них не Генриетта. Не считая всяких девиц с пониженной ответственностью и простолюдинок. Потому Генриетта согласилась выйти за меня, за достойного рыцаря, пусть и не по зову сердца.

— Вот как? А если я ее спрошу?

— Спроси.

Барон Мартин направился в женские покои, и Дитмар с Эльке последовали за ним.

— Генриетта, любишь ли ты Дитмара? — спросил он.

— Да, папенька, люблю, — ответила сонная Генриетта.

— Но он желает жениться на другой.

— Мы вчера об этом говорили. Сожги эту ведьму, а Дитмара отдай мне. Мое сердца разбито, и я страдаю. Ой! Дитмар?

— Я знаю, что твое сердце разбил не я, а Фердинанд, — сказал Дитмар.

— Фердинанд не делал мне предложения и не засылал сватов, — сказала Генриетта, — Ты разбил мое сердце, а не он.

— Но ты не любишь меня.

— Что за вздор! — заплакала Генриетта, — Кому важно, кого я люблю? Родители решают, за кого я выйду замуж, кому дам клятвы и кому буду рожать детей. Ты мой друг детства и сосед. Хорошая партия, потому что все остальные, кто не Фердинанд, еще хуже.

— Фердинанд — тоже хорошая партия, — сказал барон Мартин, — Если бы он посватался к тебе, я бы не отказал. Просто у него четыре дамы сердца, и он точно выберет кого-то из них.

— Если Генриетта выйдет за Фердинанда, вы не будете в обиде на нашу семью, что я женился на Эльке, а не на Генриетте? — спросил Дитмар.

— Я-то не буду, но что скажет твой отец? — спросил в ответ барон Мартин.

— Отцу скажи, что это ты решил выдать Генриетту за Фердинанда, извиняешься и просишь породниться в следующем поколении.

— Не буду я такого говорить, не я это придумал. И Фердинанд даже сватов не засылал, как я скажу, что отдаю дочь за него.

— Тогда мы заберем Генриетту и поедем к Фердинанду, а ты оставайся и жди нас.

— Что ты делаешь, негодяй? Если моя дочь поедет с тобой, все будут думать, что ты ее обесчестил.

— Если пойдет такая молва, тогда я на ней женюсь. Разве ты не считаешь несправедливым, чтобы кавалер, который соблазнил даму по взаимному согласию, будучи с ней помолвленным, женился на ней? Чем ты будешь недоволен?

— Дитмар не будет соблазнять Генриетту, я обещаю, — сказала Эльке, — Если только Фердинанд.

И она хитро подмигнула Генриетте.

После этих слов Генриетта сразу перестала плакать и мгновенно оделась в свое самое открытое платье и самую тонкую рубашку. Дитмар и Эльке забрали ее с собой. Барон Мартин запретил своим людям их преследовать.

— Куда мы едем? — спросила Генриетта, — Замок Фердинанда не в эту сторону.

— Фердинанд сейчас в охотничьем домике в лесу, — ответила Эльке, — Он поехал охотиться на злого дикого вепря.

— Откуда ты знаешь?

— Угадала, — рассмеялась Эльке.

Фердинанд действительно оказался в охотничьем домике. Злой дикий вепрь напал на него первым. Выскочил из кустов и уронил охотника вместе с лошадью. Старый слуга наложил шину на вроде бы сломанную ногу, но еще не придумал, как перевезти раненого домой. В седло посадить не получается. Пешком на носилках надо нести вдвоем. Привязать носилки между двух лошадей — нужно две лошади, а осталась одна.