Мистерия в Турине (Плохая война – 6) - Алексей Вячеславович Зубков

медведя из клетки, а он бы бросился не на меня, будь я с оружием или без, а на дам, или на короля.

— Вас бы сначала окружили стражники с копьями.

— Мужики? — Устин усмехнулся, — Увидев бегущего на них медведя, они бы побросали копья и сделали ноги. Поверь мне, я о медведях знаю больше, чем все здешние рыцари. И о том, на что способны люди при встрече с медведем.

— А лев чем лучше? У вас в Московии разве есть львы?

— Львов у нас нет, но я же вижу, что лев это большой кот. Нет зверя ленивее кота. Тем более, говорят, что лев царь зверей. Значит, лев тоже, подобно коту, весь день лежит и смотрит на мир с презрением. Никто не назовет царем зверя, который на ногах то весь день, то всю ночь, как волк. Или зверя, который работает. Строит, как бобр, или копает, как барсук.

— Ты чуть не погиб.

— Я ошибся в другом. Надо было поднять эту чертову перчатку так, чтобы лев ее не видел. И я тихо вышел бы. Спасибо, друг, что отвлек его. Вообще не представляю, что бы я делал, если бы не ты.

— Только не надо считать долги, — перебил его Максимилиан, — Мы столько раз спасаем друг друга, что уже неважно, кто кого больше спас.

— Согласен. На Руси тоже друзья такое не считают. А где Фредерик? Я опять его не вижу с вами.

— Увы, — вздохнул Макс.

— Жив? — заволновался Устин.

Макс вкратце рассказал про Вогеру и Парпанезе. Русский искренне заинтересовался описанием боя на переправе.

— Татары устроили бы засаду на выходе из деревни, — сказал он, — Обстреляли бы из луков и смешали ваши ряды, а потом бы поскакали в сабли. При столкновении конных отрядов преимущество имеет отряд, который на скорости налетает на стоящего противника.

— Что бы сделали татары своими легкими саблями всадникам в доспехах? — спросил Макс.

— Затоптали бы конями. После обстрела у вас бы все лошади были ранены. Половина ваших бы спешилась сразу, и хорошо, если бы успели соскочить, не запутавшись в стременах. Татары бы не вступали в бой, а налетели, порубили и проехали дальше. Потом повторили бы обстрел и налет. Вы бы наверняка не смогли встать в круг ни пешими, ни конными, и разорвали бы строй. В чистом поле каждый сам за себя. Один тяжелый всадник не сможет отбиться от трех-четырех легких, которые вертятся вокруг и бьют с наскока по уязвимым местам.

— Если бы нам докучали татары, или кто-то на них похожий, у нас была бы тактика против татар, — сказал Макс, не желая признавать превосходства в воинской науке за какими-то нехристями.

— Вы бы ездили в легких доспехах, в открытых шлемах, на быстрых конях и с луками, — ответил Устин, — Как мы. Увидев тучу стрел, вы рассыпались бы в стороны и рассыпным строем поскакали бы к стрелками, но не прямо, а в обход или с разных сторон двумя-тремя отрядами. В противостоянии маневренных отрядов побеждает не тот командир, у кого больше людей, а тот, кто лучше соображает, и чтобы его люди слушали и выполняли команды.

Макс согласился.

[1] «Джакомо», DJ Bourdon MC Fingerloop

6. Глава. 25 декабря. Теперь можно и поговорить

— Мессир де Круа? — спросил кто-то с сильным акцентом.

Макс обернулся и увидел улыбающегося Энтони Маккинли. В прошлый раз расстались не по-доброму. В мире с тех пор что-то изменилось?

— Рад тебя видеть живым и здоровым, — сказал шотландец.

— Взаимно, — удивленно ответил Максимилиан и поправил забинтованной левой рукой повязку на голове, — Мой друг Юстиниан из Московии.

— Очень приятно.

Рыцари пожали руки, и Маккинли продолжал начатый разговор, не отвлекаясь на вопросы про Московию.

— Что-то серьезное?

— Череп пробит, но мозг вроде не пострадал.

— А рука? Можем сразиться пешими на легких мечах.

Макс посмотрел на Маккинли с еще большим удивлением. Не прошло и месяца, как они расстались врагами. Макс по-буквоедски выиграл поединок конными на мечах до первой крови и остался в долгу на такой же поединок, только честный. Маккинли по-буквоедски конфисковал телегу, груженую золотом, и ничего не остался должен.

Шарлотта по этому поводу язвительно заметила, что надо было хорошо постараться, чтобы проиграть соревнования по буквоедству такому прямому и бесхитростному человеку, как добрый сэр Энтони.

— Я знаю, что вы с Фредериком везли золото короля в армию, — тихо сказал Маккинли.

Устин обратил внимание, что разговор личный, и отошел в сторону.

— С Фредериком?

Оруженосец проехал заставу до того, как шотландец остановил обоз.

— Да.

— Кто тебе рассказал?

Макс напрягся. Маккинли не мастер собирать сплетни. Если дошло до него, то уже каждая собака знает. Кроме короля и королевы-матери?

— Никто. Сам догадался. После того, как де Ментоны сдали на ровном месте ту телегу золота, которая стоила нам добрых отношений…

Шотландец сделал паузу, и Максимилиан кивнул. Судьбу этой части груза он знал от Бонакорси.

— … Я отправился за вами в погоню. Я был очень зол и думал, что вы грабители, а я защищаю интересы Его Величества, потому что больше некому. Почти догнал вас в Вогере. Узнал, что вы встречались с Сансеверино, и он добавил к вашему обозу свой эскорт. Сансеверино — верный рыцарь короля. Если он тебе помог, значит, ты точно не грабитель. Вы выехали на восток, значит, везете золото в нашу армию. В Кремону, в Монцу или в Пиццигеттоне, неважно. Гнал за вами до переправы в Парпанезе, чтобы извиниться. Чуть-чуть опоздал. Ровно настолько, чтобы увидеть, как паром уходит по течению. Решил, что на том берегу вы и сами справитесь, а паром не должен попасть во вражьи лапы.

— Фредерик жив?

— По крайней мере, был жив, когда выгрузил меня у лекаря в Пьяченце. Мы с ним схлестнулись с разбойниками. Томазо Беккино и Бастиан из «Маленького Аяччо». Парня, кажется, даже не ранили, а мне изрядно располосовали шкуру, но не кости и требуху. Доктор сказал, что из меня вытекла половина крови.

— И как? Ты в состоянии драться?

— Сюда как-то доскакал. Правой руке досталось меньше всего, так что махать мечом могу сколько угодно, но раны могут разойтись, если буду слишком резво вертеться.

— Поединок по-старинному? По очереди