Я буду просто наблюдать за тобой - Мэри Кларк

Берни ехал в Манхэттен из Коннектикута. Побывав возле дома Меган, он был переполнен воспоминаниями о всех тех случаях, когда он следовал за девушкой до ее дома, а затем, спрятавшись в ее машине, или гараже, или даже в кустах возле дома, наблюдал за ней. При этом он как бы переносился на другую планету, где были только она и он, хотя она и не подозревала о его присутствии.

Он знал, что ему необходимо находиться возле Меган, но при этом надо быть осторожным. Ньютаун был маленьким городком богачей, а копы в таких местах всегда с подозрением относились к любой незнакомой машине, появляющейся в их окрестностях.

«Представь, что ты бы наехал на ту собачонку, — думал Берни, направляясь по Бронкс к мосту Уиллис-авеню. — Ее маленький хозяин, вероятно, поднял бы такой крик, что чертям стало бы тошно. Тут же сбежались бы люди, чтобы посмотреть, что случилось. Кто-то задался вопросом, а что здесь делал этот таксист, в самом конце улицы, где не было проезда? Если бы кто-то позвонил в полицию, то там могли бы проверить мое прошлое». Он знал, чем это могло обернуться для него.

Ему оставалось сделать только одно дело. В центре Манхэттена он подъехал к недорогому магазину на Сорок седьмой улице, где в прошлом была куплена почти вся его электроника. Он уже давно присмотрел здесь видеокамеру, являющуюся последним словом техники в этой области. Сегодня он приобрел ее вместе с полицейским радиосканнером для автомобиля.

Затем он отправился в магазин художественных товаров и купил несколько листов розовой бумаги. В этом году пропуски для прессы, которые полиция выдавала представителям средств массовой информации, были розового цвета. Дома у него уже был один такой. Его потерял какой-то репортер в гараже. На своем компьютере он сможет скопировать его и изготовить пропуск, который нельзя будет отличить от настоящего. Он изготовит также и разрешение на парковку в местах, отведенных для прессы, и поместит его на ветровом стекле своего автомобиля.

Вокруг полно местных кабельных станций, и никто не обратит на него никакого внимания. Он будет говорить, что представляет одну из них. Он станет репортером по имени Берни Хеффернан. Совсем как Меган.

Беспокоило только то, что его отпускные и выходное пособие подходили к концу. Надо, чтобы деньги продолжали поступать. К счастью, ему удалось подбросить пассажира в аэропорт Кеннеди и вернуться с другим в город как раз к тому времени, когда настала пора возвращаться домой.

За ужином его мать расчихалась.

— Ты простудилась, мама? — участливо спросил Берни.

— Я не простудилась. У меня аллергия, — отмахнулась она. — Мне кажется, что в доме у нас пыль.

— Мама, ты же знаешь, что пыли у нас нет. Ты же хорошая хозяйка.

— Бернард, ты действительно содержишь подвал в порядке? Я верю тебе и не рискую ступать на эту лестницу после того, что случилось.

— Там все в полном порядке, мама.

Они вместе смотрели шестичасовые новости и видели, как Меган Коллинз брала интервью у регистраторши в клинике Маннинга.

Берни подался вперед и впился взглядом в профиль Меган, когда она задавала свои вопросы. На руках и на лбу у него выступила испарина.

Вдруг пульт дистанционного управления вырвали из его рук. Одновременно со щелчком выключаемого телевизора он ощутил на своем лице пощечину.

— Ты опять начинаешь, Бернард? — закричала мать. — Ты наблюдаешь за этой девкой, я же вижу. Я же все вижу. Неужели ты так ничему и не научился?

Когда Меган приехала в больницу, она увидела мать одетой.

— Вирджиния привезла мне кое-какую одежду. Я должна выбраться отсюда, — решительно заявила Кэтрин Коллинз. — Я не могу просто лежать в этой кровати и думать. Все эти думы очень тревожные. В гостинице я хоть чем-то буду занята.

— А что сказал твой врач?

— Вначале он, конечно же, возражал, но сейчас он согласен выписать меня. — Голос ее дрогнул. — Мегги, не пытайся отговаривать меня. Будет, действительно, лучше, если я окажусь дома.

Меган не сдержалась и с силой прижала ее к себе.

— Ты уже все собрала?

— Все до зубной щетки. Мег, и еще. С тобой хотят поговорить эти следователи. Когда мы приедем домой, тебе надо позвонить им и договориться о встрече.

Еще на пороге дома Меган услышала, что звонит телефон. Она подбежала к нему и взяла трубку. Это была Дина Андерсон.

— Меган, если вы все еще хотите оказаться поблизости, когда ребенок появится на свет, то приготовьтесь. В понедельник с утра доктор собирается положить меня в медицинский центр Данбури и начать стимуляцию родов.

— Я буду там. Ничего, если я в воскресенье подъеду к вам с оператором и сниму несколько кадров о том, как вы с Джонатаном готовитесь к появлению в доме новорожденного?

— Это будет прекрасно.

Кэтрин Коллинз переходила из комнаты в комнату и включала свет.

— Как хорошо оказаться дома, — бормотала она.

— Тебе не хочется прилечь?

— Меньше всего на свете. Я собираюсь отмокнуть в ванне, приодеться как следует и отправиться с тобой на ужин в гостиницу.

— Ты уверена в этом? — Меган видела, как у матери вздернулся подбородок, и губы сжались в твердую линию.

— Да, вполне. Нам придется испытать еще много неприятностей, прежде чем дела пойдут на поправку, Мег. Ты убедишься в этом, когда поговоришь со следователями. Но никому даже в голову не должно прийти, что мы уходим от ответа. «Семь бед — один ответ», — говорил отец, так что лучше позвонить этим людям из прокуратуры штата.

Джон Дуайер был помощником прокурора штата, курировавшим судебные органы в Данбери. Под его юрисдикцией находился также и город Нью-Милфорд.

К сорока годам Дуайер проработал в прокуратуре уже пятнадцать лет. За эти годы он отправил в тюрьму несколько известных граждан, считавшихся столпами общества, за разные преступления, начиная от мошенничества и кончая убийствами. Он трижды успешно выступал в качестве обвинителя на процессах по делу о фальсификации смерти с целью незаконного получения страховки.

Местная печать с сочувствием писала о предполагаемой гибели Эдвина Коллинза в катастрофе на мосту Таппан-Зи. Семья была хорошо известна в этих местах, и гостиница «Драмдоу» пользовалась популярностью.

Когда почти достоверно стало известно, что автомобиль Коллинза не обнаружен среди упавших в реку, а также о том, что Коллинз рекомендовал на работу человека с поддельным дипломом, вокруг провинциального убийства разгорелся крупный скандал. Дуайеру было известно, что министерство здравоохранения направило своих экспертов в клинику Маннинга для выяснения ущерба, который Петровик могла нанести, будучи заведующей лабораторией в этой клинике.

В среду вечером Дуайер в своем кабинете провел совещание со следователями Арлин Вайсе и Бобом Марроном из полиции Нью-Милфорда, которым удалось заполучить из Госдепартамента в Вашингтоне досье на Элен Петровик.

Вайсе сообщила ему основные сведения, содержавшиеся в этом досье:

— Петровик прибыла в Соединенные Штаты двадцать лет назад в возрасте двадцати семи лет. Ее попечитель содержал салон красоты на Бродвее. В заявлении Петровик на получение визы указано, что она закончила высшее учебное заведение и прошла курсы косметологов в Бухаресте.

— И никакого медицинского образования? — задал вопрос Дуайер.

— Ничего подобного она не указывает, — подтвердила Вайсе.

Боб Маррон заглянул в свои записи:

— Она пошла работать в салон своего друга, провела там одиннадцать лет, из которых последние два года посещала вечерние курсы секретарей-машинисток. — Дуайер кивнул. — Затем ей была предложена работа секретарши в центре искусственного оплодотворения Доулинга в Трентоне, что в штате Техас. Именно тогда она приобрела свой дом в Лоренсвилле. Тремя годами позднее Коллинз устроил ее в клинику Маннинга на должность эмбриолога.

— Что насчет самого Эдвина Коллинза? Его прошлое выяснено? — спросил Дуайер.

— Да, он выпускник экономического факультета Гарварда. Никогда не имел никаких неприятностей. Получил разрешение на ношение оружия примерно десять лет назад, после того, как на него было совершено нападение перед светофором в Бриджуотере.

По внутреннему переговорному устройству прозвучал голос:

— Мисс Коллинз звонит по просьбе мистера Маррона.

— Это дочь Коллинза? — спросил Дуайер. — Да.

— Назначьте ей встречу здесь на завтра. Маррон взял трубку и, ответив Меган, вопросительно посмотрел на помощника прокурора штата:

— Восемь часов завтрашнего утра вас устроит? Она выезжает в Филадельфию по заданию и позднее не может.

Дуайер кивнул.

После того как Маррон договорился о встрече с Меган и положил трубку, Дуайер откинулся в своем крутящемся кресле:

— Давайте посмотрим, чем мы располагаем. Эдвин Коллинз исчез и считается якобы погибшим. Но сегодня его жена получает цветы от него, за которые, как вы говорите, уплачено по его кредитной карточке.