Кровавый риск - Дин Кунц

Ширилло подтянулся и залез внутрь.

– Помоги мне с ним, – сказал Такер, показывая на раненого мужчину, который всё ещё лежал без сознания на прогулочной дорожке.

Они с Харрисом убрали оружие и подняли охранника, перекладывая мужчину через окно в тёмную комнату, где Ширилло помог осторожно уложить его на пол. Он должен был работать более осторожно и тратить на мужчину больше времени, чем они бы потратили, если бы он был мёртв. Но это было хорошо. Это было прекрасно. Во всяком случае, не будет этих кошмаров.

– Сейчас ты, – сказал Такер.

Харрис передал свой Томпсон через открытое окно и залез за ним быстро сам, как будто не мог функционировать, если у него в руках не было оружия или оно на долю секунды пропадало из поля зрения. Ему потребовалось скрутиться до боли, чтобы заставить протолкнуть эту груду сквозь узкий зазор, но он не протестовал, даже не издал ни звука.

Такер подобрал круглые стёкла, которые были вырезаны из оконных стёкол, отлепил липкую ленту от окна вокруг отверстий и передал их Ширилло, затем осмотрелся, чтобы проверить, не оставили ли они ещё какие-либо следы своей работы.

Кровь.

Он изучил кровавый рисунок на прогулочной дорожке, где лежал раненый мужчина. Её было не так много, потому что кровь вытекала толстой струйкой, почти стрёй, и одежда охранника впитала большую её часть. Оставшаяся же кровь начала темнеть и сохнуть. Даже если кто-нибудь будет здесь проходить – и маловероятно, что здесь будут проходить патруль из того же сектора, в который входил раненый мужчина – они могут неправильно интерпретировать это пятно. В любом случае, с этим ничего нельзя было сделать.

Он осмотрел укрытый туманом газон последний раз, сероватый кустарник, дымку, которая затянулась на больших деревьях, траву, которая сделалась бесцветной от тусклых огней дома.

Ничего.

Он вслушался в ночь.

Тишина.

За исключением раненого мужчины, никто больше их не обнаружил. Сейчас их шансы были весьма хороши. Они закончат работу как следует. Он чувствовал это, за гранью интеллекта, за гранью разума. Успех был у них в руках. Почти. До тех пор, пока Мерл Бахман не заговорил, и поэтому они все сейчас запыхались.

Он последовал за Харрисом через окно внутрь дома и закрыл за собой окно.

––––––––

– Это библиотека, друзья, – сказал Пит Харрис, когда Такер посветил фонариком на большие удобные кресла для чтения, огромный письменный стол из дуба и сотни книжных полок.

– Образованный жулик, – сказал Ширилло.

Такер осторожно обошёл комнату, пока не убедился, что она чистая. Он обнаружил кладовку и помог Ширилло перенести туда раненого охранника, который был без сознания.

– Отсюда нет обратного пути, – сказал Харрис.

– Совершенно верно, – сказал Такер.

Они осторожно открыли основную дверь библиотеки и вышли в тускло освещённый коридор первого этажа, закрыв за собой дверь. В холле напротив была открыта дверь, которая вела к ступенькам, ведущим вниз в темноту.

– Подвал, – пояснил Ширилло.

– Что там?

– Бассейн, сауна, спортзал.

– Это единственный вход?

– Да. Никто не будет спускаться здесь в такой час, не в темноте. Это достаточно безопасно.

Такер уставился вниз, в черноту, затем покачал головой. «Всё равно проверь», – сказал он.

Ширилло не спорил. Он взял фонарик и ушёл вниз, в подвал, из поля зрения.

Тишина в доме была гнетущая, глубокая, казалось, её можно потрогать, и их сознание, определённо, ложно говорило о том, что их с минуты на минуту околдуют, и они готовились к этому.

Не прошло и трёх минут после того, как Ширилло дошёл до конца подвальных ступенек, Харрис покинул свой пост, с которого он следил за коридором, прошёл к открытой двери, ведущей в подвал, и посмотрел вниз в чернильную темноту. Его лицо было красным, покрыто потом, и он немного трясся. Он сказал: «Ну же, друг».

– Успокойся.

– Где же он?

– Дай ему ещё несколько минут.

Харрис вернулся в просторный коридор, явно недовольный ожиданием, подняв и пулемёт, и пистолет с обеих сторон. Такер надеялся, что никто им случайно не встретится, потому что не был уверен в том, что Харрис использует в первую очередь пистолет с глушителем. Он начнёт с большого Томпсона, по привычке, когда это не требуется, от страха. Он погубит любой элемент случайности.

Двумя минутами позже Ширилло, как и обещал, вернулся. «Внизу никого нет», – сказал он.

Харрис улыбнулся и вытер пот с лица тыльной стороной руки, в которой находился пистолет. Он бы удивился, если бы вспотел только потому, что был напуган, или также потому что быстро физически истощился. Боже, он чувствовал себя старым. Он чувствовал себя намного старше, чем был на самом деле. Это дело не будет последним, когда деньги были потеряны, но следующее дело будет.

– Двигаем, – сказал Такер. Он боялся, что если они останутся здесь ещё немного, он не сможет сохранить спокойствие, которое ему требовалось. Всё, что им нужно, чтобы провалить эту операцию, это его с Харрисом дрожь в ботинках, и только зелёный парень совершенно не тратил нервы.

Они быстро открыли двери с обеих сторон коридора и выяснили, что все комнаты за ними пусты. За передним входом в дом и главной лестницей, за фойе с его дорогими обоями, в другом крыле нижнего этажа, где находились освещённые комнаты, они рассчитывали встретиться с более сложными вещами, чем здесь.

Харрис смотрел на закрытые двери двух освещённых комнат, его «Люгер» и пулемёт были подняты на боевые позиции. Он начал потеть, а его дыхание стало более тяжёлым и быстрым, чем у Такера или Ширилло. Когда он стал в оборонительную стойку, двое других мужчин открыли каждую из четырёх дверей в задней части дома и осмотрели эти комнаты: небольшая художественная студия, без окон, стены были со вкусом увешаны оригинальными картинами, выполненными маслом; ультрасовременная кухня; чулан, полный банок с продуктами, дорогим вином и виски, всё ещё находящимися в картонных упаковках; общая ванная комната, покрытая белым ковром. В этих комнатах никого не было. Они закрыли последние две двери почти одновременно и повернулись к Харрису, который смотрел, как будто разнесённый в пух и прах: шея напряглась так, что вены и артерии выпирали как толстые струны, голова выгнулась вперёд, плечи сжались и вытянулись к ушам, ноги расставлены и напряжены, согнуты в коленях, руки подняты, белые суставы сжимали оружие в каждой руке.

Такер показал жестом Ширилло, чтобы он сопровождал его на пути к последней двери и указал Харрису идти впереди. По сигналу от Такера, Ширилло и Харрис шагнули вперёд и открыли двери, ведущие в освещённые комнаты, распахнув их широко, но так, чтобы они не ударились о стены.

Такер увидел, как Харрис быстро вошёл в комнату слева, как будто он увидел кого-то внутри, кого следовало угомонить, но он не ожидал увидеть то, что произошло. Когда дверь в последнюю комнату начала потихоньку снова закрываться под собственным весом, он пропустил Ширилло вперёд в комнату и обнаружил маленького и плотного, усатого, лысого мужчину, сидевшего на кровати в голливудском стиле с открытой книгой в руках.

– Кто вы? – спросил коротышка.

Такер направил «Люгер» с глушителем на сияющий лоб и сказал: «Заткнись».

Незнакомец замолчал.

Он обернулся к Ширилло и сказал: «Я с ним справлюсь. Посмотри, всё ли в порядке у нашего друга».

Ширилло прошёл в дверной проём.

Такер сел на стул, повернулся к мужчине на голливудской кровати. «Кто ты?»

– Ты кто? – спросил незнакомец. Книга, которую он читал, оказалась популярным социологическим исследованием образа менталитета преступников, они в последнее время вошли в список бестселлеров. Такеру это показалось забавным, но он не засмеялся.

– Кто ты? – повторил он, поднеся пистолет ближе.

Коротышка моргнул. «Киси. Я повар».

– Сиди тихо, Киси, и не вздумай звать на помощь. Если ты хоть раз откроешь свой рот, когда я тебя не попрошу, ты никогда не откроешь его снова.

Киси понял. Он сидел неподвижно, тихо, спокойно, моргал перед Такером, пока Ширилло и Харрис входили в комнату спустя пару минут.

– Ну? – спросил Такер.

– Мы всё взяли под контроль, дружище, – сказал Харрис. – За следующей дверью находится большая комната, которую делят два человека Баглио. Один из них пил там кофе, когда я открыл дверь. Он выглядел, как будто только что проглотил лягушку, когда увидел меня.

– И?

– Я дал ему по подбородку прикладом Томпсона. Я не думаю, что сломал ему челюсть, но он некоторое время не сможет подняться на ноги. Джимми связал его простынями, просто для уверенности.

– Что с его соседом по комнате? – спросил Такер.

Харрис сказал: «Должно быть, то же, что и с тем, которого ты уложил снаружи». Он повернулся к Киси. «Что мы здесь имеем?» Он улыбнулся без юмора. Для Такера было очевидно, что Харрис подошёл ближе к пределу, проявляя сейчас беспричинную враждебность.