Жилищная афера - Дмитрий Щеглов

– Что ты мне предлагаешь?

В это время Роман обернулся, но Наташка не последовала Лизиному совету, а неожиданно ослепительно улыбнулась столику, за которым сидели два кавказских типа явно не интеллектуальной наружности. Роман проследил ее взгляд и хотел отвернуться, когда Лиза поманила его рукой. За громом музыки по-другому позвать его было нельзя. Лиза улыбалась и звала его за свой столик, а в это время Наташка шипела на нее гюрзой.

– Ты меня позоришь перед всеми. Здесь все знают, что он меня бросил. Как я буду выглядеть?

– Нормально будешь выглядеть, не ты к нему, а он к тебе сейчас подойдет.

Роман показал пальцем на себя, спрашивая Лизу, правильно ли он понял ее, его ли зовут? Она кивнула головой, мол, правильно.

Испокон веку, с того времени, как матриархат сменился патриархатом, мужчины обладали монополией на инициативу. Это только в конституции продекларированы равные права мужчины и женщины. А попробуй девушка подойди познакомься с понравившимся ей молодым человеком, ведь неправильно поймут, осудят. Да и заложенное воспитанием табу, сработает автоматически.

Наташка, как морально сломленный диссидент прошедший психушку ушла в глухую защиту. Она плотно сжала губы и решила молчать, предоставив право вести разговор Лизе. А той было просто это сделать, поскольку она видела всего один раз Романа и то издалека, а в основном составила его портрет из рассказов Наташки.

Оставив свой бокал на стойке бара, Наташкин ухажер направил к ним свои стопы.

– Мадам, бонжур! – развязно приветствовал он Лизу, делая вид, что совершенно не замечает Наташку. – Мы разве знакомы?

Лиза уже пожалела, что пригласила его за свой столик. Первое впечатление было не в его пользу. Не будешь же теперь отсылать его обратно.

– Не знакомы! Но я, по роду своей службы, обязана это сделать! Присаживайтесь, пожалуйста!

– А вы кто, прокурор? – насмешливо спросил Роман.

– Если бы была прокурор, сказала бы вам, садитесь, а я предлагаю пока присесть.

Все что звучит непонятно и загадочно всегда вызывает неподдельный интерес. Между тем в глазах у Романа зажегся огонек тревоги. Вскользь он бросил мимолетный взгляд на Наташку и успокоился. Чего он испугался, подумала Лиза. Или напакостил, и в кусты? Неужели у них отношения зашли так далеко? Хотя, что тут удивительного, когда тебя с утра и до вечера пичкают с экранов телевизора сексуальной вседозволенностью.

Роман сел на стул и ждал очередного вопроса. Ну, прямо как нашкодивший школьник, улыбнулась про себя Лиза. Между тем она строго ему сказала:

– Рассказывайте!

И вот тут без вины виноватый, должен проявить характер и дать отпор. А если совесть нечиста у мужской особи, этого «царя природы» то обычно он начинает служить виляя хвостом.

– Да, кто вы такая, чтобы я перед вами исповедовался? – возмущенно воскликнул Роман. Похоже, не чувствует за собой вины, подумала Лиза. Как раз в это время перестала играть музыка, и его возглас разнесся на весь зал. С ближних столов к ним повернули головы.

– Я к вашему сведению, молодой человек, Беркут Елизавета.

– Ах, та Елизавета, что с края света?

– Как ты так можешь Роман? – вскинулась Наташка.

Тот кто слушал их разговор перешедший на повышенные тона, и слышал из него лишь отдельные реплики мог подумать, что молодой человек непочтителен с дамами. Рыцарей в наш просвещенный век поубавилось, но из-за двух столиков особенно внимательно следили за перепалкой, за одним, где сидели смуглые представители Кавказа, кому недавно улыбалась Наташка, и за вторым, где сидела шумная молодая кампания. Роман продолжал возмущаться.

– Я не могу понять, в чем я провинился перед твоей дальней родней, или кто она тебе есть? На каком основании она встревает в наши дела?

Роман повернулся к Лизе.

– У вас есть на это полномочия?

Лиза с детства усвоила, что на удар надо отвечать ударом, на выпад – выпадом, сразу и на месте, а не потом, лежа в постели и перебирая в уме удачные ответы.

– Полномочия? Естественно есть!

Теперь на нее удивленно смотрела даже Наташка. Родственные отношения еще никому не давали права влезать сапогом в чужую душу.

– Какие полномочия? – возмущенно воскликнул Роман. Лизе не понравилось, как ее громко назвали дальней родней. Она резко заявила:

– Самые непосредственные. Я здесь, для того чтобы охранять ее здоровье и покой. Я ее ангел-хранитель.

– Ну…у! Если бы вы заявили что вы ее телохранитель, тогда было бы другое дело.

– Можете, так и считать, что я, ее телохранитель.

За соседними столиками, так и расслышали, только последнее слово – телохранитель. Любой мог сопоставить слова с делами. Слова соответствовали – делам. Телохранитель – Лиза пила сок и не курила, а ВИБ персона Наташка флиртовала вовсю, дымила и не отказывала себе в горячительных напитках. За тем столом где сидели кавказцы многозначительно переглянулись, рассматривая и оценивая Лизину фигуру. Чуть ли не ставки начали делать.

– Бывшая каратистка!

– Самбистка!

– Ты посмотри на нее ноги длинные, какая она самбистка?

– А какая каратистка упитанная такая?

Дальше разговор пошел о Романе.

– Как врежет сейчас этому красавчику, из глаз искры посыпятся.

– Кинет через себя, как молодого барана, рога у него сразу отвалятся.

– Говорю каратистка.

– Хочешь проверим?

– Пари?

– Пари!

– Не упусти момент, когда они будут уходить.

А за тем столиком, где порывался встать парень в красной сорочке, происходил не менее поучительный разговор.

– Во Леха пошел бы ты ее сейчас защищать, а она тебе руки за спину завернула, и так привела бы обратно на место.

– Так что сиди и не рыпайся.

Соседи к ним потеряли интерес, поскольку Роман и Наташка уже улыбались друг другу. Лиза оттянула на себя грозовые тучи. Гром прогремел, молния сверкнула, а гроза пронеслась мимо. Перемирие было заключено и снова отношения Наташки и Романа, стали походить на безоблачное небо. Минут через десять Лиза показала на часы, намекая на поздний час.

– Ах, я же забыла, тебе завтра на работу!

Наташка предложила подбросить Романа до дома.

– Спасибо. Я на такси.

Вышли они вместе. Наташка и Роман остались стоять у входа в клуб, а Лиза прошла на стоянку, которая находилась за углом. Она только успела открыть двери автомобиля, как у нее выбили из рук ключи. По бокам у нее стояли два кавказца и нагло улыбались.

– Если можешь, отными назадъ!

– Хотым посмотрэт!

Лиза не поняла смысл шутки. Ее не только грабили среди ночи, но еще и издевались над нею. Паника удушливой волной накатила на нее, заставив испариной покрыться спину. Если у нее сейчас отнимут автомобиль, то как она завтра появится на работе? Глухим голосом, стараясь не выдать подступающего к горлу страха, она сказала:

– Ключи отдайте!

Ноль эмоций. Просьба была обращена к немым и глухим. Оба кавказца настороженно следили за каждым ее движением и хищно улыбались. Слава богу, что они дали время ей прийти в себя.

– Покажи, на что ты красавица способна!

Лиза трезво оценила обстановку и поняла, что здесь за углом ей придется рассчитывать только на себя. Она молила бога, чтобы только грабители не закрыли двери ключом. Ей надо было только добраться до того места, где у нее под сиденьем лежал…

Медленно отступая к машине, она неожиданно бросила дамскую сумочку в своих преследователей, старающихся держать между собой и нею метра два дистанции. Доли секунды выигранные Лизой позволили ей открыть дверь и сунуть руку под сиденье. Успела! В плохо освещенном переулке стороннему наблюдателю предстала бы сюрреалистическая картина. Молодая девушка, держа под прицелом пистолета двух мужчин атлетического телосложения, втолковывала им неразумность и неэтичность их повеления, не забывая при этом превознести собственные несуществующие достоинства.

– Я стреляю без предупреждения. Так что лучше не дергайтесь, и медленно поднимайте руки.

Когда ее требование было выполнено, она их похвалила: – Молодцы! А теперь можете свободно вздохнуть, пока я подумаю, что с вами делать?

– Ничего не дэлай! Мы пошутыли, дорогая!

– Скажы у тэбя и автомат ест?

– Вам, мой пистолет не нравится?

– Нравится! Нравится!

– Или думаете дырка будет маленькая?

– Чебурек замолчи! – взмолился инициатор пари.

В это время из-за угла показалась Наташка. Она с удивлением увидела, как под прицелом пистолета, стоят два здоровых мужика.

– Лиза, что они тебе сделали?

– Пока ничего!

– Ну, слава богу.

Лиза подмигнула Наташке и громко сказала.

– Думаю, как с ними быть? То ли ногу прострелить, то ли сдать в милицию, то ли пол орлам сменить! – Она продолжала вслух рассуждать, – В милицию сдашь, деньги с них возьмут и к утру отпустят. Ногу прострелишь, жалко уродов, будут всю жизнь хромыми… Я думаю, надо кое-что такое у них отстрелить, что лишним является, что не дает им спокойно жить.