Волчица и пряности - Том 2 - Исуна Хасэкура

Лоуренс думал, что Нора огорчится, но, к его удивлению, она лишь улыбнулась и шутливым тоном ответила:

- Да. И кроме того, если все время надеяться лишь на помощь небес, не получишь ничего, кроме нагоняев.

Если бы рядом не сидела Хоро, я давно бы пригласил Нору подняться к нему на козлы, подумал Лоуренс.

И едва так подумал, как Хоро внезапно шевельнулась. Лоуренс поспешно произнес:

- Э... эмм, я, как бродячий торговец, думаю, что больший доход ты сможешь получить не пастушеством, а сопровождением торговцев. Пастухи ведь всегда борются между собой за пастбища, верно?

- ...Да, - и Нора натянуто улыбнулась. Судя по тому, как она запнулась, прежде чем ответить, для нее это было проблемой.

- В конце концов, в безопасных землях пастухи повсюду, - добавила она.

- А нет пастухов только в тех местах, где, по слухам, появляются волки, верно?

- Да.

- Да, волки могут доставить много проблем... ай!

Резкая боль в ягодице вынудила Лоуренса подскочить на месте. Под озадаченным взглядом Норы он попытался сгладить впечатление от своего странного поведения неловкой улыбкой и уселся обратно на козлы.

Похоже, Хоро и впрямь лишь притворялась спящей и вот теперь ущипнула Лоуренса за ягодицу.

- Думаю, волки всего лишь ищут еду. Но они действительно нападают на нас иногда... я все же предпочла бы оставаться в безопасном месте.

- Волки вправду такие хитрые и злые, - нарочно заявил Лоуренс, чтобы поквитаться с Хоро за щипок.

- Если будешь говорить о них много плохого, этим можешь их навлечь, поэтому я не говорю о них плохого.

- И то верно, - ответил Лоуренс. Согласился он потому, что, во-первых, Нора так симпатично и по-детски склоняла голову, когда говорила, ну а во-вторых, волчица, к которой относился разговор, сидела рядом с ним.

- Однако то, что ты остаешься цела и бережешь овец здесь, где, по слухам, водятся волки, означает, что ты очень искусна. Наверняка ведь пройдет совсем немного времени, и тебе доверят больше овец, верно?

- Нет, невредимой я остаюсь лишь милостью Господа... и еще, меня вполне устраивает то, что у меня вообще есть работа. Я бы даже не осмелилась попросить дать мне больше овец.

Может быть, Нора это говорила из скромности; однако, судя по ее улыбке без малейшего намека на радость, похоже, причина была в чем-то другом. Возможных вариантов было не очень много. Скорее всего, она была недовольна работодателем.

Хоть Лоуренс и знал, что поступает неправильно, но любопытство вновь его одолело, обратившись в слова:

- А может быть, твой работодатель просто не видит твоих способностей? Тогда почему бы тебе не поискать другого?

В конце концов, пастушество – такой же способ заработать на жизнь, как и любой иной труд, и вполне естественно, что пастухи могут искать лучших условий работы.

Однако на предложение Лоуренса Нора ответила, взглянув удивленно:

- Э... я не посмею искать другого работодателя.

Непохоже было, чтобы Нора опасалась, что у ее работодателя слух острее волчьего и что он услышит, как она о нем отзывается; скорее она была в этом искренне убеждена.

- Прости, это было очень невежливо с моей стороны. Когда человек становится торговцем, он начинает ставить прибыли и убытки превыше всего остального, - извинился Лоуренс.

- А, нет... ничего страшного.

Нора, казалось, была поражена своими собственными словами, но тут же слабым голосом произнесла:

- Эмм...

- Что такое?

- Эмм... а меняют работодателей... часто?

Вопрос удивил Лоуренса.

- Частенько. Человек начинает искать другого работодателя, если ему не нравятся условия работы у нынешнего.

- Вот как...

Однако, судя по тому, насколько потрясена была Нора, когда Лоуренс упомянул идею сменить работодателя, она вообще не думала, что подобные действия разрешены. А раз так – совсем нетрудно было догадаться, кто ее работодатель.

У Норы не было ни семьи, ни денег, и, скорее всего, ей пришлось преодолеть много трудностей, прежде чем она нашла хоть кого-то, кто согласился бы дать ей работу пастуха. Кроме того, даже от сильного мужчины-пастуха, поставленного приглядывать за овечьим стадом, работодатели ожидают обычно, что из десятка овец живыми вернутся не больше восьми. Если работа была поручена худой и хрупкой на вид Норе – скорее всего, работодатель ожидал, что из десятка выживет не больше пяти.

Лишь тот работодатель, который легко относится к прибылям и убыткам и притом милосерден, мог бы доверить Норе пасти своих овец.

Иными словами –

- Если мне будет позволено спросить: ты нанята Церковью?

На лице Норы отразилось невероятное изумление. При виде этого сердце Лоуренса возрадовалось.

- Э? Откуда ты знаешь?

- Это секрет, известный лишь торговцам, - с улыбкой ответил Лоуренс, после чего Хоро легонько наступила ему на ногу. Скорее всего, она намекает, чтобы я не очень-то зазнавался, подумал Лоуренс.

- Нет, эмм... да. Именно священник Церкви доверил мне этих овец...

- Ну, если это Церковь, ты можешь не волноваться о том, что потеряешь работу. Ты нашла хорошего работодателя.

Наверняка ее рекомендовал кто-то, надзиравший за богадельней. Все-таки связи в этом мире имеют большее влияние, чем удача и мастерство.

- Да, мне на самом деле очень повезло, - ответила Нора и улыбнулась.

Однако торговцу, хлеб которого состоял в том, чтобы находить правду в речах, полных лжи и лести, было совершенно ясно, что улыбка эта неискренняя.

Внезапно Нора отвернулась, чтобы отдать команду Энеку, и Лоуренс воспользовался случаем, чтобы взглянуть на Хоро, которая вот уже довольно продолжительное время притворялась спящей. Повернув голову, он обнаружил, что Хоро тоже смотрит на него; впрочем, она тут же отвернулась и закрыла глаза.

Если бы она раскрыла рот, то наверняка сказала бы что-то вроде: «А мне ее ничуточки не жаль», подумал Лоуренс.

- Церковь не только дала мне работу пастуха, но и еще много в чем помогла.

Нора явно говорила это наполовину чтобы убедить саму себя; от этих слов ее становилось только жальче.

Лоуренс услышал достаточно, чтобы понять, почему у Норы такое унылое настроение. Церковь вовсе не «наняла» ее – просто держала под присмотром.

Скорее всего, изначально Церковь дала Норе работу пастуха из сострадания. И, скорее всего, именно поэтому Нору так потрясла мысль о том, чтобы сменить работодателя.

Однако пастухи идеально подходили для того, чтобы их подозревали в еретичестве. Всякий раз, когда что-то происходило, в первую очередь совершенно несправедливо обвиняли их – считали слугами дьявола. То, что и женщина, занимающаяся такой работой, оказывается жертвой подозрений нередко заблуждающейся и упорствующей в своих заблуждениях Церкви, было абсолютно неудивительно – тем более если у этой женщины обнаруживалось выдающееся мастерство. Конечно, Церковь просто не могла не думать, что она пользуется языческими чарами. И вот так наверняка относились и к Норе.