Венценосные супруги. Между любовью и властью. Тайны великих союзов - Жан-Франсуа Солнон

Кастильская монархия не признавала салическое право, и трон могла занимать женщина. Но неужели, прежде чем заинтересоваться Изабеллой, знать не рассматривала в качестве кандидатки на престол дочь Энрике IV Хуану? Та носила прозвище Бельтранеха, и от этого клейма эй было никуда не деться. Оно означало «дочь Бельтрана». Девочка появилась на свет от незаконной связи супруги короля и одного из ее фаворитов Бельтрана де ла Куэва. Враги Энрике IV под предлогом внебрачного рождения Хуаны (что осталось недоказанным) выдвинули кандидатуру Изабеллы. Обстановка была неблагоприятная, королевскую власть постоянно дискредитировали, и Энрике не оставалось выбора, как лишить дочь наследства — однако, ее незаконнорожденность он так и не признал. В 1468 г. после гибели Альфонсо и отстранения Хуаны перед Изабеллой словно открылся путь к короне. И тогда она продемонстрировала благоразумие и ловкость, каких совсем не ждешь от 17-летней девушки.

Несколькими годами раньше партия дворян заочно низложила Энрике IV, объявив, что он не достоин оставаться на троне, но Изабелла от предложенного трона Кастилии отказалась. Она не стала вставать во главе ни одной из фракций, оспаривать права сводного брата или еще как-то участвовать во всеобщем хаосе. Изабелла позволила считать себя наследницей короны только после смерти Альфонсо и лишения Бельтранехи права на трон. Государственному перевороту, который бы низложил правящего монарха и усилил бы раскол в стране, она предпочла терпение. И объявила себя не королевой или простой инфантой, а «принцессой и законной наследницей королевств Кастилии и Леона». Энрике IV, понимая, что он полностью утратил королевское влияние, признал Изабеллу принцессой Астурийской, то есть наследницей короны. Похоже ее устраивало, что для того, чтобы занять трон, ей надо дождаться смерти монарха, который был старше ее на 20 лет. В свою очередь, Изабелла пообещала не вступать в брак без согласия короля или против его воли.

В Арагоне Фердинанду, будущему мужу Изабеллы, чтобы получить корону не пришлось маневрировать с такой ловкостью, но его притязания на отцовское наследство привели к гражданской войне. У его отца Хуана II был сын от первого брака принц Вианский, которому и полагалось наследовать корону. Сам Фердинанд родился у второй жены короля. Их соперничество было недолгим: в марте 1461 г. принц Вианский умер, предположительно, был отравлен. Фердинанду не было еще и 10 лет. Вместо войны за преемничество в Каталонии, где было много сторонников покойного принца, началась гражданская война, поставившая под угрозу единство арагонской короны. Победителем из нее через 10 лет вышел Хуан II. Разница в судьбе Фердинанда и Изабеллы состоит в том, что если бы две монархии[59] оказались под угрозой раскола, арагонский принц не мог бы претендовать на трон. Лишившись соперника, Фердинанд стал единственным наследником после своего отца.

Политический брак

Претендентов на руку Изабеллы, кастильской наследницы, нашлось более чем достаточно. В том числе — один француз, герцог Гиеньский, брат короля Людовика XI и правитель Португалии Афонсу V. Испанский гранд дон Педро Жирон до самой смерти в 1466 г. верил, что у него есть шанс. Как известно, Изабелла вышла за Фердинанда Арагонского. Инициатива исходила от нее, а не от жениха. Дело в том, что Кастилия держала бесспорное первенство на Пиренейском полуострове. Она превосходила Арагон в три раза по площади, в пять или шесть раз по количеству населения, и развивалась куда динамичнее благодаря промышленным городам, животноводству и торговле шерстью, составлявшей ее главный экспортный продукт. Кастилия занимала настолько выгодное положение, что наследник арагонской короны столь прибыльный брак упустить не мог.

Чем объяснялся выбор Изабеллы? Она настолько полюбила Фердинанда? Так хочется верить всяким романтикам, растроганным прочностью этого союза. На самом деле решение Изабеллы не имело никакого отношения к любви. Семью в те времена создавали, с чувствами не считаясь. И наши молодые до свадьбы ни разу не виделись. Оба они были среднего роста, Фердинанд — жгучий брюнет, а Изабелла — блондинка. Эрнандо дель Пульгар рассказывает о своей королеве с большой теплотой: «Хорошо сложенная и стройная… взгляд добрый и открытый, черты лица правильные, лицо — красивое, смеющееся»[60]. Впрочем, возможно, его пером двигала лесть. По крайней мере Фердинанд аналогичного портрета не удостоился.

Получается, что брак, который объединит Испанию, представлял собой плод долгих расчетов и размышлений о будущем? Есть такое мнение. Современная Испания, ее национальное единство — это детище брачного союза Католических королей. Но все это не более чем рассуждения апостериори. Во-первых, кастильскую и арагонскую короны объединять не стали, и во-вторых, Изабелла, выбирая Фердинанда, не получала для своей страны особых выгод. Получается, что из всех претендентов она выбрала наименее сильного, ведь от каталонского процветания, на котором зиждилась арагонская корона, давно остались только воспоминания, и обидчивые каталонские и арагонские подданные, ревниво охраняя свои привилегии, упорно пытались игнорировать авторитет короля, пытавшегося призвать их к порядку. К тому же интерес Каталонии к Кастилии как-то не увязывался с желанием заключить союз с Португалией.

Любителей романтики, а заодно тех, кто стремится найти в прошлом прогнозы будущего, придется разочаровать. Выбор Изабеллы объясняется в первую очередь политической обстановкой и ее личными интересами. Когда брат объявил ее наследницей престола, она стремилась положить конец размежеванию кастильской знати на враждующие партии, поскольку в будущем это могло бы помешать ей получить корону. Кое-кто из дворян остался верен Бельтранехе. Хотя король лишил ее наследства, некоторые считали, что девушку все равно удастся использовать в своих целях. Изабелле пришлось примкнуть к другой придворной партии. Ее возглавлял толедский архиепископ дон Альфонсо Каррильо и адмирал Энрикес, и она поддерживала ее право на корону. В этой партии думали о потенциальном браке с Фердинандом — собственно, поэтому она и называлась арагонской — с подачи посланников Хуана II, отца будущего жениха. Чтобы заручиться их помощью и занять престол, Изабелле пришлось уступить и взять Фердинанда в мужья. Как же она обрадовалась, когда увидела, что жених хорош собой да еще и ее ровесник — португальскому претенденту было под 40, — но, как бы мило это ни было, это было не главное. Выбрав Фердинанда, Изабелла продемонстрировала практичность: вступая с ним в брак, она заботилась в первую очередь о своих интересах.