Ферзи - Татьяна Чернявская

Вестлана Ивджэновна согласно кивнула, мысленно радуясь тому, какая у неё сообразительная выросла девочка, и продолжила сворачивать в трубочку горячие блинчики, пока шипящее масло перебивало их тихий разговор.

— Сегодня вечером сходим на склад, — уже начала планировать женщина, — у Ганы Фёдосовны как раз есть немного места, где плита отошла. Точно никто не додумается искать.

— Лучше пусть пока у нас в подвале побудет. Если я не ошибаюсь с датами, то скоро ожидается Комета со всеми вытекающими последствиями. Ничего точно сказать не могу, но если опять начнут массово вылезать мертвяки, то будет не слишком хорошо, если на улицах города появится мумия старухи с полным деньгами рюкзаком.

Представительницы семейства Чаронит обе представили эдакую картинку и дружно рассмеялись. Чувство юмора у них, как не сложно заметить, было своеобразное.

— Ладно, — уже значительно веселее согласилась почтенная вдова, — будет у нас полмешка старой картошки. Ты действительно веришь в эти легенды о Комете? Может и есть циклическая аномалия, но, мне кажется, оракулы как всегда надумывают. Властям всегда удобно под такими предлогами проводить чистки или сплочать державу в патриотическом трепете. Не было бы Кометы, Князь придумал бы всемирный день швыряния булыжников, лишь бы отвлечь всех от повышения цен.

Яританна Чаронит недовольно поморщилась:

— Так то оно так, но, боюсь, в этот раз стоит поверить не столько здравому смыслу и уверениям властей, сколько преданиям и народным сплетням. Мам, я сама видела зомби. Они уже сейчас поднимаются, и я бы настоятельно тебе советовала закупить продуктов на ближайшие дни и объявить у себя грипп, чтобы даже дверь никому не открывать. Пока они были какие-то вялые, но не знаю, что будет, когда фон усилится. Не будем пока о грустном.

Девушка коротко кивнула на дверь, за которой плескание и нестройный напев сменились подозрительной тишиной. Кажется, травница удовлетворила свои первичные потребности в гигиене и готова была освободить ванну для собрата по несчастью. Танка и сама до конца не понимала, от чего ей так не хотелось высказывать свои подозрения в присутствии верной соратницы. То ли несокрушимая уверенность Алеандр в силе и честности Важичей, то ли едва уловимо изменившееся поведение давней товарки, ставшее боле раскованным и авантюрным, то ли не вовремя проснувшаяся интуиция самой Чаронит, то ли ещё какая-нибудь не до конца осознанная, но крайне въедливая блаж. Тем не менее, духовник поспешила перевести тему:

— Не поверите, куда нас на этот раз забросило!

— О, полагаю не в фамильный склеп какого-нибудь ужасного колдуна, — снисходительно улыбнулась женщина, прекрасно зная путеводческое искусство дочери.

— Там мы побывали тоже, напомните потом рассказать, — чуть нервно хохотнула девушка, стараясь не думать о вылезающей из гробниц мёртвой охоте. — Сначала мы были в Кривске. Я же говорила. Так вот, я полазила там по развалинам и нашла изумительную штуковину! Представляете? Обломок древней плитки! Кажется, даже янтарной! Не представляю, как она уцелела от мародеров, но это что-то потрясающее! Он неё просто веет историей! Гляньте…

Яританна воодушевлённо подскочила с места и, едва не пританцовывая от возбуждения, полезла под ворот потрёпанной рубашки хвастаться своим уловом. Выглядела она при этом совсем, как маленькая девочка, хвастающаяся своей первой пойманной лягушкой. Последние годы такой живой и полной энтузиазма её приходилось видеть не часто. Излишние ответственность и хлопоты вообще имеют дурную склонность плохо влиять на молоденьких девиц, делая дурными их внешность и нрав. Неожиданно её лицо исказила совершенно нечитаемая гримаса, передающая одновременно неловкость, удивление, испуг и чуточку странного полного злобой восхищения.

— Вот падла, — всё ещё немного растерянно выдохнула она, извлекая наружу старенький шнурок.

Вопреки всему он был девственно чист: ни красивых резных деревяшек с первой в жизни экскурсии по заповедному лесу, ни кусочка ограды из раскопанного в детстве кургана, ни косточек — ничего! Даже найденные недавно кусок плитки и покорёженное кольцо бесследно исчезли. Кольцо. Девушку накрыло осознанием. Холодная всепоглощающая ярость поднималась по телу заставляя трястись руки и судорожно сжиматься наливающийся тьмой резерв. Танка медленно оторвала взгляд от своей опустевшей сокровищницы:

— Я убью его.

Вестлана Ивджэновна удивлённо взглянула на дочь, отвлекшись даже от проливающейся на гарелку начинки.

— Я уничтожу этого поганца!!! Уничтожу!!! — не своим голосом завизжала девушка и кинулась вниз по лестнице. — Сотру в порошок!!! Развею по ветру! Душу демонам скормлю! Сволочь, сволочь, сволочь…

— Девонька… — попыталась что-то сказать Гана Фёдосовна, по пояс высунувшись из лестницы, но, лишь завидев разъярённого духовника, поспешила испариться облачном розоватого тумана.

— Не смей делать глупости! — подбежала к лестничному проёму не на шутку взволнованная женщина, растеряв на миг всю свою невозмутимость. — Думай головой!

— Головой. О-о-о да, я ему подумаю головой, я так подумаю, — злобно шипела внизу чародейка, гремя под лестницей ширмой. — И головой, и ногами, и потом ещё раз ногами! Гад драный! Угробьский выродок! Чтоб тебя скрючило, погань!!! Ты у меня точно некромантом до самой смерти ходить будешь!

— А что случилось!?! — из дверей в клубах пара высунулась мокрая головка травницы и любопытно осмотрела обстановку.

— Меня это тоже интересует, — обречённо вздохнула Вестлана, понимая, что дочку ближайшие пару часов унять не удастся.

Алеандр, закутанная в одно полотенце, выскользнула из комнаты и, смело перевесившись через перила, полюбовалась на вытряхивающую из рюкзака монеты блондинку:

— Он всё-таки сделал это. Он их спёр! А всё я-то думала, когда же он это провернёт. Вот ведь, жучара рыжая!

На верхней площадке лестницы стояли трое. Совсем молоденькая невысокая девушка, больше смахивающая на подростка, не скрывая злорадства, хихикала, расплетая мокрые косицы. Позеленевший от ужаса призрак свистящим шёпотом пытался плаксиво жаловаться ей на злобных и страшных чародеев, не дающих проходу. Худощавая женщина в дешёвой, но добротной одежде лишь печально качала головой. А где-то под лестницей, в глубине ниши, по колено в куче золота стояла начинающая некромантка, из привязанного к золоту плетения и капель собственной крови сплетая мелкие, но чрезвычайно пакостные проклятья.

С потолка, расписанного рогозами разной степени желтушности, раздался треск, негромкий, будто семейка тараканов особей с пару десятков устроило всеобщий сбор с выпивкой и танцами. По сравнению с шумом пьяной драки, доносившимся из общего зала, это почтенное собрание действительно было практически неслышно.