Фантастика 2025-129 - Денис Старый

все они исключительно со слов больного. А пациент может много чего наболтать. Бывают и такие, кто с ходу начинает рассказывать о пережитом туберкулёзе, онкологии, инсульте, инфаркте, а по факту выясняется, что всё это больной придумал сам, поскольку решил, что может сам себе выставлять диагнозы.

Но тут случай немного другой.

— Я понимаю вас, Шинидзу-сан, — кивнул я, стараясь сгладить углы. Лучше наладить с ним контакт. Без этого верный диагноз выставить не получится. — Расскажите, пожалуйста, а до укуса собаки вас что-нибудь беспокоило? Может, были какие-то ещё симптомы?

— Конечно! — воскликнул Шинидзу Суити. — Как хорошо, что вы спросили… Я знал, что могу на вас положиться, Кацураги-сан. Ведь все эти события могут быть взаимосвязаны!

— Разумеется, — изображая согласие, кивнул я.

— Значит, всё было так… Я уже несколько лет чувствовал, что этот день настанет, понимаете? Этот укус собаки будто стал кульминацией! Главным событием, которое окончательно уничтожило мой организм, — принялся активно жестикулировать Шинидзу. — Поначалу мне казалось, что со мной что-то не так. Я постоянно чувствовал напряжение, тревогу и никак не мог сообразить, откуда взялись эти чувства. А потом сразу всё понял! К моему телу липнет всякая дрянь. Любые инфекции, о которых даже человечество не знает!

— Да ну? — вскинул брови я. — Ничего себе! И что же эти инфекции делали?

— Они вызывали гниение, Кацураги-сан, — прошептал он. — Бывает, просыпаюсь утром, а с руки кожа слезла. Потом несколько часов проходит — чувствую запах. Понимаю, что рука гнить начала. Вызываю скорую. Пока скорая едет, рука и вовсе исчезает! Приезжают врачи, а рука на месте. Мне несколько раз предлагали госпитализироваться, но я всё отказы писал. Эх… Дурак! Что тут ещё сказать?

— А вы сами как это можете объяснить? По-вашему мнению, как может рука исчезнуть, а потом снова появиться? — поинтересовался я.

Купер Уайт тем временем закрыл глаза ладонями. Похоже, ему стало стыдно из-за того, что он поставил этому пациенту бешенство. Для инфекциониста это очень большая ошибка. Но лучше, как говорится, перебдеть, чем недобдеть. Ничего страшного. Мы с Купером ещё эту ситуацию разберём попозже.

— Так я же — не дурак, Кацураги-сан! Я знаю, как это происходит, — произнёс Шинидзу Суити.

Никак не определится пациент. То он дурак, то не дурак. То есть рука, то её нет. Беда…

— На самом деле она никуда не исчезает. Это бактерии проникли в головной мозг и начали меня обманывать. Ну… Вы же понимаете, что там есть свои «рычажки». А эти мелкие засранцы знают, как на них давить. И чтобы я за руку лишний раз не беспокоился, они делают так, чтобы я её не видел. Всё-таки для них эти мягкие ткани — дом родной! — продолжил заливать Шинидзу.

Даже пьяные врачи такой бред не выдают. Ну да ладно, тут уже не до смеха. Здесь очевидный диагноз потихоньку всплывает.

— А вообще… Если уж на то пошло, Кацураги-сан, я скажу вам по секрету. Я умираю — это правда. Но я не умру. Потому что я бессмертен, — прошептал Шинидзу и тут же закашлялся.

— В горле пересохло? — спросил я. — Вот, — я протянул ему стакан свежей воды из-под кулера. — Попейте водички. А то мне не терпится услышать продолжение истории.

— Ох, спасибо большое, — вздохнул он и с большим удовольствием осушил весь стакан до дна.

Вот тебе и гидрофобия! Бешенство! Ага, как же!

Будь у него бешенство, он бы по ложечке пил. И руками бы так активно не жестикулировал. Хотя не сомневаюсь, что изначально он изображал бешенство очень правдоподобно.

Купер Уайт, скорее всего, думает, что перед нами обычный ипохондрик. Притворщик, который хочет считать себя больным. Либо же притворяющийся таковым, чтобы взять больничный.

Но и это не так. Тут совсем другой случай. Куда более интересный, чем типичная ипохондрия.

— Это очень интересно, Шинидзу-сан. Бессмертие — то, к чему стремится человечество с незапамятных времён! — кивнул я. — Но, разумеется, я сохраню ваш секрет.

— Нет, Кацураги-сан, вы не понимаете. Бессмертие — это не благодать. Это — настоящее проклятье! Я разлагаюсь заживо, причиняю ущерб окружающим. Вы вообще представляете, сколько бактерий я выделяю? У меня дома есть специальная маска, которая перекрывает мне дыхательные пути. Я специально тренируюсь в ней не дышать. Недавно поставил рекорд в шесть минут, представляете? Как раз хватает, чтобы не выдохнуть на кого-нибудь в метро. Я же не хочу, чтобы всё человечество погибло из-за скопившихся во мне бактерий!

— Конечно, это было бы ужасно! — закивал я. — Такое лучше наружу не выпускать.

Его послушать — начнёшь думать, что именно этот пациент стал источником «Фебрис-12». Хотя, учитывая его диагноз, скорее всего, если бы об этом вирусе знала общественность, он бы и вправду решил, что вирус родился и мутировал в его теле.

— Значит так, Шинидзу-сан, давайте подытожим, — сказал я. — Я могу сделать так, чтобы у вас больше никогда не зарождались новые бактерии. И никаких гниений больше не будет.

— Вы… Правда на такое способны? — с надеждой произнёс он. — Прошу, только не обманывайте меня, Кацураги-сан!

— А вы что, не доверяете мне? — изобразив обиду, произнёс я.

— Нет-нет, я столько хорошего о вас слышал! Я всей душой доверяю вам и вашим коллегам. Только очень боюсь, что в процессе лечения заражу вас какой-нибудь суперинфекцией.

— Так, одну минуту, Шинидзу-сан! — перебил его я. — Мне нужно дойти до медсестры. Попрошу её, чтобы вызвала пожарных. Так, на всякий случай.

— Конечно-конечно, — кивнул он. — Я подожду.

Я покинул кабинет и подошёл к Хирано Юрике.

— Хирано-сан, номер вызова психиатрической бригады знаете? — спросил я.

— Конечно. А что? Уже нужно вызывать⁈ — удивилась она.

— Нет-нет, пока не спешите. Просто будьте готовы. Если я или Купер Уайт выйдем из кабинета и помашем вам рукой — значит, пора. Ну… Если оттуда выбежит пациент и начнёт вести себя неадекватно, сразу же звоните. Не теряйте время.

— Хорошо, поняла, Кацураги-сан. А что им сказать? — уточнила она.

— Синдром Котара, — коротко ответил я. — Они поймут, не беспокойтесь.

Дав указания Хирано Юрике, я вернулся в кабинет Купера и продолжил приём. Перестраховаться было необходимо. Никто не знает, смогу ли я излечить его от этого недуга. Всё-таки с «психоанализом» я взаимодействовал